Читать онлайн Алексей Довгун - Пепел двух миров

Первым признаком того, что физика решила взять выходной, стал осциллограф.

Зеленая линия на экране вдруг дернулась, изогнулась невозможным зигзагом и распалась на хаотичный танец пикселей. Я нахмурился и потянулся к прибору, но тут же отдернул руку. Волоски на предплечье встали дыбом. Воздух в комнате внезапно стал густым, сухим и приобрел отчетливый, режущий ноздри запах озона.

Стекла в окнах мелко задрожали.

Я резко обернулся. Небо за окном изменилось. Свинцовые тучи больше не были серыми — их подбрюшье светилось болезненным, пульсирующим фиолетовым светом. Это не было похоже на городскую засветку или северное сияние. Свет шел изнутри облаков, словно там, в стратосфере, открылся гигантский реактор.

— Что за черт... Электромагнитный импульс? — пробормотал я вслух.

Экран ноутбука мигнул и погас. Светодиоды на плате начали бешено мерцать, переливаясь всеми цветами спектра, хотя в них были впаяны только зеленые диоды. Мой смартфон, лежащий на столе, вдруг издал пронзительный визг, а на его экране вместо привычных иконок побежала вязь абсолютно незнакомых, угловатых символов.

Статика в комнате стала такой плотной, что на кончиках пальцев заплясали крошечные синие искры. Я почувствовал, как колотится сердце. Инстинкт инженера кричал только одно: обесточить всё.

Я бросился к сетевому фильтру. Рука уже почти коснулась красной кнопки, когда за окном не просто прогремело — мир раскололся надвое.

Звука не было. Был только свет.

Ослепительная, толщиной с фонарный столб, фиолетово-белая молния пробила потолок моей квартиры. Она не ударила в громоотвод. Она ударила прямо в центр комнаты, вкручиваясь в пространство, искажая его, как отражение в кривом зеркале.

Время остановилось. Я видел, как медленно, словно в желе, разлетаются оплавленные куски пластика. Как капли недопитого кофе зависают в воздухе.

А затем молния ударила в меня.

Боли не было. Было ощущение, что меня пропустили через промышленный пресс, разобрали на атомы, а затем с силой швырнули в ледяную воду. В ушах стоял оглушительный, нарастающий гул, переходящий в скрежет рвущегося металла. Легкие отказались работать.

Тьма поглотила меня прежде, чем я успел сделать вдох.

...Холодно.

Запах хвои, прелой листвы и сырой земли ударил в нос. Я судорожно втянул воздух, поперхнулся и закашлялся, чувствуя во рту привкус крови и пепла.

С трудом разлепив веки, я уставился в небо. Там не было фиолетовых туч. Не было московского смога. Надо мной раскинулась россыпь невероятно ярких, чужих звезд, перечеркнутая широкой полосой изумрудной туманности.

— Галлюцинация, — просипел я, пытаясь опереться на руки. — Остановка сердца. Нехватка кислорода в мозге...

Я заставил себя сесть. Ладони утонули во влажном мху. Вокруг стеной стоял первобытный, исполинский лес. Стволы деревьев были толщиной в несколько обхватов, а их кора тускло светилась в темноте тонкими синими прожилками.

Но самым страшным был не лес. Самым страшным было мое собственное тело.

Я посмотрел на свои руки. Это были не мои руки. Слишком длинные пальцы, узкие запястья, бледная кожа без единого шрама от паяльника. Одежда — какая-то грубая кожаная куртка и плотная тканая рубаха, пропитанная грязью.

Я попытался встать. Тело повиновалось с задержкой, мышцы казались чужими, непривычно легкими, но при этом странно истощенными. Логика, мой верный щит, начала давать трещину. Мозг отказывался обрабатывать переменные.

Хруст ветки раздался откуда-то слева.

Я резко обернулся. Из-за светящегося ствола дерева выскользнула тень. Именно тень — она не имела четких очертаний, словно соткана из густого, черного дыма. Лишь два багровых, полыхающих глаза смотрели прямо на меня. Существо было размером с крупного волка, но двигалось абсолютно бесшумно. Воздух вокруг него искажался, как над горячим асфальтом.

Мозг немедленно выдал команду: бежать. Но чужие ноги подкосились.

Тварь прыгнула.

Инстинктивно я схватил с земли толстую, увесистую ветку и выбросил ее вперед, используя рычаг, чтобы принять вес нападающего. Ветка с треском вошла в дымную плоть существа. Отдачи почти не было, но тварь завизжала так, что у меня заложило уши. Ее когти — холодные, как лед — рванули меня по плечу, разрывая кожу.

Ощущение боли было кристально реальным. Слишком реальным для галлюцинации.

Я отшвырнул тварь, но из кустов бесшумно выскользнули еще три багровоглазые тени. Они брали меня в кольцо.

"Ну вот и всё, — мелькнула отстраненная, спокойная мысль. — Сбой симуляции. Критическая ошибка".

Я перехватил ветку удобнее, готовясь дорого продать эту странную вторую жизнь, как вдруг лес озарился ослепительным золотым светом.

В воздухе запахло озоном и жженой серой. Прямо из пустоты, в шаге от меня, соткалась огненная плеть. Она с сухим щелчком полоснула по ближайшей тени. Тварь распалась на хлопья черного пепла, издав пронзительный визг. Вторая плеть ударила с другой стороны, отбрасывая остальных существ во мрак.

Из-за деревьев вышла девушка. На ней был легкий, практичный доспех из темной кожи и странного темного металла. В ее поднятой правой руке, не обжигая пальцев, вращался сгусток чистого, ревущего пламени.

Она сделала шаг вперед, освещая мое лицо светом своего заклинания. Ее глаза, ярко-зеленые, как у кошки, расширились от шока. Пламя в ее руке дрогнуло и едва не погасло.

— Этого... этого не может быть, — ее голос дрожал, а уверенная стойка внезапно пропала. Она смотрела на меня так, словно увидела призрака. — Знак рода... Лицо... Но ты же мертв! Я сама видела, как ты умер!

Я тяжело оперся о ствол дерева, зажимая кровоточащее плечо, и криво усмехнулся:

— Боюсь, девушка, мы оба стали жертвами системной ошибки.

Тепло от отвара оказалось настолько сильным, что я почувствовал, как под плотной рубахой тело пробивает пот. Особенно жгло в районе ключицы, чуть ниже повязки. Ощущение было таким, словно к коже приложили раскаленную монету.

— Черт... — я зашипел сквозь зубы и, отставив кружку, свободной рукой рванул ворот чужой рубахи, распахивая её на груди. — Что ты туда намешала? Аллергическая реакция...

Я опустил взгляд и осекся.

На моей груди, слева, прямо над сердцем, светился рисунок. Это была не татуировка и не ожог. Тонкие, геометрически идеальные линии складывались в сложный фрактальный узор, напоминающий распростертые крылья хищной птицы, вписанные в многогранник. Линии пульсировали тусклым, раскаленным золотом, словно под кожей тлела проволока.

Я инстинктивно провел по рисунку пальцем. Никаких шрамов, кожа была абсолютно гладкой. Но свечение реагировало на мой пульс.

— Фосфоресцирующий пигмент? Вживленные диоды? — я лихорадочно пытался найти рациональное объяснение, скребя кожу ногтем. — Как это возможно? У меня не было никаких татуировок!

Звон упавшего металла заставил меня вздрогнуть.