Матабар VI - страница 5

В итоге вместо того, чтобы прыгнуть на Урского, самец, обжигая руки и тело об искрящуюся сеть, отбежал в сторону. Эрнсон же не хуже самой химеры с разбегу сиганул в воздух и еще в полете выбросил вперед очередные два ножа. На этот раз печати на рукоятях вспыхнули прямо в воздухе, и вокруг самца заклубился серый непроглядный дым. А Дин, оттолкнувшись от оплавленного фонарного столба, чем изменил направление, избежал выстреливших в него костяных игл (будто заранее знал, что в него что-то прилетит) и метнул в дым последний клинок. Тот, только коснувшись лезвием границы дымовой завесы, мгновенно вспыхнул ярким пламенем, и следом улицу сотряс оглушительный взрыв.

– А что насчет премии за поимку?! – выкрикнул Милар, который с абсолютным спокойствием наблюдал за происходящим.

– Лучше уж… премия за… ликвидацию… – рычал Урский, прерываясь на то, чтобы совершить очередной удар.

Он двигался быстро, очень быстро, но химера оказывалась быстрее. Раз за разом она успевала увернуться от его кастетов, надетых поверх защитных перчаток, и плюнуть в ответ кислотой, от которой Урский прятался в плаще. Выставлял его на манер крыла или щита, а затем, отбрасывая край в сторону, снова переходил в атаку.

Эрнсон же, приземлившись спиной к спине со своим напарником, выхватил боевые ножи. Левый он взял обратным хватом, а правый – прямым.

Оба – и Дин и Александр – действовали слаженно, быстро и четко. Как если бы читали мысли друг друга. Ардан не видел такого ни в отряде Йонатана, ни где бы то ни было еще. Хотя, если подумать, то кроме сумбурной схватки с Лорловой, он вообще прежде не видел работу оперативников.

Эрнсон и Урский прижались друг к другу лопатками, а затем, используя товарища как точку опоры, рванули в разные стороны. Урский, ныряя вниз, обманул самку, прыгнувшую вверх. С силой выставив правую ногу, буквально по щиколотку закапывая ту в податливую землю, Урский остановил свой бег и, прежде чем самка среагировала, ударил апперкотом снизу вверх.

Спящие Духи… Арди помнил силу Гуты, и Урскому явно было далеко до Духа Хранителя, но то, как вокруг кулака Александра задрожал воздух (как над костром), говорило о многом. Одним-единственным ударом он начисто снес голову твари, оторвав ту от шеи. А вторым, перемещаясь вправо, он заставил тело монстра согнуться вдоль его предплечья, после чего с громким хлопком отлететь в соседнюю стену. Туша врезалась в кирпич и свалилась на землю, оставшись неподвижно лежать на гравии.

Сам Урский тяжело дышал, а Арди казалось, а может и нет, что на его лысой голове шевелятся узоры татуировок.

Эрнсон же двигался лишь немногим медленнее, но куда плавнее и изящнее. Будто стебель травы, лишенный костей, ведомый в танце порывами ветра, Дин описал два изящных круга вокруг самца, пытающегося дотянуться до следопыта клыками и костяными пальцами. Но каждый раз ему не хватало всего пары миллиметров, чтобы задеть хотя бы край плаща оперативника Черного Дома, а вот Дин такой проблемой отнюдь не страдал. Его ножи даже не сверкали, а скорее вибрировали крыльями настырного комара. И каждая такая вибрация, каждый выпад и взмах, неизменно заканчивались глубокой полосой пореза или окровавленным отверстием на теле твари. Наконец, очередной взмах клинка пришелся аккурат между позвонков монстра. Потеряв контроль над телом, тот свалился, но страдал недолго – следующим же мгновением нож погрузился в его череп по самую гарду. Тварь дернулась и застыла.