Движение - страница 4

Тогда мы дошли до ее квартиры и попрощались. Выйдя на улицу, я встретил одноклассников. Один из них держал в руках ее латунный бутылек.

— Что это? — спросил я, вглядываясь в предмет.

— А ты не знаешь? — спросил он, перекатывая его между пальцами.

— Вроде знакомая вещь. — Я стал осматривать талисман, пока Генри ожидал мой побег. — Мне кажется, это подделка.

— Ахах, ты не понял немного, мы не просили тебя говорить, подделка или нет.

— А что тогда? — Я протянул ему этот бутылек обратно.

— Он сильно похож на талисман Алисы, верно? — Я медленно кивнул.

— И что?

— Попросишь у нее двести пятьдесят бронзянок и принесешь нам.

— Зачем ей вообще давать мне такие деньги?

— Не наше дело.

— Чего, зачем? Ты ваще кто такой.

— У меня дел гора, быстрее думай. Ты либо отдаешь, либо получаешь. Но ты можешь избежать этого. Ты отдаешь нам… хм… двести пятьдесят бронзянок.

— Сколько? У меня нет таких денег.

— У нее попроси.

— Не буду ничего просить.

— Ну как знаешь.

Генри махнул рукой, и мне в спину прилетел толчок. Я упал, а дальше все превратилось в короткую череду ударов и криков.

Кто-то ругался, кто-то смеялся. Я пытался закрыться руками и одновременно думал только об одном — лишь бы они наконец ушли.

Через некоторое время все закончилось. Они ушли, а я остался лежать на холодном полу.

— Бездарность! — крикнул я ему вслед изо всех сил.

— Повтори? — спросил он, обернувшись сразу, как только звук дошел до него.

— Пошел ты. — Я выплеснул это в бездумном потоке сознания, словно потеряв самосохранение.

Они перекинулись взглядами и с улыбкой вернулись ко мне, нанеся еще увечий по всему телу. Я чувствовал себя униженным, и единственное, чего я хотел, — смерти этих людей.

Я перевернулся на спину. Мне ничего не оставалось, кроме как ждать. На мгновение мир терял все звуки, но сразу возвращал их по одному. Звук парового двигателя дибуса, в который я не успел сесть. Турбины пролетающих дирижаблей, лай собак, мяуканье кошек, звук громкоговорителя из открытой двери, ведущей в чей-то дом:

— А? Слышали? Говорят, что утром автоматоны оживают и становятся полноценными людьми, ахах, и я слышал, хорошая шутка прозвучала у Элизабет Панкин, поздравляем Элизабет с хорошим чувством юмора.

Глава 2

Я проснулся от звонка будильника: паровой механизм заводился и выстреливал паром в пластинку, издающую этот противный звук. Еле поднявшись, сквозь боль по всему телу, я закрыл глаза снова, надеясь, что все это сон.

— Что ты делаешь? — спросила мать, увидев меня в таком странном положении.

— Я жду просветления.

— Вот все ты чудишь, недавно подрался с какими-то хулиганами, сейчас ты занимаешься этим. Что же дальше-то будет, собирайся в лицей, — проворчала она и хлопнула дверью.

Мне повезло тогда отделаться простыми ушибами. Прохожий оказался медиком и отвез меня в больницу.

Кругом расстилался район среднего класса — не такой бедный, как мой, но и до настоящей роскоши ему было далеко.

Все здесь стоило дороже: дома, магазины, даже обычные механизмы на улицах.

Мне выделили палату, осмотрели и отпустили домой. Теперь тело болело почти целиком, но врачи уверяли, что ничего серьезного не было. Забавно. В итоге меня спас человек, которого я даже не знал. Сегодня я должен был рассказать Алисе о случившемся.

— Неужели я забыл, как они выглядят? Нет, — подумал я.

Когда я подходил к зданию лицея, меня встретила Алиса. Она внимательно осмотрела меня, заметив багровые пятна у меня на руках и ногах. Сначала она не поверила и, подойдя ближе, медленно прикоснулась пальцем к одному из ушибов.