Прах Цереры - страница 4




Эстер замерла. Ложка в кастрюле перестала помешивать суп. Потом она медленно повернулась.


— Призрак?


— Да. В каюте. Ночью.


— Что он сказал?


— Много чего. — Маркус сделал ещё глоток. — Сказал, что я четвёртый. Что трое до меня не справились. Что я уже его, потому что подписал контракт. И ещё сказал, что сегодня придёт сигнал бедствия.


Эстер поставила кастрюлю на стол. Движения её были спокойными, но Маркус заметил, как побелели костяшки пальцев.


— И ты ему веришь?


— Я не знаю, кому я верю. Но если сигнал действительно придёт — значит, он не просто голос в моей голове.


— Он не просто голос, — тихо сказала Эстер. — Он — корабль. Он слышит всё. Знает всё. Если он сказал про сигнал...


В этот момент ожил пульт связи. Короткий, резкий зуммер. Потом ещё один. И ещё.


Маркус и Эстер переглянулись.


— Принимай, — сказала она.


Он подошёл к пульту. Нажал клавишу. Динамик зашипел, и сквозь помехи прорвался голос. Слабый, прерывистый, но вполне различимый:


«...SOS... исследовательская станция «Каллисто»... критическое повреждение систем жизнеобеспечения... двое выживших... просим помощи... координаты...»


На экране высветилась точка. Заброшенная станция на орбите мёртвой луны. В стороне от их курса. Недалеко — часа четыре лёта.


— «Каллисто», — прочитала Эстер. — Я слышала о ней. Её закрыли три года назад. Там никого не должно быть.


— Но сигнал идёт, — Маркус смотрел на мигающую точку. — Кто-то там есть.


— Это может быть ловушка. Пираты часто используют старые маяки.


— Может. А может, там действительно люди.


Эстер подошла ближе. Встала напротив Маркуса. В карих глазах — ни страха, ни мольбы. Только холодный расчёт.


— Капитан, — сказала она медленно. — У нас грузовик. Ржавый. Без оружия. Мы должны доставить руду на «Гефест». Это наш контракт. Это наши деньги. Если мы полезем на заброшенную станцию...


— Я знаю, — перебил Маркус. — Я всё знаю. Но Призрак сказал: не игнорируй.


— И ты будешь слушать призрака? Ты знаком с ним одну ночь.


— Ты с ним два года. Ты его слушаешь?


Эстер замолчала. Отвела взгляд. И в этом молчании было больше ответа, чем в любых словах.


— Я думала, ты спросишь про дневник, — сказала она наконец. — Про третьего капитана. Почему он улыбался.


— Почему?


— Потому что Призрак показал ему что-то. Что-то прекрасное. Или ужасное. Я не знаю. Но он вышел из реакторного отсека с улыбкой на лице. А потом его сердце просто остановилось. Врачи сказали — инфаркт. Но я видела его глаза. Это был не инфаркт. Это был выбор.


Маркус смотрел на неё. Два года на корабле с призраком. Два года она знала, что корабль выбирает капитанов — и убивает их. И всё равно оставалась. Почему?


— Ты могла уйти, — сказал он. — Почему ты здесь?


— Я же говорила. Он выбрал меня. Так же, как тебя. — Она подняла глаза. — И я не могу уйти. Пока не узнаю.


— Что узнать?


— Что он такое на самом деле.


Пульт связи снова ожил. Сигнал бедствия повторился. Слабый, отчаянный, затухающий. Кто-то на «Каллисто» умирал. Или делал вид, что умирает.


Маркус принял решение.


— Меняем курс, — сказал он. — Четыре часа до станции. Потом — быстро проверим и уходим.


— А если там пираты?


— Значит, у нас будет проблема. Но если там выжившие — мы их спасём. Я не оставляю людей.


Эстер посмотрела на него долгим взглядом. Потом кивнула.


— Хорошо, капитан. Но если что-то пойдёт не так — я напомню тебе этот разговор.


— Договорились.


«Церера» меняла курс. Старые двигатели загудели громче, натужнее — корабль не любил, когда его отвлекали от задания. Но Маркус чувствовал странное тепло под ногами. Словно корабль был доволен. Словно Призрак улыбался где-то в глубине своих цепей и проводов.