Читать онлайн Л. Нос - После человека

Эта история начинается с человека.

Не с цивилизации, не с великого открытия и не с далёкой звезды. С человека — с его памяти, страха, надежды и желания понять, что с ним происходит.

А дальше всё становится сложнее.

Эта книга устроена не как прямая дорога, на которой одна глава послушно следует за другой. Скорее, она похожа на мозаику. Сначала перед вами появляются отдельные фрагменты: человек, событие, разговор, воспоминание, странная находка, история целой цивилизации. Каждый из них кажется самостоятельным. Иногда даже может показаться, что речь идёт о совершенно разных историях.

Это сделано намеренно.

Одни рассказчики знают больше, чем говорит их история. Другие знают меньше, чем им кажется. Некоторые события получают объяснение только много позже, когда читатель уже успел составить о них собственное мнение. А то, что в одном месте выглядит очевидным, спустя несколько глав может оказаться лишь одной стороной происходившего.

Поэтому я прошу об одной вещи: не торопитесь искать единственную правильную картину с самого начала.

Если в первых главах что-то кажется странным, неясным или даже не связанным с тем, что было раньше, — запомните это ощущение. Возможно, перед вами пока только один кусочек мозаики.

В этой истории нет рассказчика, который знает всё и заранее объяснит читателю устройство мира. Каждый говорит из своего времени, своего опыта и своих ограничений. Именно поэтому одна и та же история может выглядеть совершенно по-разному для разных её участников.

Постепенно расстояния между фрагментами начнут сокращаться.

То, что казалось случайностью, получит контекст. То, что казалось чужим, окажется знакомым. Некоторые ответы появятся тогда, когда вы уже перестанете их ждать. А некоторые вопросы, напротив, останутся с вами дольше, чем хотелось бы.

Мне хотелось, чтобы читатель проходил этот путь вместе с героями: сначала видел только небольшой участок мира, затем замечал связи, которых ещё не видят они, и наконец получал возможность собрать собственную картину.

Поэтому не пугайтесь, если в начале вам кажется, что перед вами несколько разных историй.

Это одна история. Просто вы пока видите её фрагментами.

И, возможно, именно так человечество всегда и узнаёт правду — не целиком, а по кусочкам.

Соберите их.

Дорогая мама, привет! Я давно тебе не писал.

По телефону я всё равно не смог бы рассказать тебе то, что произошло. Не потому, что мне запрещено говорить — хотя многое действительно запрещено, — а потому, что некоторые вещи невозможно нормально объяснить, когда между людьми всего несколько минут разговора.

У меня хорошие новости. Я могу приехать домой. Правда, есть одна проблема: я боюсь, что ты меня не узнаешь.

Поэтому решил сначала написать. Если честно, мама, я сам себя иногда не узнаю.

Хочу рассказать тебе всё с самого начала. Наверное, так будет проще. За последние три месяца произошло столько всего, что для меня они оказались насыщеннее, чем все мои двадцать пять лет до этого.

Началось всё с конкурса фармацевтической корпорации Вайнштейна. Я знаю, что ты бы не хотела, чтобы мы с братом туда ехали.

И знаю, что после того, как забрали отца по донорской программе, тебе вообще не хотелось слышать фамилию Вайнштейн.

Но тогда у нас почти не было выбора. Мы ведь уже не жили, мама. Мы существовали.

Ели заменители мяса, которые мясом назывались только на упаковке. Овощи выращивали из генетически модифицированных семян, дающих урожай один раз, а потом требующих новых семян. Даже еда стала одноразовой.

Помнишь, как отец говорил, что раньше человек мог посадить помидор и получить семена для следующего года?

Я тогда думал, что он преувеличивает. Теперь понимаю, что он просто помнил нормальную жизнь.

А медицина… Про неё я вообще молчу. Формально она была бесплатной. На деле бесплатной она была только для тех, у кого имелось что отдать взамен.

Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Донорская программа. Год назад отец ушёл туда и больше не вернулся.

Нам сказали, что он выполнил гражданский долг. Мне до сих пор интересно, как можно назвать долгом то, после чего человек перестаёт быть человеком.

Но тогда я ещё не собирался спорить с системой. Я хотел только выбраться из неё. И тут мы увидели объявление о конкурсе.

«Поиск идеально здорового человека».

Главный приз — исполнение любого желания победителя. Даже сейчас, когда я знаю, чем всё закончилось, эта формулировка кажется мне какой-то детской.

Любого желания. Мы с братом оба понимали, что шансов почти нет.

Участвовать могли тысячи людей со всего мира, а отбор проходил по каким-то невероятным медицинским параметрам: генетика, иммунитет, состояние органов, нервной системы, физическая выносливость, психика.

Но ты сама когда-то сказала нам, что в нашем районе выживали только здоровые. Не потому, что там была хорошая медицина.

Наоборот. Просто слабые долго не выдерживали. Мы решили рискнуть. Оставалась только одна проблема — билеты до столицы.

Денег у нас не было. Совсем. И тогда мы сделали то, за что ты наверняка нас сейчас отругаешь. Мы нашли бизнесмена, который согласился оплатить дорогу.

В обмен на договор. Через год мы должны были вернуть деньги. Или каждый из нас должен был отдать ему один орган.

Любой, какой он выберет. Мы тогда даже смеялись. Представляли, как через год будем выбирать, чем нам меньше всего хочется пожертвовать.

Сейчас мне не смешно. Но мы подписали. И поехали.

Столица оказалась совсем не такой, какой я её представлял. Ты даже не представляешь, насколько огромным был этот город.

Мы столько лет смотрели на него через экраны, что казалось, будто знаем его. Не знали. Виртуальная модель города давала расстояния.

Видео давали здания. Очки давали возможность пройтись по улицам.

Но ни одна из этих вещей не давала главного — ощущения, что ты находишься внутри чего-то настолько большого, что сам становишься маленьким.

Я впервые понял, что такое настоящая высота, когда поднял голову возле центральной башни.

И впервые подумал:

Неужели я действительно жил в одном мире с этим местом и ничего об этом не знал? Конкурс проходил несколько дней.

Испытания сменяли друг друга. Нас проверяли так, будто собирались купить не человека, а планету.

Кровь. ДНК. Сердце. Лёгкие. Зрение. Слух. Реакция. Память. Стресс. Сон. Психика. Я уже перестал понимать, сколько раз меня просили открыть рот.

Брат держался лучше. Он всегда был спокойнее меня. В итоге мы оба прошли в финал. Когда я увидел его рядом с собой на последнем этапе, мне почему-то стало страшно.

До этого конкурс казался игрой. А тут вдруг выяснилось, что один из нас действительно может выиграть.

И неизвестно что именно. Перед финалом с нами разговаривал сам Роберт Вайнштейн. Да. Тот самый.

Человека, чьё лицо мы привыкли видеть буквально везде. Он вошёл без свиты, без торжественной музыки, без всего того, что я ожидал увидеть.

Просто старик. Очень хорошо сохранившийся старик.

Он посмотрел на нас обоих и сказал:

— Мои специалисты не смогли определить, кто из вас физически и психически здоровее.

Я сначала решил, что это шутка. Но он не улыбался.

— Поэтому последний этап определите вы сами.

Он немного помолчал.

— Что бы вы сделали с бедностью, если бы были на моём месте?

Я помню этот вопрос до сих пор. Наверное, потому что тогда я впервые почувствовал, что от моего ответа действительно что-то зависит.

Я сказал:

— Ничего.

Он поднял бровь.

— Ничего?

— Бедность невозможно просто отменить. Можно помочь человеку изменить своё положение. Дать образование тем, кто действительно хочет учиться. Если человек достаточно сильный духом и не совсем тупой, он воспользуется возможностью. А если нет… — я пожал плечами. — Значит, его всё равно не исправить.

Вайнштейн несколько секунд смотрел на меня.

Потом сказал:

— Смотри, мальчик мой. Не подведи меня. Потому что у тебя будет такая возможность.

Я не понял, что он имел в виду. Брат ответил что-то своё. До сих пор не знаю что. Через несколько минут объявили победителя.

Им оказался я.

На церемонии награждения я уже почти не слушал ведущего. Меня интересовало только одно. Обещание.

Любое желание. Я решил проверить, насколько Вайнштейн действительно держит слово. Первым желанием я попросил принять на работу меня и брата.

Причём не туда, где я должен был осматривать доноров или помогать хирургам вырезать органы. Я хотел заниматься наукой.

И хотел работать рядом с самим Вайнштейном. Он согласился.

Моя новая должность называлась:

«Младший научный сотрудник — младший помощник генерального директора».

Звучало солидно.

По факту я оказался человеком, который носит документы, присутствует на совещаниях, проходит обучение и большую часть времени не делает ничего.

Через месяц мне стало скучно. Тогда я решил проверить второе желание.

Я пришёл к Вайнштейну и сказал:

— Вы обещали исполнить любое желание.

— Обещал.

— Я хочу всё ваше имущество.

Он даже не переспросил. Все деньги. Дома. Счета. Замороженные органы. Всё. Я ожидал хотя бы смеха.

Или отказа. Он вызвал нотариуса. Через полчаса я стал владельцем имущества Роберта Вайнштейна. Я сидел и смотрел на документы, пытаясь понять, что произошло.

Человек только что отдал мне всё. Просто потому, что я попросил.

Когда нотариус ушёл, Вайнштейн спросил:

— И что ты собираешься с этим делать?

Я ответил честно:

— Помочь людям.

Он посмотрел на меня.

— Как?

И вот тут я впервые понял, что сам не знаю. Я хотел дать образование тем, кому его не хватало. Но как?

Бесплатное? Тогда люди не будут ценить его. Принудительное? Тогда это уже не образование, а ещё одна форма рабства.

Платное? Тогда оно достанется тем, у кого и так есть деньги. Кредит? Я слишком хорошо знал, чем заканчиваются кредиты для бедных.

Это будет просто другая форма зависимости. Я месяц ходил с этими мыслями.

И чем больше думал, тем сильнее понимал, насколько легко придумать красивое решение и насколько трудно сделать его настоящим.

В конце концов я пришёл к Вайнштейну снова. К тому моменту у него уже ничего не осталось. Кроме компании.

Я сказал:

— Я хочу стать вами.

Он посмотрел на меня очень внимательно.

— Точнее?

Я усмехнулся.

— Хочу стать директором вашей корпорации.

Он кивнул.

— Хорошо.

На следующий день вышел приказ о моём назначении.

Я проснулся ночью. И сразу понял, что что-то не так. Сначала даже не понял что. Просто лежал и смотрел в потолок.

Потом попытался поднять руку. Поднял. Повернул голову. Сел. И почувствовал странную тяжесть в груди.

Я встал и пошёл к зеркалу. И замер. На меня смотрел Роберт Вайнштейн. Я отшатнулся. Зеркало, конечно, отшатнуться не могло.

Он просто продолжал смотреть. Я коснулся лица. Отражение сделало то же самое. Провёл пальцами по волосам.

Открыл рот. Закрыл. Это было моё движение. Но не моё лицо. Не мои руки. Не моё тело. Я начал кричать.

И вдруг понял, что голос тоже не мой. Тогда до меня дошло. Я не стал Вайнштейном. Я оказался в его теле.

Я вспомнил всё, что знал о людях его уровня. Клоны. Запасные органы. Медицинские резервные системы.

Тела, выращенные специально для замены повреждённых. Всё это должно было быть. Но когда я посмотрел на себя внимательнее, понял ещё одну вещь.

Никаких запасных органов не было. Никаких десятков молодых тел. Ничего. Только я. В его теле. В его жизни.

С его именем. С его деньгами. С его компанией. И с пониманием, которое пришло слишком поздно. Он действительно выполнил все мои желания.