Псевдоцивилизация - страница 5

Гл.2

Иерархия исторических ценностей как разумный критерий существования цивилизации

На обратном пути, в ответ на шутки своих приятелей, которые потешались над философом,Александр сказал своим спутникам «Если бы я не был Александром, то хотел бы стать Диогеном».

Плутарх «Сравнительные жизнеописания»

Насмешки, которые характеризуют попытки массового сознания отрицать разум, который не дает возможности сознанию реальности существовать независимо от высших ценностей мировой истории, демонстрируя временное пребывание человека в мире, всегда было надежным средством в качестве защиты от непонимания того, что выходит за пределы обыденных представлений о мире. В этом смысле, насмешки над Диогеном характеризуют не только спутников Александра, но и личности почти всех философов, которые покушаются на привычные представления о мире в социальной среде, которая их окружает. Показательна в этом смысле позиция Александра, который обладал полной властью над реальностью как великий полководец. Он, как ученик Аристотеля, в отличии от своих спутников, в полной мере понимает позицию Диогена, который оценивает военные и политические достижения Македонского с философской позиции киника, осознавая, что под солнцем ничего не вечно, а земные блага являются преходящими во времени.

Этот пример указывает на другой случай, не так далеко находящийся во времени от данного. Так, он напоминает нам историю усилий Платона по строительству идеального государства во дворе тирана Дионисия Старшего. Как известно, последний, раздраженный критикой философа, продал его в рабство, заметив, что философ будет справедлив и счастлив даже в состоянии раба, будучи таким идеалистом. Мы видим, что великие идеи всегда в мировой истории мешают жить по привычным представлениям реальности, поскольку указывают на разумную природу мира, которая ломает и топологически мнет сознание реальности под воздействием высших законов действия самосознания, то есть культура постоянно теснится воздействием новейших идей развития мировой цивилизации. Впрочем, не только Дионисий был раздражен критическим отношением к методам своей тиранической власти со стороны Платона. Например, Аристофан высмеял эти утопические ценности в возможности строительства идеального государства Платона в своей комедии «Облака», намекая на то, что Платон витает в облаках по отношению к сознанию реальности. И действительно, разумное всегда раздражает привычные социальные представления о мире, которые отрицают ценности реальности, поскольку реальность – это поток монотонных непосредственных чувственных ассоциаций, из которых сознание человека непрерывно получает информацию об окружающем мире. Подвергнуть их сомнению – это значит, потерять взаимосвязь со знакомыми представлениями о реальности, то есть потерять бессознательный инстинкт самосохранения, который связывает сознание человека со всем известным ему опытом культуры. Однако именно этот разрыв и определяет историческую динамику взаимодействия культуры и цивилизации в историческом времени, когда более глубокие ресурсы подсознательной памяти человека воздействуют на более поверхностные слои, заставляя абстрактный рассудок подчиняться разумным законам развития мировой истории.

Как известно, критиковал идеальное государство Платона и Аристотель в своей работе «Политика». Его критика в основном была направлена на сомнительные идеи об упразднении частной собственности и общности жен и детей. Однако мы полагаем, что, если со вторым критическим утверждением Аристотеля можно согласиться, то первую идею необходимо принять, учитывая то рациональное содержание, которое вкладывал в него Платон. Если с обобществлением жен и детей Платон все-таки погорячился, то с упразднением частной собственности не так все просто, как это кажется таким поверхностным мыслителям, как, например, социологу Попперу, который обрушивается с резкой критикой на «тоталитаризм» Платона. Причины последнего очевидны, поскольку частная собственность – это базовая правовая основа торгово-промышленной модели мировой цивилизации, доминировавшей последние столетия, которая в наше историческое время перешла в состояние псевдоцивилизации, то есть в состояние катастрофического распада. А поскольку великие идеи, как известно не умирают, учитывая, что они возникают из самых глубоких воспоминаний человека, то есть из его духовного самосознания, то эту идею мы неожиданно встречаем в марксизме, хотя Маркса, как все знают, сложно упрекнуть в каком-то идеализме, поскольку его социальная теория целиком и полностью строится, наоборот, на тотальном отрицании идеализма, упрекая историю идеализма в «нищете». Здесь, конечно, Маркс прав, поскольку идеализм резко сужает полноту непосредственных чувственных ассоциаций сознания реальности, требуя их опосредствования в воздействии высших процессов психики. Последние, возникают и действует не из монотонного движения ассоциативных образов, которые всегда доступны сознанию человека, действуя в качестве устойчивого аппарата абстрактной мысли, а из движения энергии материи времени, которая несет в себе взаимосвязь с духовным наследием предков. Вообще, причины, по которым всплыла идея Платона об отрицании частной собственности в социальной теории через почти две с половиной тысячи лет, которая отрицает ценности идеализма, то есть в марксизме, следует остановиться особо, хотя этот момент, как и в случае примера полярно-противоположных ценностей Диогена и Македонского, указывает на могущество власти великих идей, ломающих привычные представлений о мире со стороны законов действия разумной действительности в процессе развития мировой цивилизации.