— Оно тоже есть. Там их несколько, и каждое названо какой-то частью тела дракона. В этом городе все с ним связно. Ты разве не заметил?
— Понятно. А сам-то ты дракона видел?
— Зачем мне это? – удивился мальчишка. – Да и не хочу я в золу превращаться.
— У города с драконом заключен мирный договор, — напомнил Лютик, – целых две сотни лет.
— Первым он никогда не нападает, — сообщил Хват, – но на глупцов, вздумавший его беспокоить, соглашение не действует. Они отправляются прямиком к его пещере и там поединничают с ним. Для всех прочих дорога закрыта.
— Часто появляются желающие сразиться?
— Конечно.
— Дорогу кто-то охраняет?
— Ну да, — подтвердил мальчишка. – Стража города, и есть еще рыцари дракона. Они берегут его покой. Чужой обмануть их не сумеет. Другое дело – местные, которым известны все тропинки. Только они к пещере не ходят. Вдруг это дракону не понравится? Кормилец он наш.
— И твой?
— А как же? – озорно улыбнулся Хват. – Кто бы меня угостил, дал обещанный грошик, не будь его?
Лютик хмыкнул.
— Дам, но сначала ответь…
— Пошто мальца мучаешь? – спросил Райдо, подсаживаясь за стол.
В руке у него была кружка пива.
— Мальца? – буркнул Лютик. – Жрет он, между прочим, как слон. Есть за морем такой зверь, размером с гору.
– Дай ему, что просит, и пусть топает отсюда. Все, что он может поведать, запросто способен рассказать и я. А ему домой пора, сдается мне.
— Он бездомный, — сказал Лютик.
— Ну да? – удивился подмастерье. – А я вот, когда шел сюда, видел искавшую постреленка женщину. По ее описанию твой собеседник очень на него походит. Эй, малец, что скажешь?
— Пусть монетку отдаст сначала, — Хват насупился. – Обещал.
— Отдай, — приказал Райдо. – Я не без пользы в вольном городе полдня ошивался. Что искал, пока не нашел, но зато узнал много любопытного.
Лютик удивленно глянул на него.
— А вот это что-то интересное. Тебе вроде бы до дракона нет дела? И работа… Ты работу искал.
— Монету… дай монету… — канючил мальчишка.
Поморщившись, Лютик полез в кошелек. Получив плату, мальчишка крепко стиснул ее в кулачке и кинулся к выходу из корчмы быстрее спасающейся от волкодава кошки. Проводив его взглядом, поэт отхлебнул из своей кружки и потребовал:
— Рассказывай.
— Охотно, — слегка улыбнувшись, сказал Райдо. – Я, как ты уже успел заметить, тоже заинтересовался историей дракона и провел собственное расследование. Подозреваю, источники информации у меня более сведущи. Тебе рассказали о шахтах?
— О шахтах?
— Ну да. Там добывали рубины. А драконы их любят, как ты знаешь. Говорят, что ящер появился здесь именно из—за них.
— Вот как? — Лютик придвинулся к собеседнику поближе. – Давай, выкладывай.
— Без проблем…
Как раз в этот момент на плечо поэта опустилась сильная рука, и хриплый голос сказал:
— Ты, что ли, рифмоплет Лютик?
— Ну, я, — даже не пытаясь оглянуться, ответил поэт.
Он знал, кто имеет обыкновение именно так начинать разговор.
— Мэр хочет тебя видеть. Велено доставить добром. А если надумаешь артачиться…
5.
— … и поскольку я его величеству угодил, — закончил Лютик. – услышав о моей судьбе, он может посчитать, что в вашем городе не любят искусство и просвещение. Большой грех, наказывающийся безжалостно. Повторяю – безжалостно. Зачем вам подобные проблемы из—за какого—то виршеплета и его совершенно невинных расспросов?
Погладив висевшую на груди золотую цепь, знак занимаемой должности, мэр пророкотал:
