Читать онлайн Ульяна Верасева - Просыпайся, Цезарь

© Ульяна Верасева, 2026

ISBN 978-5-0070-8241-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ровно в семь часов холодного осеннего вечера дверь в женскую комнату общежития Королевского колледжа Кембриджа распахнулась под отчаянный вой разочарованного в своих способностях к латинскому языку Сильвана.

— Я не понимаю! Тысячу, нет, тысячу и три раза пролистал этот долбанный учебник, но не нашел erant1. Его будто не существует! Впрочем, как и моей веры в то, что я сдам латынь профессору Толмену этой зимой.

Омраченный Сильван упал в мягкое кресло и театрально уронил веснушчатое лицо в руки. На полу рядом стояла открытая бутылка красного вина и лежали потрепанные «Записки о Галльской войне» Гая Юлия Цезаря. Типичный набор предметов интерьера для самой популярной комнаты на этаже.

— Эй! Ты сел прямо на мой пиджак, придурок, — Диана поднялась со стула, где изысканно и неподвижно, как античная статуя, сидела уже около часа, пока Марс старательно рисовал ее портер красками. Художник то и дело выглядывал из-за мольберта с хмурым видом, что вселяло в темноволосую натурщицу сомнения насчет своей абсолютной красоты.

Проблем Сильвану не хотелось, так что он вытащил из-под себя черный пиджак и вытер им свои несуществующие слезы. Когда он посмотрел с едва заметной улыбкой на подругу, до него только дошло, что на Диане остались лишь темно-коричневые брюки и черный кружевной бюстгальтер, так эффектно подчеркивающий ее аккуратную грудь. Девушка вырвала пиджак из рук короля драмы, пока тот не успел ради шутки в него высморкаться, и бросила на колени Марсу.

— Пусть у тебя полежит, dulcis2, — на последнем слове она пригладила черные кудряшки Марса, и по ее горящим глазам можно было догадаться, как сильно ей хочется поцеловать своего парня. Но ворвавшийся в темную от завешанных штор и нескольких свечей комнату Сильван ловко разворошил всю романтику этого вечера. Разрушать всегда легче, чем создавать.

— Если тебе еще интересно, — вдруг подал голос до этого молчаливый Марс. Все его внимание поглотил разжигающий чувства портрет, которому он отдал всего себя. Планы Марса включали поскорее отдаться и своей возлюбленной, потому что Диана сводила его с ума и удержаться становилось труднее с каждой минутой. Каштановые волосы до середины спины, всегда такие прямые, уложенные и сверкающие, словно она душу продала за них, золотые, как полуденное солнце, тени на веках, слегка приоткрытые губы, вечно готовые к прикосновениям, длинные острые ногти, так часто царапающие его крепкую спину. Произведение античного искусства, по-другому ее нельзя было назвать. Она шла в одном ряду с «Илиадой», возможно, даже немного опережая поэму Гомера, и даже любимые речи Юлия Цезаря не могли сравниться с тем волнением, в которое его погружала эта обворожительная нимфа.

— Что мне интересно? — Сильван тряхнул головой, чтобы рыжие пряди не мешали ему взирать на Марса, холодного, рассудительного, сильного и самого умного из всех, кого доводилось ему встречать.

— Erant — это третье лицо, множественное число, имперфект в индикативе, — с серьезным видом доложил лучший студент их крошечной и особенной группы классической филологии. Всего шесть любителей античности учились на третьем курсе, и вместе с преподавателями они составляли по-настоящему сплоченную семью.

Сильван тут же оживился. Он знал, что Марс никогда не бросит в беде и всегда выручит в трудную минуту, особенно когда дело касалось учебы. К нему можно было обратиться с любым вопросом, этот чертов фанатик боготворил Древний Рим от начала его истории и до самой последней пылинки.

— Живи вечно, друг мой! — Сильван изобразил корявый низкий поклон и взглянул на бутылку на полу. — А чего покрепче не найдется тут?

Диана уже снова позировала на стуле, поэтому ответила, нисколько не пошевелившись:

— Что насчет вишневого ликера?

— Tu rides?3

— Я видел на полке за учебниками бренди, — Марс вносил окончательные штрихи. Он собирался спрятать дивный портрет от чужих глаз на полке среди собственных книг, где по большей части стояли классические произведения на латинском и словари.

— Откуда ты знаешь, что скрывается среди моих книг? — Диана прищурилась, как бы подчеркивая, что не потерпит ложь. Пиджак она решила занести в прачечную после распускания рук друга, поэтому направилась к шкафу и вытащила черного цвета рубашку.

— Я сам туда поставил бренди на будущее, — пожал плечами Марс и отложил художественные принадлежности в сторону. Впереди ждали выходные, и можно было отпустить весь накопившийся за неделю стресс.

— Кажется, кто-то назвал мой любимый напиток! — дверь снова распахнулась, потому что никто здесь не считал своим долгом вежливо стучать и заходить осторожно, волнуясь потревожить чужой покой.

В небольшой, но все-таки уютной комнате, где на фоне играла чарующая музыка из старого винилового проигрывателя, с появлением синеволосого и звонкого Нокса свободного места стала еще меньше, но никто уже не обращал внимания на ограничения.

— С каких пор ты перестал поклоняться пиву? — фыркнул Сильван и отвернулся, чтобы не видеть, как его бывший лучший друг показывает ему средний палец. Нокс его ужасно раздражал, особенно тем, что после их крупной ссоры весной он быстро забыл об их когда-то крепкой связи и теперь лишь презрительно насмехался над Сильваном. Этот бессовестный прожигатель жизни только и знал, с кем бы из студентов колледжа сходить на свидание, то есть переспать, и вообще с каждым днем он все больше восхищался римским императором Нероном, который взошел на престол в шестнадцать лет и прославился тем, что все считали его садистом, поджигателем и душевнобольным.

— Ты пришел, чтобы тоже пожаловаться на окончания в латинском? — Диана пила вино из бутылки и кружилась в танце с закрытыми глазами, поленившись застегнуть пуговицы рубашки. А может, она просто хотела, чтобы все видели ее тело.

— Deus4, я не такой тупой, как некоторые здесь. Просто хотел поделиться своими любимыми строками из «Науки любви» Овидия. Слушайте, — Нокс раскрыл книгу там, где оставил закладку с узором в виде красных роз, и прочистил горло. — «Воинской службе подобна любовь. Отойдите, ленивцы! Тем, кто робок и вял, эти знамена невмочь. Бурная ночь, дорожная даль, жестокая мука, тяготы все, все труды собраны в стане любви». Гениально, правда?

Минуту в комнате стояла тишина. Потом заговорил Марс:

— Ты вообще в курсе, что зачитывал нам эту цитату уже десять раз?

— Одиннадцать, если быть точным, — подправил Сильван.

— Я к вам с душой, а вы… — Нокс бросил книгу на заваленный старыми учебниками, исписанными тетрадями, незаконченными эссе и пустыми бутылками стол, а сам сел прямо на бордовый ковер и обнял свои острые колени.

— Однажды ты перестанешь вечно говорить о сексе, но, боюсь, мы не доживем, — Диана вручила Ноксу полный стакан. — Извини, закуски нет.

Все в комнате хохотнули. Они никогда не нуждались в закуске.

— Вы закончили свой проект по керамическим обломкам? Бейтс вряд ли обрадуется очередной отмазке, — Нокс обратился к тем, чей любви сегодня не позволяли раскрыться во всей своей полноте.

— Да, еще вчера. И я рада, что все позади. Изучать посуду не так интересно, как кости.

— Соглашусь, — Марс протянул руку Диане, будто бы приглашая ее на танец. В своем сером твидовом костюме он выглядел настоящим джентльменом, и устоять перед его обаянием мог не каждый. Fortis et liber, так называла его про себя девушка. Сильный и свободный.

Влюбленные закружились по комнате, и Сильван решил увеличить громкость на проигрывателе, чтобы создать иллюзию настоящих танцев. Диана и Марс кивнули ему в знак благодарности и с вместе с бутылками, но главное, что друг с другом, улетели в мир подправленного алкоголем вальса. Нокс же пересел на освободившийся стул, а Сильван подплыл к комоду, чтобы поискать в белье припрятанную травку. Пятница все-таки. В пятницу можно все.

— Ты не знаешь, Веспер перевел текст с триста второй страницы? — поинтересовался Нокс и растормошил свои синие волосы.

Сначала Сильван неторопливо скрутил симпатичный косячок и только потом без особого желания ответил:

— Аврора перевела. Вернулась с занятий и тут же принялась за домашку. Никогда не перестану поражаться ее работоспособности.

Нокс махнул рукой:

— Мне интересен Веспер.

— Если хочешь списать, то лучше обратиться к Авроре. У нее наверняка не будет ошибок. Она будто родилась с греческим на губах.

— Ты, кажется, не понял. Я хочу позвать Веспера на одну вечеринку. А он точно не согласится, если до сих пор не разобрался с этим гребаным греческим.

Сильван так и замер в своем кресле, неся косяк ко рту.

— А ничего, что ему нравится Диана? — он прошептал, потому что танцующей паре не стоило это слышать. — И даже если бы не нравилась, он в принципе сторонится экспериментов. Будто я не знаю, чем вы все занимаетесь на этих вечеринках. Сплошной разврат! Веспер никогда не согласится.

Нокс допил бренди, с наслаждением выдохнул и растянулся в улыбке. А затем переставил свой стул ближе к собеседнику и тоже прошептал:

— Из пятнадцати римских императоров только Клавдий отличался благовоспитанностью. Поэтому я сомневаюсь, что не смогу уломать Веспера. Хотя бы разок. Он стал явно меньше спать, у него под глазами разрослись такие огромные мешки, что в них можно складывать твои бесконечные проблемы с окончаниями. Мне кажется, он и расчесываться перестал, и теперь его густые волосы такие запутанные, что мне аж плакать хочется от жалости. Ему давно пора развеяться.

Сильван сглотнул. Ему не нравилось, как Нокс рассуждает о своих планах без него. Когда-то он звал именно Сильвана на сумасшедшие мероприятия, а теперь… Обида немного притупилась со временем, но все-таки слушать, как бывший друг мечтает затащить кого-то другого на оргию, или что там на этот раз, удовольствия приносило мало. Хорошо, что у него была травка. Она всегда помогала справляться с неприятными разговорами.

Вдруг музыка затихла.

Диана и Марс вышли из дворца своих мыслей.

— Ребята, мы кое-что придумали, — в глазах девушки мелькнуло что-то безумное. Подобные взгляды можно было зачастую наблюдать у обоих, что завершало список причин, по которым Диана и Марс встречались уже второй год. Безупречный стиль, гениальность, интерес к археологии и внезапные идеи, от которых иногда веяло ненормальностью, что обожали просто все в их почти дружной группе. Даже этот спектакль с картиной. Кто бы мог подумать, что они притащат откуда-то мольберт и холст с красками и начнут творить искусство безо всякой на то причины. Судя по всему, в будущем у них был шанс оказаться в психиатрической больнице, но пока что контролировать порывы этой чудной парочки еще удавалось.

Нокс и Сильван кивнули, мол, продолжай.

— Позовите Рору с Весом, будем вызывать духов.

Вечеринка тут же отошла на задний план. Именно в таком пятничном вечере нуждались абсолютно все.

Чтобы никто не чувствовал себя обделенным, все шестеро разместились на усыпанном крошками паркете, к тому же поставили рядом с собой ради шутки мраморный бюст Клеопатры. Диана позволила бы украсть, сжечь, утопить все свои священные конспекты с выделенными разными маркерами правилами, фактами и теориями, но ни за что бы не простилась с найденной на чердаке общежития любимицей. Царица правила Египтом в период римского владычества, была красивой, безжалостной и сильной, что казалось Диане набором идеальных качеств для женщины. А ее известные всему миру интрижки с Юлием Цезарем и Марком Антонием только добавляли перчинки ее образу.