Читать онлайн Kuras Ratonar - Пепельное отражение

Свет падал прямыми линиями сквозь листву, почти как начерченный архитектором. Девочка сморгнула, наклонила голову к плечу, любуясь толщей под иным углом. Пока можно. Её часто брали с собой в этот лес. Готовили и натаскивали на фамильное ремесло. Сейчас можно было отделить себя от него. Хоть на пару минут. Тишины, спокойствия и уединения. Её послали снять установленную камеру, что маскировалась очень хитро внутри деревьев, прикрывалась корой. Та уже лежала в поясном подсумке, и спешить обратно, во временную стоянку, совсем не хотелось.

Юная гостья сморгнула, перевела взор вглубь зелёных, густых зарослей. Сочетание света, теней создавало невероятный объём — могло скрываться очень многое, а человек казался лишь маленькой букашкой. Хотя по мнению девочки — не только казался, но и был. Её семья вторгалась сюда без приглашения и благого намерения. Они приходили убивать, похищать. Ей не нравилось ничего из этого. Наоборот, даже в своём возрасте, восемь лет, она чувствовала, как сильно дело претило. До гнева, что душил. Впрочем, пришлось быстро научиться скрывать эти эмоции, мысли, иначе крепко доставалось от старших. Учиться надо было и прочему.

Девочка прислушалась к звукам за спиной — её пока не подзывали, какой-либо новой возни не начиналось, шумел вокруг один лес — рассматривала природу дальше. Примечала деталей куда больше, чем её спутники. Возможно, потому что не торопилась и смотрела на место, его обитателей иначе. Не как на цели и добычу. Растущих в одном направлении суков было больше, и значило это, что земля давно принадлежала дракону. Довольно молодому, раз лет десять назад он только учился взлетать из леса, приземляться. Отчего ломались ветви, порой и стволы.

Сейчас тот явно стал аккуратней: излюбленные места для полётов были выделены и хорошо обозримы, как и пришедшим охотникам, так и самому грозному владельцу. «Скорее всего, это каменистый, а не лесной как они полагают. Здесь полно следов и от оленей, кабанов. Они ходят спокойно. Значит, он атакует из засады» — утвердилась в своём мнении посетительница, осматривая деревья и ниже, землю.

Лес не был плоским и безликим полотном — для неё открывалась вся глубина, погружение в мир. Старалась понять и малоизученных драконов.Точнее, в семье охотников те изучались неплохо: она уже знала повадки многих пород, привычки, определяла линьку, понимала потребности охоты, регулярность той, насколько жаркое пламя могли исторгнуть разные особи. Все эти поистине бесценные знания добывались кровью, не одно поколение. Ревностно передавались внутри клана, хранились и от прочих. Двенадцати семей, что вели охоту издревле и по сей день. Хотя давно стоило признать ремесло пережитком прошлого. Драконов осталось мало, добрая часть магических поверий рассеяна на научном уровне. Съеденная железа животного никого не наделит возможностью дышать огнём. А кровь лишь отравляла. Однако деньги говорили громче.

Именно жадность — не якобы приверженность фамильной чести и обычаям, как говорили старшие. Родители, деды, бабушки, братья и сёстры. Девочка слишком отчётливо видела, что дело именно в выгоде. Потому что без той всей семье пришлось бы наконец выйти из устаревшего образа жизни. Начинать новую, что всегда тяжело и трудно. Она-то знала прекрасно. Как и то, что её душа никогда не принадлежала к охотникам. С её губ слетел сжатый выдох, полный и презрения. Пара шагов вперёд, ближе к тропе. Ближе к миру драконов.

Они ей нравились, к ним звало всё: сердце, ум, что-то особенное ещё глубже. Величественные, прекрасные и умные животные. Как бы ей хотелось просто гулять рядом, наблюдать, изучать. Понимать лучше, чем сейчас. Но всякий визит в лес, находящийся под охраной государства, проходил с риском посодействовать в смерти одного из драконов, яиц или их покою, безопасности. Сегодня вылазка не относилась к активным: они просто собирали данные о тропах, поведении. Чтобы потом нанести точный и подлый удар.

Оружие никогда не было честным способом борьбы с животными. С любыми, между прочим. Девочка принюхалась и выделила слабый запах драконьей мочи. Улыбнулась с облегчением — здесь тот не обновлял меток уже недели три. Значит, на камеру, лежащую у неё, не попался. Это было очень радостное известие для неё. Настроение поднялось ещё немного. Она подошла ближе к одному из деревьев, аккуратно коснулась рукой. Подражала животному, оставляя хоть толику своего запаха. Находилась здесь. Не желала вредить.

В путанице, калейдоскопе листьев, ветвей выделяла отдельные растения, деревья, мхи. Животные поменьше благоразумно держались от человека подальше, не высовывались. Но девочка смогла приметить наблюдающих соек повыше. Приходилось очень сильно запрокинуть голову, безотчётно привстать на цыпочки. Вообще очень многие растения здесь были очень высокими, громадными как доисторические. Деревья бросали густые тени, а их стволы не могли бы за раз обхватить и пять взрослых. Всё чудное, необычное и прекрасное.

Гостья выдохнула, чувствуя, как накатывает умиротворение, прошлась немного в бок, обогнула раскидистый кустарник. Тот едко пах, но мог помочь скрыть лишние запахи, если только потребуется. Внезапно она ощутила на себе чужое внимание. Знакомое. Более разумное, не похожее на взор человека. Дракон. Рядом. Девочка плавно замерла, интуитивно склонила голову и закрыла глаза. Показывала своё доверие незримому наблюдателю. Новых шорохов не появилось, и через пару минут она открыла глаза, начала сама аккуратно озираться.

Ящеры, по большей части, были очень хороши в маскировке. Здесь ещё всё играло им на лапу. Расцветка, плотность зарослей, земля, идущая волнами. Девочка много раз видела, как даже бывалые охотники пропускают мимо взора нужные детали. Или же это ей было проще их разглядеть. То ли из-за молодости, то ли из-за отношения к окружению. Иногда это приносило горькое одиночество. Но не сейчас — она не одна. Распознала матовые, прикрытые глаза дракона. Изумрудные, яркие. Наверняка на рынке стоили бы очень дорого, особенно если добыть их с неповреждёнными нервами. Сбоку от неё затаился драконыш. Или же подросток.

Тишина стала удивительной между ними. Животное так же наблюдало за ней, как и она за ним. Спокойно, мирно. И девочка не предпринимала попыток подойти ближе — может его испугать или насторожить. Всё же на лице показалась улыбка. Умное, благородное животное. Как и все остальные. Ни одно не заслуживает того, чтобы на него охотились из-за трофеев. Восхищение животным, любовь к ним наполняли юную и выбракованную «охотницу». А потом в нагрудном, специальном кармане разошлось тихой вибрацией. Её вызывали обратно. Значит, уже недовольны и раздражены отсутствием. Это заставило её отмереть.

Рядом остальные, которые с юным драконом расправятся очень просто за счёт оружия. Она судорожно вдохнула и всмотрелась в глаза с вертикальным зрачком, подалась вперёд в своеобразном наклоне — показывала, что не только заметила его.

— Уходи, быстрее. Уходи дальше, — тихо проговорила девочка, а внутри закололо тревогой. — Уходи.

Она развернулась и побежала в сторону лагеря. Надеялась, что дракон поймёт её слова. Задерживаться, чтобы удостовериться в этом или том, как тот среагирует, возможности попросту нет.

Нельзя и дальше привлекать внимание взрослых к участку. Огибала кустарники, торопилась обратно. Зелёное проносилось мимо. Сливалось. Немного запыхалась, когда выбежала к месту. Чуть ли не запнулась за толстый кабель. Тот шёл к сложной аппаратуре, системе датчиков. Девочка посмотрела на него, на пробу, но сигнальные дуги не появлялись на экране. Значит, дракона ещё не заметили.

— Вигберга! — отвлёк грозный и жёсткий окрик. — Опять слоняешься без дела? Забыла, что каждая вылазка сюда стоит денег и не должна проходить впустую?

Она не вздрогнула от ругани троюродного брата. Голос бил грубостью, командностью. Они здесь в самом деле не на прогулке. Медленно скосила глаза к нему и покачала головой.

— Давай сюда камеру, — бросили с другой стороны старшие. — Надо выгрузить записи.

Девочка удержала нейтральное выражение лица, поиграла пальцами на краю рубашки. Ей захотелось достать камеру и швырнуть её о землю, разбить. Убежать обратно в лес, чтобы никто её не догнал. Но она не теряла самообладания — что мог сделать ребёнок против целого мира? Во всяком случае, в открытую.

Она прошла ко взрослым, что сидели на корточках, работали с картами памяти уже принесённых камер. Они пока обходились без резких замечаний, сосредоточенные на деле. Это был подготовительный заход. Девочка оглядывала лагерь, про себя кривилась: провода, коробы, ящики, вездеходы, установленные звуковые глушители и оружие — всё это ужасно и чуждо природе. Человек полагал себя хозяином. И ошибался — она это знала. Поэтому когда полезла в сумку за камерой, протянула ту, и вокруг раздался пронзительный вой сирены, то вновь не содрогнулась. Криво улыбнулась уголком губ — драконы обошли внешние рубежи защиты. И теперь шли за людьми.

Взрослые повскакивали, фразы смазывались под шумом, а девочка посмотрела в сторону — будто точно знала откуда придут животные. Громадное дерево подало с гулким треском на всю современную и сложную аппаратуру. Грохот, вой сирены. Суета вокруг занялась как пожар, зелёное, коричневое смешивались с чёрным, серым, и она...

...разлепила глаза, подскакивая на кровати. Импульс адреналина мгновенно разгонял разум и тело. Густого сна словно не было. Вдалеке раздавался вой сирены кареты скорой помощи. Вигберга быстро, не мигая осматривала окружение, готовая к рывку и действу. Не лес. Далеко не лес. Но всё же привычка держаться настороже работала независимо от места. И к шуму большого города ей ещё только предстояло привыкнуть. И к таким звукам, как сирены машин экстренных служб. «Наверное, во всех сигналах тревоги есть общая составляющая. Подсознательная» — она выдохнула сквозь сжатые зубы и потёрла лицо, унимая всполошённость. За той было не прочувствовать: выспалась или нет. Однако света за неплотными шторами достаточно — ей бы прикупить новые как-нибудь — стало быть, уже не ночь и не вечер. И пора вставать в любом случае. Готовиться к делам.

Девушка растёрла виски, слушала высокий звук. Тот прекратил двигаться, став из-за этого менее живым. «Остановились на соседней улице, скорее всего» — определила она, а всплеск готовности затихал. Пока всё хорошо у неё. Через минуту откинула плед, встала с дивана и потянулась. Взгляд нашёл простенькие часы на стене: девять с чем-то утра. Проспала, получается, шестнадцать часов. Довольно неплохо после напряжённых дней работы. Однако впереди не меньше: действие переместилось из леса сюда. В каменные джунгли, как их называли.

Мысли об этом помогали определить очерёдность действий. Для начала привести себя и обиталище в порядок. Вигберга кивнула и направилась к кевларовому мешку, оставленному вчера у ножки кухонного стола. Сверху же стояла чашка и пустая грязная тарелка. Посуду она положила в раковину к горе прочей — надо сегодня мыть и мыть, иначе у неё не останется ничего чистого. Потом выудила из тумбы полотно-ковёр, потянулась к мешку. Расстелила защиту, которая вдобавок помогала охранять всё от лишней грязи, вытащила содержимое.