В наушнике раздался треск. Голос Гриши, как всегда недовольный и скрипучий:
— Ковалёв, ты где? Заказ доставлен?
Артём скрипнул зубами.
— Заказ отменяется. У меня проблемы.
— Какие ещё проблемы? — в голосе диспетчера появилось раздражение. — Клиент жаловался на...
— Гриша, слушай сюда, — перебил его Артём, стараясь говорить спокойно, хотя скутер кидало из стороны в сторону. — Заказ был фальшивый. На этаже — люди с оружием. Всё офисное здание захвачено. Я только что сбежал оттуда. За мной едут две машины.
В наушнике на секунду повисла тишина.
— Чего? Ты пьяный, что ли?
— Нет. Слушай меня. У них в лифте труп нашего курьера. Дима. Тот, что работал в эту смену.
— Господи... — голос Гриши сорвался на шёпот. — Ты серьёзно?
— Абсолютно. У меня забрали у одного из них ствол. Мне нужно уехать из города. Точнее, успеть куда-то за тридцать минут. Этот брелок... он тикает.
— Какой брелок?
— Не знаю. Похоже, именно его они и ищут. Я забрал его из термобокса Димы.
В наушнике снова повисла пауза. Слышно было, как Гриша тяжело дышит. Затем он заговорил, понизив голос:
— Артём, ты не должен был его брать. Сейчас они не отстанут. Они перекрыли лифт? Остановили тебя? Слушай, уезжай в промзону. Там есть старые склады, заброшки. Петляй. Позвони в полицию.
— Полиция не поможет. Пока приедут, я уже буду мёртв. Мне нужно понять, куда везти эту штуку.
— А ты не думал, что проще выбросить её? Брось на дорогу, и пусть подбирают.
Артём покачал головой. Он сам не понимал, почему не хочет выбрасывать брелок. Может, потому что это шанс? Шанс не быть всю жизнь курьером? Шанс что-то изменить? Или просто азарт. Тот самый, из-за которого он когда-то сел за руль нетрезвым.
— Не могу, Гриша. Если это ключ к системе безопасности, то эти люди без него ничего не смогут. Может, это единственный козырь.
— Какой на хрен козырь?! Ты курьер! Ты развозишь пиццу! У тебя скутер с полтинником! Очнись!
— Всё, Гриша, не до разговоров. Скинь мне координаты всех парковок и подземных переходов в районе, — бросил Артём и сорвал наушник, пока диспетчер не начал спорить.
Сзади раздался визг шин. Чёрный седан прорвался через поток и шёл уже в двух десятках метров позади. Артём заметил, как из окна высунулся ствол. Он тут же нырнул за автобус, заставив преследователя сбросить скорость. Пуля срикошетила от корпуса автобуса, выбив кусок краски. Люди на тротуаре начали оборачиваться, но никто ещё не понимал, что происходит.
Артём вывернул в переулок. Узкий, заставленный мусорными баками и припаркованными велосипедами. Скутер прошёл впритирку между стеной и контейнером. Седан в этот проезд не влезет. Но у второго автомобиля, тёмно-синего, может хватить габаритов.
Артём прибавил газу. Переулок вывел его на параллельную улицу, заполненную офисными работниками, вышедшими на обед. Он засигналил, лавируя между людьми. Те шарахались в стороны, роняли сумки, кофе. Кто-то закричал. Кто-то выругался. Артём не обращал внимания.
Он свернул налево, в арку старого доходного дома. Под колёсами задребезжала брусчатка. Арка была настолько узкой, что края термобокса заскрежетали по стенам. Скутер вылетел во двор-колодец. Здесь было темно, прохладно, пахло сыростью и стираным бельём. В углу двора — арка на соседнюю улицу.
Артём знал эти дворы. Он вырос в таких. Когда-то в детстве они с друзьями играли в прятки среди этих облезлых стен, подметали пыль самодельными гоночными трассами. Теперь эти дворы спасали ему жизнь.
