Последнее решение пришло само, почти без его участия. Он вдруг подумал: «Кому нужна шаманка в три часа дня? Она нужна в три часа ночи». И тут же поморщился. Мысль оказалась слишком точной. Такой, о которой потом хочется не вспоминать.
Он отправил всё в чат. Через две минуты пришёл ответ от Дианы: «Идеально. Вы лучше, чем нам говорили».
«А кто говорил?» — хотел спросить Игнат. Но не спросил.
Первый день принёс четырнадцать заявок.
Второй — двадцать девять.
На третий день Игнат сидел над таблицей и никак не мог избавиться от ощущения, что смотрит не на цифры, а в бездонный колодец, из которого кто-то, незаметный и терпеливый, вытягивает ведро за ведром.
Тридцать семь. Тридцать семь человек за сутки написали или позвонили «Ульяне». Игнат десять лет работал в рекламе и видел немало удачных кампаний, но чтобы вот так, с первых дней, будто объявления не продвигались, а притягивали людей на какой-то невидимой верёвке...
Он сам не заметил, как открыл вторую вкладку. Макс предоставил ему доступ к таблице «Лиды», где фиксировались все обращения. Для оптимизации, пояснил он. Чтобы Игнат понимал, «какие объявления работают лучше».
Таблица выглядела безобидно. Имя, возраст, город, дата обращения. И несколько колонок, от названий которых у Игната сперва похолодели пальцы, а потом стало душно: «тема», «состояние», «приоритет» и «статус».
Он прочитал первую строку. «Марина, 38, Ангарск. Развод, одиночество. Приоритет B. Записана».
Вторая. «Олег, 52, Иркутск. Долги, угрозы кредиторов. Приоритет A. Записан».
Третья. «Нина, 67, Шелехов. Вдова. Потеряла мужа в сентябре. Приоритет A. Внесла предоплату».
Четвёртая. «Антон, 44, Усолье. Болезнь жены, онкология. Приоритет A. Внёс предоплату».
Пятая. «Галина, 59, Иркутск. Сын в беде. Приоритет A. Готова платить любую сумму».
Игнат отодвинулся от стола. Кофе в кружке давно остыл и подёрнулся плёнкой, как ледок на луже.
Он смотрел на строки и думал: «Любую сумму». Эти слова не должны были быть записаны в таблице. Они должны были остаться в чьей-то душе, в закрытой комнате, где человек разговаривает с собой, когда все уже спят. А их аккуратно перенесли в ячейку, раскрасили зелёным и поставили рядом значок: «Записана».
Он написал Диане. Пальцы сами подбирали вежливые слова:
«Диана, зачем мне видеть приоритет и состояние клиентов? Мне вроде бы это не нужно для работы».
Ответ пришёл через минуту.
«Для аналитики, Игнат. Чтобы понимать качество аудитории. Какие объявления привлекают тех, кому действительно нужна помощь. Вы же понимаете: если объявление собирает случайных любопытных, это пустая трата бюджета. А если оно находит людей в настоящей беде, значит, оно честно выполняет свою задачу».
Игнат прочитал и ощутил странный привкус во рту. Он был металлический, как будто он дотронулся языком до батарейки.
В этом тексте не было ни одного неправильного слова. «Находит людей в настоящей беде». Звучало почти благородно. Но он вдруг ясно увидел то, что стояло за этой формулой. Его работа, его умение, его гордость — всё это теперь будет измеряться тем, насколько точно он находит тех, кому хуже всех.
Приоритет A. Чем больше человек в отчаянии, тем выше оценка. Чем выше оценка, тем лучше его работа.
«Это не я, — подумал Игнат. — Я просто рекламщик. Кто виноват, что у людей беда?»
Мысль была удобной, как мягкое кресло. Он сел в неё поглубже и закрыл ноутбук.
