Читать онлайн Александр Карфаген - История гоблина

Железные Зубы. Книга I

История гоблина

Наступает новая, темная эпоха. Алчность королей разожгла войну, которой, похоже, никогда не будет конца. И пока люди сражались друг с другом, чудовища из диких краев начали наступать на границы человеческих поселений. Люди стали уходить из деревень, бросать поля, а разоренные земли стали вотчиной кровожадных разбойников.

Но все это не имеет значения для безымянного гоблина-раба. Все, чего он хочет – съесть столько еды, сколько сможет запихнуть себе в рот, пока никто не видит. Однако у судьбы, похоже, есть другие планы на его счет – его увозят в далекие горы под названием Железные Зубы. Там, чтобы остаться в живых, ему придется стать чем-то большим, чем просто гоблин, и кровью проложить себе путь через леса Севера.

Но сначала он должен преодолеть мучительный страх перед деревьями и выжить там, где каждый считает его идеальной закуской...

Кровь лилась из ран мужчины прямо на холодную землю. Он знал, что умирает и ничто ему уже не поможет. Он задыхался и захлебывался горькой кровью, клокотавшей в горле, и, тем не менее, изо всех сил пытался сохранять спокойствие и умереть достойно. Он не собирался в последние минуты жизни трепыхаться, словно выброшенная на берег рыба, на глазах у этих зевак.

Ни за что!

Он не собирался ни о чем жалеть, хоть и не получил от жизни того, чего хотел. Он сделал все, что мог, и умер за то, во что верил! Как бы там ни было, в конце концов, именно он будет смеяться последним.

Он все еще ощущал на себе взгляд нечеловеческих глаз, пылавших ненавистью. Умирающий попытался рассмеяться, но из его горла вырвался лишь тихий булькающий кашель. Глупцы не понятия не имели о том, что натворили! Они не видели, как мир изменился и обернулся против них.

В глазах у мужчины потемнело, и в его сознании вихрем пронеслись события прошлого. С последним вздохом, прорвавшимся сквозь стиснутые зубы, он вспомнил, как все началось...

Он вспомнил огромного серого дракона, возвышавшегося на руинах обреченного Корулиса под падавшим снегом. Одним взмахом хвоста страшилище сшибло стражника, попытавшегося его атаковать. Чудовищный удар разнес человека на части, и в воздух полетели замерзшие куски мяса. Багровые осколки упали на землю и покатились по снегу. Рев чудовища эхом разнесся по городу – его дом был потерян навсегда...

Он вспомнил, как решил прожить жизнь в Зеленом Омуте. Казалось бы, леса Севера таили в себе, бесконечные ужасы и чудовищ, но в них была и смиренная красота. Там он взял в руки оружие из гордости и пустой мести, а потом продолжил воевать только потому, что это было единственное, что он умел. Его друзья пали один за другим, пока он не остался совсем один, а потом он потерял и ее...

Он вспомнил грязное и уродливое зеленое лицо, склонившееся над ним. Почему-то это воспоминание было важным для мужчины, он упрямо цеплялся за него, но потом и оно ускользнуло вслед за остальными. Осталась лишь темнота...

Маленький пленник проснулся от грохота своей клетки. Внезапный шум развеял сны, которые ему, возможно, снились, не оставив в памяти и следа. Пока он спал, веревки, которыми его клетка была привязана к полу повозки, ослабли, и она начала подпрыгивать на ходу.

Шум резал ему уши, они задергались, и он попытался заткнуть их пальцами. Это не слишком-то помогло. Он был не привычен к таким звукам, особенно, если они не прекращаются вот уже нескольких дней.

Как бы ему хотелось не просыпаться вообще! Теперь ему уже ни за что не заснуть снова, как ни старайся.

С его губ сорвалось раздраженное шипение, когда он выглянул из-под потрепанного брезента, который едва прикрывал деревянную клетку. Коричневый брезент был насквозь дырявый и совершенно не защищал от резкого света, проникавшего снаружи. Кроме того, брезент источал ужасную вонь, но пленник привык и к запахам похуже.

Он моргнул, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь сквозь слепящий яркий свет. Когда глаза привыкли, он увидел деревья. Множество деревьев.

По его мнению, деревьев тут было куда больше, чем во всем мире. В городе он редко видел деревья, лишь изредка, когда покидал свое убежище в туннелях и выходил под ночное небо.

Самые ранние его воспоминания были связаны с хозяевами, которые учили его послушанию и посылали его в темные подземелья. Там, глубоко под землей, он вместе со своим соплеменниками охотился на крыс и прочищал туннели и трубы. Он проникал в тесные места, слишком узкие для человека, а потом вылезал обратно за вкусной наградой – со временем крысиное мясо приедалось.

Под покровом ночной тьмы, пока хозяева спали, его племя выбиралось наружу сквозь бреши в старых кирпичных стенах и ржавые решетки. Они рыскали по городу и искали себе пищу среди мусора, а с рассветом, когда ночь сменялась днем, тем же путем пробирались обратно.

Его возбуждали схватки с соплеменниками, собаками или необычайно крупными крысами. Чем больше была крыса, тем вкуснее она была, но особо крупные особи были опасными противниками с очень острыми зубами.

Порой они даже собирались в стаи, и тогда его племя тоже объединялось в отряды и шло на крыс войной! Он до сих пор помнил Великую войну с Одноглазой крысой и пир в честь одержанной победы! Он тогда был совсем юн, но, тем не менее, сыграл решающую роль: убегая, он отвлек на себя несколько особо опасных крыс.

Однако в один прекрасный день все изменилось. Хозяева зачем-то вызвали его племя и, как только он явился вместе с остальными, выбрали его. Затем его посадили в клетку и заставили выпить какую-то воду, от которой его начало клонить в сон. Через секунду он рухнул на пол лицом вниз и погрузился во тьму.

Из тьмы его вырвала огромная огненная рука. Его объяло огнем, а вокруг танцевали тени и обещали ему новые удовольствия и наслаждения, каких ему никогда прежде не доводилось испытывать. Таких снов у него не было с тех самых пор, как он съел тот фиолетовый гриб.

Пока он спал, его выволокли наружу и посадили в клетку, стоявшую в повозке. Проснувшись, к своему ужасу, он обнаружил, что повозка катилась по улицам и как раз выезжала за городские ворота.

Все еще сонный, он заскулил от страха. Он часто заморгал и попытался укрыться от света, свернувшись клубком в углу клетки.

Тем не менее, он вел себя тихо и послушно. Он знал, что лучше не жаловаться и не привлекать к себе внимания, иначе хозяева быстро заткнут ему рот.

Вскоре повозка, на которой его перевозили, присоединилась ко множеству других и влилась в целое полчище людей. Вместе они покинули город и вошли в бескрайнее море зеленых деревьев.

Переезжали ли эти люди в другой город или, может, собирались основать новый? Для чего он им понадобился: для охоты или расчистки темных подземелий? Он не знал. Ему оставалось только сидеть в клетке и ждать.

И ждал он очень долго! Повозки все катились и катились по грунтовой дороге, поднимая в воздух клубы пыли, и пленник потерял счет дням.

Он не слишком хорошо умел считать, но знал, что дней прошло больше, чем у него было пальцев на руках и ногах. Он попробовал было начать считать заново, но все равно сбился со счета. К тому же, ему было очень скучно.

Все было бы не так плохо, если бы повозки не были запряжены лошадьми. Лошади и их дерьмо, на ходу валившееся на дорогу, источали омерзительную и ужасно раздражающую вонь. Его собственное дерьмо пахло куда лучше.

Как бы там ни было, он ненавидел лошадей и, исходя из краткого опыта общения с ними, был уверен, что они точно так же ненавидят его. На вкус они, вероятно, тоже были отвратительны, так что же в них могло быть хорошего? Он бормотал проклятия в их адрес себе под нос, когда ему становилось особенно скучно, а скучно ему было практически все время.

– Мерзкие лошади. Тупые лошади. Вонючие лошади, – бормотал он.

День за днем он только и делал, что сидел в клетке, спал и смотрел на бесконечные зеленые заросли. Какое-то время он представлял себе, будто брезент – это прочная каменная крыша, защищающая его от яркой пустоты над головой.

Он оставлял эти попытки убежать от реальности только, когда его кормили или выводили из повозки наружу под слепящее солнце, чтобы справить нужду. Иногда он справлял ее с закрытыми глазами, но его все равно слепило солнце.

Он хотел обратно домой, в темную канализацию и туннели, где он чувствовал себя свободным! Его тело болело и нуждалось в движении, ему хотелось вытянуться во весь рост, но тесная клетка не позволяла этого сделать. От бездействия он буквально чесался. Хорошо, он чесался практически постоянно, но теперь был уверен, что стал чесаться еще хуже. И винил он в этом лошадей.

– Мерзкие лошади. Тупые лошади. Вонючие лошади, – бормотал он.

Вдруг до его ушей донесся звук приближающихся шагов, и он, поддавшись инстинкту, забился в самый темный угол, какой смог отыскать в деревянной клетке. Однако, к его облегчению, человек прошел мимо, даже не остановившись. Не покидая темного угла, пленник свернулся калачиком и попытался снова заснуть.

Время от времени до него доносились низкие глубокие голоса людей, о чем-то говоривших на своем языке, но, как ни старался, ровным счетом ничего не мог разобрать. Он знал достаточно слов на их языке – им его обучили хозяева, – но эти люди говорили очень быстро и к тому же использовали много слов, значения которых он не знал.

Родной язык казался ему намного проще, по сравнению с языком этих людей, слишком сложным и на слух казавшимся бесконечным набором бессмысленных звуков. Должно быть, люди большую часть своей жизни только и делают, что болтают – весьма странный способ проводить время.

Сам пленник считал, что они были бы гораздо счастливее, если бы проводили больше времени за охотой за всякими вкусными вещами – будь они счастливее, то, возможно, меньше бы его избивали. Так было бы лучше для всех, жаль, что они были слишком тупы, чтобы додуматься до этого. Впрочем, не всем суждено быть такими же умными, как он.

Пленник в очередной раз попытался расслабиться и не обращать внимания на раздражающую тряску и скрип клетки и вдруг услышал голоса двух мужчин. Их тон чем-то заинтересовал его, поэтому он выглянул наружу и попытался их рассмотреть.

Один из мужчин был высоким и худым, а другой – толстым. Они явно о чем-то спорили и говорили все громче, и волнение в голосе, которое, собственно, и привлекло его внимание, становилось все заметнее. Они показались ему чем-то очень обеспокоенными.

Для двух людей, находившихся так близко друг от друга, они говорили слишком громко, да и держались очень напряженно, словно добыча, готовая в любой момент обратиться в бегство. Кроме того, они постоянно оглядывались через плечо куда-то вдаль, словно там что-то должно было появиться. Своим поведением они действительно очень напоминали добычу.

Ему стало интересно, что заставило их так волноваться. Не сказать, что это имело для него значение: так или иначе он будет сидеть в этой клетке, пока его не выпустят. Похоже, они везли его куда-то вместе со всем прочим добром, и вряд ли он покинет клетку, пока они не доедут до места назначения.

Он понятия не имел, куда они направляются, но там, несомненно, будет меньше деревьев… Во всяком случае, он на это надеялся. Еще он надеялся, что там будет куда меньше лошадей, то есть вообще ни одной.