Боюсь звонить - страница 2

Отсюда разница между подготовкой и отсрочкой, которую я долго не различал и которую стоит различать дальше. Подготовка имеет конец: ты записал вопрос, узнал номер, выбрал время — и всё, дальше только звонить. Отсрочка конца не имеет, потому что её содержание — придумывание новых причин и новых вариантов подготовки. Проверить себя просто: если после подготовки ты не звонишь, а начинаешь готовиться заново, значит, это уже не подготовка, а способ не набирать номер.

Ещё одно наблюдение, которое мне помогло больше любых уговоров. Почти все звонки, которые я тянул, заканчивались быстрее и спокойнее, чем я представлял. Не все, но почти все. И каждый раз после разговора я испытывал не облегчение, а лёгкое недоумение: и это всё? Три недели тяжести из-за сорока секунд, в которых никто не сказал мне ничего плохого и никто не запомнил моего голоса. Это недоумение стоит запоминать, потому что оно и есть материал для следующего раза.

И есть ещё одна вещь, которую я понял позже и которая перевернула моё отношение к собственному страху. Я всегда считал, что сначала нужно перестать бояться, а потом звонить. Что страх — это препятствие на входе, вроде турникета, и пока он не поднят, прохода нет. На самом деле порядок обратный: сначала звонок, потом ослабление страха, и ослабление приходит не от смелости, а от повторения. Турникет не поднимают перед тобой — его просто перестают замечать, потому что ты прошёл через него двадцать раз и убедился, что ничего не случилось.

Тут легко впасть в другую крайность и решить, что дело в количестве: чем больше звонков, тем лучше, и надо просто набирать номер по любому поводу. Это не так, и я проверял на себе. Двадцать звонков подряд, сделанных в панике и на авось, не дают ничего, кроме усталости. Работает другое: короткий звонок, который ты подготовил, сделал и потом спокойно разобрал. Три таких звонка дают больше, чем тридцать случайных, потому что каждый из них оставляет след — маленькое доказательство, что разговор состоялся и мир не рухнул.

Поэтому в этой книге мы будем всё время возвращаться к одному и тому же кругу. Список, где видно, что висит. Скрипт, где видно, что говорить. Маленький звонок, где видно, что получилось. Разбор, где видно, что ты не выдумал. Круг скучный, как чистка зубов, и работает он по той же причине, по которой работает чистка зубов: не потому, что приятно, а потому, что повторяется.

Есть и граница, которую я хочу обозначить сразу, чтобы потом не было недоразумений. Всё, что здесь написано, — про обычную неловкость, которая знакома почти всем и которая мешает жить, но не отменяет жизнь. Если звонок стал невозможен месяцами, если из-за него ты не выходишь из комнаты, не отвечаешь на другие разговоры и вообще перестал бывать там, где люди, — это уже другой разговор, и его лучше вести не с книгой, а с человеком, который умеет помогать в таких случаях. Сказать об этом спокойно и без ярлыков важнее, чем сделать вид, что всякий страх решается списком из трёх пунктов.

Возвращаясь к деканату: я позвонил на двадцать второй день. Ответ был такой: документы несут в другой корпус, кабинет на втором этаже, до шестнадцати. Разговор занял меньше минуты, и голос на другом конце был совершенно равнодушный — не строгий, не насмешливый, просто рабочий. Я повесил трубку и почувствовал себя человеком, который двадцать два дня боялся пустоты.

Назад Вперед

Боюсь звонить - страница 2

Похожие книги