– Развестись нам надо, – глядя куда-то за плечо Аллы, сказал Гриша, – я уже договорился с нашим РАГСом. Там, оказывается, родственница твоя работает. За кругленькую сумму оформят за два дня.
Ноги у Аллы стали ватными, она тяжело вздохнула и села на вовремя подвернувшийся стул.
– А зачем разводиться? – спросила она мужа. – Ты меня бросаешь?
– Прошёл слух, – всё так же глядя куда-то за Аллу, продолжил Гриша, – что в следующем году будет амнистия для нелегалов. И если человек без семьи, то ему гражданство дадут. Если он докажет, что больше года жил и работал в Англии.
– А разводиться обязательно? – еле слышно спросила Алла.
– Обязательно, – кивнул Гриша, – семейных вышлют на материк. На историческую родину.
– Так у тебя же там вроде документы английские, – напомнила мужу Алла, – на этого, на Фишера. Ты же говорил, что они, как настоящие, и отличить никто не сможет.
– Это да, – Гриша наконец-то посмотрел Алле в глаза, – но я не хочу называться каким-то там Рыбаковым. Я хочу носить свою настоящую фамилию. И детей потом туда перевезти, и тебя. Это же я всё не для себя делаю – для вас. Там – настоящая жизнь. Образование. Цивилизация. И денег заработать можно в несколько раз больше, чем тут.
– Тебе виднее, – сказала Алла, – только у нас же дети несовершеннолетние.
– Я же сказал, что всё решил, – рассердился Гриша, – там нас уже ждут. Всё схвачено и уплачено.
На следующий день они поехали в местное отделение РАГСа. Алла расписалась, где было положено расписаться, и получила на руки свидетельство о разводе. Гриша уехал в свою Англию на следующий день, хотя обещал побыть ещё неделю.
– Работы много, – сказал он на прощанье, – платят хорошо, но и пахать приходится. Я в ближайшее время, наверное, на судостроительный завод переберусь. Там вообще красота.
– Гриша, может, ну её, эту Англию? – спросила Алла, вздыхая. – Мальчикам отец нужен, а мне муж. Всех денег не заработаешь.
– Заработаю! – рассмеялся Гриша. – Вот заработаю и вас к себе возьму. Там хоть и погода – дрянь, зато уровень жизни совсем другой. Не то что тут.
Про развод Гриша больше не вспоминал, будто его и не было.
Алла погрустила несколько дней и постепенно втянулась в привычный жизненный круговорот. Утром – подъём. Завтраки для сыновей. Проконтролировать, чтобы никто ничего не забыл в школу. Приготовить обед. Спрятать его в холодильник. Потом, к десяти, на работу – приводить в порядок ноги местных женщин. После работы – домой. Телевизор. Ужин. Сон.
Так продолжалось три или четыре месяца, пока однажды в «Греческую смоковницу» не зашла весёлая дама с ярко-рыжими волосами. Даму звали Света, и она была подругой одной из работниц их салона красоты, Валерии.
– Ой, как здорово! – увидев педикюрное кресло, воскликнула Света. – А можно одновременно и на руках, и на ногах коготки сделать?
– У тебя как со временем? – спросила Валерия у Аллы.
– Как раз окно на час, – ответила Алла, – заболела клиентка, так что можем в четыре руки поработать.
Свету усадили в кресло. Валерия принялась обрабатывать руки клиентки, а Алла взялась за ноги.
Болтала Света без умолку. За десять минут все присутствующие узнали, что Свете 35 лет, она местная, что у неё нет мужа и детей, но она хочет и того, и другого – но мужа богатого, а детей максимум двух.
– Так что же ты в Англии не нашла себе жениха? – поддела подругу Валерия. – Отхватила бы себе сэра или пэра.
