Крэйд - страница 4

– Дорогие наши юноши и девушка! – начал он. – Сегодня – день, когда вы делаете первый шаг во взрослую жизнь! День, когда каждый из вас…

Он сделал паузу, как человек, который сейчас скажет что-то великое.

– …получит свой первый навык. Желаю вам удачи.

После его речи на возвышение поднялся хранитель храма. Он говорил заведомо сложными языковыми конструкциями, потому что иначе пришлось бы признать, что он сам не понимает, что именно сейчас произойдёт. Что такое алтарь и как он работает, до сих пор было загадкой. Его речь заставила уснуть половину из тех немногих, кто пришёл смотреть на сомнительное зрелище получения навыков, чтобы потом первыми разнести новости о навыках молодого пополнения. Наконец торжественная речь хранителя завершилась, и он сказал:

– Подходите по одному.

Ника подошла первой. Она положила ладонь на камень. Стояла ровно и даже не дёрнулась, когда обелиск мигнул.

Ника отступила, посмотрела в пустоту – читала интерфейс – и выдохнула.

– «Лёгкая поступь», – сказала она, и голос у неё дрогнул от облегчения.

В толпе раздались крики одобрения и аплодисменты.

Я не знал, что это за навык, но явно что-то полезное для фронтира. Логика алтарей странная: обелиски выдают навыки не совсем случайно. Тут можно получить и хорошие навыки, которые были у предков, и просто нужные в конкретной местности. Поэтому даже на границе с дикими землями селились люди – получить хороший боевой навык означало хорошую путёвку в жизнь (ну и налоги на фронтире ниже, чего уж тут греха таить).

– Следующий, – позвал хранитель.

Бран пошёл вперёд.

Бран вышел, положил руку, алтарь мигнул.

Потом вспыхнул. Бран дёрнулся и отступил. Посмотрел в пустоту, и улыбка поползла по лицу так, как будто ему прямо сейчас выдали путевку из дома родителей сразу в покои графской дочери.

– «Витальный импульс», – сказал он вслух.

Он поморгал, будто перечитывал, и добавил уже тише:

– Накидывает бодрость. Мне и тем, кто рядом. На минуту на стартовом уровне.

В этот раз реакция толпы была более яркой – хороший и редкий навык откровенно приветствовали.

Бран пошёл назад. Ему несказанно повезло – баферы ценятся, ни один серьёзный рейд не проходит без нескольких серьёзных баферов: слишком много отрядов полегло от дебафного истощения. А если и не захочет идти на фронтир – то быть ему прорабом на любой тяжёлой работе, который усиливает группу рабочих постоянно.

– Я бафер, – шепнул Бран, проходя мимо меня. – Это просто супер.

– Поздравляю, – шепнул я в ответ. – Теперь каждый баф – и братья, и сёстры вокруг тебя получат заряд бодрости.

Лицо Брана скривилось от осознания того, насколько сомнительна перспектива бодрить и без того гиперактивных детишек.

Хранитель кивнул мне.

Я шагнул к обелиску.

Я встал перед камнем, поднял руку – и где-то за спиной услышал шёпот мамы:

– Не моргай.

Я моргнул.

На всякий случай.

И положил ладонь на обелиск. Алтарь не мигнул, не вспыхнул, ничего из того, что должно сопровождать инициацию. Алтарь покрылся красными пятнами, а затем медленно вернул свой обычный цвет.

В этот момент я отчётливо понял что во дворе стало тихо. Страшная и непонятая тишина, опасная, навевающая тревогу, в которой обычно начинают пересчитывать деньги и родственников. Что-то было не так.

В интерфейсе всплыло:

=============================

СИСТЕМА

Обработка…

Пожалуйста, подождите.

=============================

– Долго, – шепнул кто-то.