– Есть и другая хорошая новость. К нашим войскам можно добраться. Ты можешь ехать.
– Я остаюсь.
Князь обнял женщину.
– Я рад.
Земли князя были захвачены чкерами, но его крепость до сих пор чкеры почему-то не взяли в осаду. Почему ноара не уехала? Припасов в крепости было много. А когда кончатся, князь выйдет на бой с князем чкеров. Князь хоть и старый, но сильный. Победит. И они уйдут к своим войскам. А не победит, так она ведь ноара, а князь чкеров тоже мужчина.
Вильд и император выехали быстро. Не вдвоем. Император взял с собой десятков шесть воинов. Хорошо хоть все войско не взял. Двигались быстро. Весь день скакали. Чкеры не останавливались, пересаживались с уставших коней на не настолько уставших, других, которых взяли с собой. Один Верный скакал, не зная усталости.
Останавливались редко, лишь чтобы попить, поесть. Император скакал наравне со всеми. Удивляться нечему, он сильный воин. Ночевать император предпочитал в крепостях. Но если крепости поблизости не было, то ночь проводили под открытым небом.
Когда началась война, каждый князь Сэнгарда решал, присоединится он к войску Сэнгарда или будет защищать свою крепость. Вернее, еще до начала войны, когда стало известно, что война будет, князья решали, присоединиться к войску Сэнгарда или нет.
Князья, чьи крепости были расположены у границы на землях, которые, скорее всего, будут захвачены, обычно, если у них были другие крепости дальше от границы, уезжали в них. Увозили из крепости все, что могли увезти, и все обитатели крепости уезжали вместе с ним.
Если у князя не было другой крепости, то он мог со своими воинами присоединиться к войску Сэнграда, а его семья, взяв с собой самое дорогое, переезжала в столицу. А обитатели крепости уезжали в земли, далекие от боевых действий. Однако князь мог и остаться. В этом случае ему и всем в крепости предстояло выдержать осаду крепости. Дождаться, когда войско Сэнгарда освободит их.
Если почему-то во время осады крепость дальше не могла держать оборону, тогда князь выходил на бой с князем чкеров. Выходил один. Если он побеждал в бою, то ему и всем, кто был в крепости, чкеры позволяли уйти и не преследовали их, но взять князь и его люди могли лишь оружие. Ничего другого взять не могли. Даже своего коня князь взять не мог. Князю и его людям предстояло дойти к войскам Сэнгарда, и если эти чкеры их не преследовали, то были же ведь еще и другие войска чкеров. Все, что было в крепости, доставалось чкерам, что осаждали крепость, а сама крепость и земли князя – императору.
Если князь бой проигрывал и даже если был ранен, его казнили. Людей, что были в крепости – в рабство или убивали. Все, что было в крепости, становилось собственностью князя, одержавшего победу в бою. Земли становились собственностью императора. Из крепости чкеры увозили, что хотели. Саму крепость обычно сжигали. И все же были князья, которые оставались в своих крепостях, хоть и знали, что их земли будут захвачены, а крепость будет в осаде.
К войску Сэнгарда присоединялись не только князья, чьи крепости были у границы. Наоборот, много князей присоединялось, чьи крепости были далеко от мест боев. Они со своими воинами и присоединялись, чтобы враг не дошел до их крепостей.
Когда останавливались ночевать в крепости, Вильду выделяли комнату, но он отказывался. Ночевал с Верным под открытым небом.
Как-то они подъехали ночью к крепости. Крепость, по всему видно, держала осаду. До этого останавливались в крепостях, оставленных князьями. Из этой крепости чкеры вывезли все, не оставив ничего. Даже мебели никакой не было. Очевидно было, что императору придется спать на полу. Впрочем, император и так привык спать не на кровати.
