Читать онлайн Анна Ворон - Метанойя. Цена мести

Англия, Финд-Элли, сентябрь 2005

Если мир вывернуть наизнанку, то можно увидеть, какими нитками он сшит. Каждую из них вплёл человек. Рисунок сзади несовершенен, но мы можем чётко увидеть, кто пользуется катушкой, пропитанной магией, а у кого нитки самые-самые элементарные. Но всё не так просто, если вы слепы и глухи к магии, как котята в первые дни жизни, то для вас изнанка самая обычная и даже уродливая.

По земле ходит немало ведьм и колдунов, но ещё больше тех, кто просто занял позицию наблюдателя. А уж сколько тех, кто понятия не имеет, где живёт – вообще не сосчитать. Но если вы сегодня здесь, то точно что-то да понимаете в нашем мироустройстве!

Поэтому я раскрою вам тайну, только слушайте внимательно. Ведьмы и колдуны разные-преразные, как и люди, что магией не владеют. Существуют те, кто плетёт горячими нитками, держитесь подальше от таких, если не хотите ожогов. Есть те, кто плетёт ручьями и реками, с ними тоже не шутите, иначе грозит вам тонуть долго и мучительно. Возможно, некоторые из вас уже догадались, о ком будет дальше. Одни владеют невидимой катушкой, но стоит их обидеть и не вдохнуть вам больше. Другие же сделают так, что вы будете погребены заживо.

Кто подумал, что это всё, ошибаетесь. Остались те, кто способен использовать любые нитки. Эти люди могут даже создавать катушки и придумывать новые. Но таких ведьм и колдунов ой как мало и, наверное, это хорошо. Кто знает, что было бы, если бы все так умели, правда?

Чувствуете, что вас всегда тянуло к какой-то стихии, но вы сомневались, то сегодня мы развеем все терзания. Подходите ближе, прикладывайте руку к оранжевой корзинке с талисманами. И минерал, что в ладонь потянется, поможет решить, кто вы. Аманда, принеси ещё камней, сегодня много желающих определить судьбу.

Мадам Лавиния замолчала, проводила взглядом продавщицу, скрывшуюся в подсобке. Затем вернула внимание на тех, кто с энтузиазмом засовывал руку в корзинку с талисманами и внутренне радовалась, что речь удалась на славу. За окном эзотерической лавки оживал вечерний Финд-Элли, люди сновали туда-сюда. Лишь один прохожий, сунув руки в карманы кожаной куртки, замер через дорогу, так и не решившись зайти.

Терсо, Шотландия, апрель 1996

На окраине города стояло обветшалое здание, что хранило запах дешёвой еды, страха, чуток смеха и множество детских переживаний. На лестнице у старой входной двери сидели две израненные души, два подростка. Между ними вёлся тихий и откровенный разговор о будущем, о том, что будет и было.

– Куда ты дальше? – спросил тихий подрагивающий голос.

– Учиться, лягушка, буду получать образование, как примерный человек. – ответил уверенный и саркастичный голос.

– Я же просил меня так не называть, – протянул парень. – А ты даже сейчас, когда мы расстаёмся, возможно навсегда, не упускаешь возможность пообзываться.

– Да ладно тебе, – засмеялся в ответ собеседник. – Вот именно, мы возможно никогда не увидимся, стоит напоследок напомнить тебе, что ты лягушка.

В ответ был лишь протяжный вздох. «Лягушка» не умел обижаться на своего друга, тот не раз его спасал в этом злосчастном месте. И просто был хорошим человеком.

– Мы столько лет были с тобой плечом к плечу, а я так и не знаю, что с тобой стряслось в прошлом. Как ты здесь оказался? Может, всё-таки раскроешь свою тайну? – спросил долговязый парень, за что заслужил своё прозвище.

– Всё не отпускаешь идею узнать, кто я такой… Моё прошлое ужасно, а будущее планирует быть ещё хуже. Оставь это, лучше сохрани обо мне память как о хорошем друге.

– Ну как я могу быть другом, если ничего не знаю о тебе? Я даже не знаю, куда едешь учиться, что случилось, как ты оказался здесь. – Голос собеседника дрогнул от обиды.

– Некоторые вещи лучше не знать. Ты мой единственный друг, лягушка. Хотя ты обо мне почти ничего не знаешь. Но, наверное, годы во лжи вымотали меня, – подросток начал нервно ковырять краску на старой балюстраде. – Меня даже зовут не Робби. Мне дали это имя, когда привезли сюда, чтобы никто не нашёл.

После оглушающего признания, двое замолчали и никто не решался заговорить первым.

– Ты в опасности? – Подал голос «лягушка».

– Уже нет или, вернее сказать, пока нет, – тот, кого друг знал, как Робби, поднялся на ноги и протянул руку. – Пора, автобус прибудет через пять минут.

Подростки направились к остановке и в последнюю минуту ожидания крепко обнялись.

– Как тебя зовут на самом деле?

Парень не отвечал вплоть до того, как приехал автобус, и уже на дверных ступенях обернулся и ответил:

– Эрик. Прощай, лягушка. – После этих слов двери гулко захлопнулись, отделив Эрика от друга и прожитого в этом месте детства.

Англия, Финд-Элли, апрель 2002

Ральф Эшфорд шёл по натоптанной тропе вдоль леса. Серый плащ был застёгнут на все пуговицы, шарф плотно обхватывал шею. От холода покраснели уши, а седина на висках казалась заметнее обычного. Мужчина лет пятидесяти, ничем не примечательный на первый взгляд офисный клерк. Он ходил на работу, возвращался домой, готовил ужин и поднимал на ноги дочь.

Сегодня в офисе его накрыло видение. Ральф увидел людей из ковена, которые собирались избавиться от него и поджидали по дороге домой. Поэтому он решил изменить привычный маршрут и пройти через лес. Возможно, это лишь отсрочит неизбежное, но другого выхода он пока не видел.

Ральф с детства мог заглядывать в прошлое, настоящее и будущее. В юности он развил свой дар, научился различать обрывки грядущих событий и понимать их значение. Но после того как жена оставила его одного с маленьким ребёнком на руках, мужчина решил отказаться от провидения. Ему хотелось простого человеческого счастья. Работы, спокойных вечеров дома и дочери, которая росла бы вдали от жестокого ведьминского мира. С последним не получилось.

Аманда оказалась во власти магии. Ральф не мог изменить этого, как бы сильно ни хотел. Пришлось снова вспоминать всё, от чего он так старательно пытался отгородиться, и учиться защищать девочку. Он знал, на что способен правящий ковен в Финд-Элли. Ведьмы и колдуны караулили у дома и школы, устраивали дочери проверки силы, словно она была не ребёнком, а редкой вещью, которую следовало заполучить. Мать Аманды принадлежала к числу сильнейших ведьм, и по законам магического мира девочка должна была унаследовать её способности. Для ковенов такие дети всегда представляли особую ценность.

Ральфу было всё равно, насколько велика сила его дочери. Он хотел, чтобы она могла спокойно ходить в школу, возвращаться домой, сердиться на него из-за невымытой чашки и рассказывать за ужином о своих делах. Чтобы однажды выросла и сама решала, какой будет её жизнь. Он не собирался отдавать её кому бы то ни было.

Иногда Аманда раздражалась из-за его чрезмерной опеки. Могла хмуриться, закатывать глаза и уверять, что давно уже не маленькая. Ральф обычно делал вид, что принимает её доводы всерьёз, хотя всё равно проверял, закрыта ли входная дверь, и дожидался, пока в её комнате погаснет свет. Он знал, что однажды дочь перестанет нуждаться в его заботе. Наверное, именно поэтому ему так хотелось успеть дать ей как можно больше.

В последние дни видения участились. Сначала ему снились странные картины: заяц бежал через лес, а следом появлялась лиса. Каждый раз всё заканчивалось одинаково. Хищница настигала зверька и смыкала пасть на его шее. Позже предчувствия стали настигать Ральфа посреди рабочего дня. Сегодняшнее видение оказалось особенно сильным. В обед его скрутило так, что он едва смог добраться до кабинета. Перед глазами возник Эдмон из ковена. Тот ждал его на улице и явно не собирался заводить дружескую беседу.

Дом находился уже в паре километров. Из леса вылетела стая ворон. В тишине их карканье прозвучало почти как зловещий смех. Ральф поёжился и глубже засунул руки в карманы. Он ускорил шаг, надеясь добраться до усадьбы прежде, чем его настигнет очередное видение или тот, кто за ним охотился.

Усадьба досталась ему благодаря принадлежности к дворянскому роду. Когда-то Ральфу казалось, что в таком доме обязательно должно быть шумно и весело. Теперь же он чаще думал о том, что в нём слишком много пустых комнат. Аманда занимала одну из них, и этого было достаточно. Иногда, возвращаясь с работы, он слышал её голос ещё с лестницы. Пока она была дома, тишина не казалась такой гнетущей.

Из леса снова донёсся звук. На этот раз Ральф не сомневался, что его издало не животное. Он остановился и повернулся к деревьям. Между стволами мелькнула рыжая макушка. Плечи мужчины опустились. На мгновение в его позе промелькнуло облегчение, но оно быстро сменилось обречённостью. Ральф узнал её. Он знал, что эта встреча не сулит ничего хорошего, и всё же, увидев знакомое лицо, почувствовал странную усталость. Будто больше не нужно было гадать, откуда придёт опасность.

На глаза навернулись слёзы.

– Элис, хватит ломать комедию, выходи, твою рыжую копну видно за километры, – устало крикнул Ральф.

Из-за деревьев выглянула симпатичная женщина в чёрном тренчкоте. Её лицо выражало наигранную доброжелательность.

– Здравствуй, Ральф, – накрашенные красные губы скривились в оскале. – Вижу, ты не сильно рад меня видеть.

– Найди мне хоть одного человека, кто будет рад тебя видеть.

– Ауч, как грубо, – Элис медленно подходила к провидцу. – Я знала, что ты увидишь Эдмона в виде́нии, и не составило труда догадаться, каким путём пойдёшь.

– Зачем я вам? Бэтти обещала мне, что вы больше не побеспокоите мою семью. – В голосе Ральфа слышались тревожные ноты.

– Я не Бэтти.

Такое простое и глупое предложение выбило почву из-под ног Ральфа. Он понимал, что перед ним абсолютная психопатичная женщина и вряд ли она его отпустит живым. Мысль о собственной смерти оказалась неожиданно простой. Гораздо страшнее было другое. Он больше не увидит Аманду. Не услышит её недовольного голоса, когда она снова обнаружит, что отец оставил чашку не на своём месте. Не придётся притворяться, будто он не замечает её улыбки, когда удаётся приготовить что-нибудь вкусное. Не будет их вечерних разговоров, в которых дочь рассказывала далеко не всё, а он делал вид, что верит каждому слову.

Ральф вспомнил, как однажды Аманда попросила подарить ей кота. Он тогда отшутился, что сначала нужно дождаться её двадцатилетия. Девочка возмутилась, заявив, что ждать ещё целую вечность, и он пообещал, что они обязательно вернутся к этому разговору. Теперь эта мелочь больно отозвалась в груди. Он так и не узнает, какого кота выберет дочь. Не увидит, как она повзрослеет, не познакомится с теми, кого она однажды назовёт близкими людьми.

Но сильнее всего Ральфа пугало то, что он оставит её одну.

Он столько лет пытался держать ковен подальше от Аманды. Старался не показывать, как сильно боится за неё, скрывал прошлое и надеялся, что однажды опасность отступит. Бэтти обещала не трогать его семью. Ральф поверил ей, потому что хотел верить. Теперь он понимал, насколько дорого может обойтись эта ошибка. Он не мог защитить дочь. Даже не мог предупредить её.

Элис взмахнула рукой, тем самым подняв Ральфа над землёй, и воскликнула:

– Mori In aeternum!

Мужчину резко выгнуло в спине, и через секунду тело рухнуло на землю с глухим звуком. Из леса вышла вторая фигура, что всё это время стояла в тени.