Матабар VI - страница 7

А небо… небо, и без того светлое в летние сумерки Метрополии, внезапно раскрасилось цветами золотого рассвета. Когда пламя стихло, Ардан увидел идущий по улице силуэт. Среднего роста, с длинными седыми волосами, стянутыми на затылке в конский хвост. Одетый в простой костюм, в высоких сапогах и том же синем плаще, что и они вчетвером. Разве что левый рукав был зашит в культю на уроне локтя. В правой же руке Мшистый, маг Розовой Звезды, – пятой Звезды, что отнюдь не делало его слабее некоторых Гранд Магистров Черной, шестой Звезды, – держал поднятый над головой посох.

Из сплава Эрталайн, он, если не приглядываться, внешне чем-то напоминал деревянный, резной. Хотя, если вспомнить, то в поезде у Мшистого был совсем другой посох, но кто сказал, что у мага может быть только один. Насколько помнил Ардан, в лаборатории у Аверского, в сейфе, тоже хранилось несколько посохов.

Что куда больше интересовало Арда, так это сама печать. Над навершием посоха Мшистого, в клубах черного дыма и оранжевого пламени, застыла клыкастая обезьянья морда. Созданная из этого самого огня, она скалила клыки в безумной улыбке и сияла красными глазами-углями.

Химеры, по которым пришелся основной удар, едва держались на ногах. Их кости и плоть пытались регенерировать, но тщетно. Раз за разом они лишь осыпались черным трескающимся пеплом.

Мшистый же подошел вплотную к Милару и коротко спросил:

– Только их или весь квартал?

И почему-то Ардан нисколько не сомневался, что Мшистому хватит не только Звездных сил, чтобы разом выжечь весь квартал Ночников, но еще и моральных. Главный цепной пес Черного Дома даже капли сна не потеряет, если уничтожит всех, кто сейчас прятался по своим лачугам в надежде пережить молодую ночь.

– Только химер.

– Точно? – переспросил маг. – Мне эта штука, – он кивнул на огненную обезьянью голову, – в желтый накопитель обошлась, а Дагдаг уже давно посадил меня на диету.

Мшистый выглядел и говорил настолько спокойно, будто не находился посреди квартала, заполненного опаснейшими тварями. И речь сейчас шла не только о химерах.

– Да иди ты в задницу, Мшистый, – не сдержался Милар. – Нам еще в Предместья ехать. И вообще – где твои подчиненные?

– Оставил на въезде, – пожал плечами Мшистый и слегка качнул посохом. – Тут работы-то нет особо никакой.

Из обезьяньей пасти потянулось огненное марево. Клубясь и пенясь гарью, закручивающимися волнами оно пронеслось по улице, даже не сметая, а пожирая все на своем пути. Не осталось ни фонарей, ни гальки, ни редких лавочек; исчезли осколки разбитого кирпича и обломки досок, даже песок под испарившейся лавой обернулся грязным серым стеклом.

От химер тоже не осталось и следа. Когда пламя рассеялось, то все, что свидетельствовало о прошедшей схватке – это черные пятна их силуэтов, украсившие стену кирпичной лачуги. Видимо, они все же попытались сбежать, но не успели.

Ардан же… он смотрел на никуда не девшуюся обезьянью морду, только что дважды затопившую улицу огненными потоками. Вряд ли на такое было способно Синее заклинание, да и Желтое тоже. Скорее всего, Мшистый зачерпнул один или два луча Розовой Звезды, чтобы сотворить это… это… нечто.

– Жаль, конечно, но что поделать, – Мшистый опустил посох на землю, и огненная обезьянья пасть рассеялась едкой дымкой. – Пойдемте, чего стоять зря.

И в прежней, отрешенной, манере цепной пес Черного Дома развернулся и направился в сторону границы квартала Ночников.