Грани таланта - страница 5
Я перебила его, догадываясь, чем он продолжит, промолвив жалобно, но начав с криком, закончила речь спокойно:
– Да, я летала с тобой, плавала! Всё это было восхитительно, чудесно! Но я всего лишь – душа в теле, а ты – дух. Ещё не догоняю я всего… Прости. Меня ещё влечёт простое. Да, знала я умом, что Вселенная востребовала много пловцов, коим щедро дарит от своего Потока. Одним способность, чтоб плыть в лодке, яхте, пароходике капитаном, имеющим компас, знающим, куда плыть, другим – чтоб просто радоваться воде Жизни, заходя самостоятельно в неё по пояс, по колено, третьим – восходить на суда сведущих людей. И я открылась этому и разумом, и в чувствах. Но кто я – дух или душа? Вот в чём вопрос. Они между собою борются порой, и я не понимаю, бывает… тебя.
Он иронично, но сочувственно произнёс:
– Раздвоение? Нет. Ведь знаешь, что ты – душа и дух в теле. Но ты привыкла жить душой, пользуясь разумом, чувствами, эмоциями реагируя на разное, в суете. Но я пришёл от Моего Владыки, чтоб жить с тобой едино, чтоб неразрывно мы сплелись, чтоб ты с моею помощью парила в Высях. Иль, может, кто другой тебя заводит, вдохновляет ныне? На что-то, чему ещё не время…
– Ты и сам всё знаешь. Что мне таиться? Нет у меня в этом занятии ни учителей, ни вдохновителей. Лишь из Потока черпала я всегда, даже не ведая ничего ранее о том.
– Зачем ты спряталась тогда? Зачем оставила желание сотворить реку?
– Хочу признания какого-то, равнозначного глубине даваемых сокровищ…
– Зачем тебе это? Тщеславие? Ты опустилась для кого-то и планку поменяла? Почему? Размениваешь время, силы на что? Об этом жаждала ль ты прежде? Ты искала Поток и Иной мир. И вот: Небес беспределье тебя услышало, обратило внимание на твой зов, доверило тебе славное, меня послало к тебе. Что же с тобой?
– Ты помнишь всё. Это был рывок в неизвестное. Впервые тогда полностью пошла под Водопад, отвергнув страх, лень, даже другие планы. И тогда узнала о Таинственном Потоке для всех желающих стать капитанами для прокладывания рек, речушек. И не корпела более, как это было со мной ранее, а как будто плыла легко и радостно, играючи и замечательно.
– Так продолжай дальше! В чём проблема? Я не оставил тебя. И всегда жду, когда пожелаешь – я понесу тебя снова к Высям. Но решись оторваться от опор земных и лишь моим советам внимай. Тебя готов я относить к Водопаду.
– Всё так. Я разумею тебя: мы с тобой едины. И без тебя я – ноль, земной прах. Но не желаю пока ещё! Изнемогаю от мысли, что мне снова нужно будет лететь с тобой к Потоку, оставив тело и суету земную. Мне непривычно это. Слишком я практична: мне нужно видеть быстро результат.
– Кто-то заводит тебя всё же? Кто – тот мотор, который тебя покатил по бездорожью от узкой колеи?
– Но я осталась прежнею! Не изменила целям я! За что же нападаешь на меня? Уверена, что правильно прожитая людьми земная жизнь помогает их бессмертным душам беспрепятственно войти в ту Сферу Вечности, где ни червь, ни моль, ни ржа и никакие воры никогда не способны отнять новое Бытие душ просветлённых. Верю, что достигшие тех Высот, кои доступны всем желающим, пребывают в Счастье. О нём бредили, мечтали, фантазировали лучшие мыслители и творцы всех поколений людей… Только не оставляй меня!
– Я не оставлю, – спокойно возразил ангел. – Но ты и сама стремись чаще покидать зону комфорта, лени, лёгкую жизнь и проводи время со Мною. Тогда мы будем едины на самом деле, а не в твоих словах.
Похожие книги
Вопреки сложившимся представлениям, гласность и свободная полемика в отечественной истории последних двух столетий встречаются чаще, чем публичная немота, репрессии или пропаганда. Более того, гласность и публичность не раз становились триггерами серьезных реформ сверху. В то же время оптимистические ожидания от расширения сферы открытой общественной дискуссии чаще всего не оправдывались. Справедлив ли в таком случае вывод, что ставка на гласность в России обречена на поражение. Задача авторов книги – с опорой на теорию публичной сферы и публичности (Хабермас, Арендт, Фрейзер, Хархордин, Юрчак и др.
В наше время едва ли найдется сфера знаний, которая бы не использовала понятие «энергия». Из сферы физического, технологического и (био)химического знания «энергия» проникла как в смежные области, вроде медицины или экологии, так и в области, казалось бы, далекие от естественнонаучных, – богословие и психоанализ, эстетику и лингвистику, социологию и политический дискурс. В процессе перевода с одних научных языков на другие это понятие претерпело многочисленные смысловые сдвиги и переносы, превратившие его в семантически насыщенный символ, с которым связывают фундаментальные политические, экологические и культурные процессы современности.