Разговор у костра - страница 2

Уха была бесподобна. Отбросив приличия, я пил прямо из миски, обжигая язык. Какие специи там были определить не представлялось возможным. Бульон был жирный, наваристый, с запахом дымка. Я понял, зачем в казане нужна была головня.

Даже картошка и крупа приобрели какой-то неповторимый вкусовой оттенок. Стопки наполнились еще раз.

-Давай, Витя, за знакомство, за то, что мне Бог послал тебя. За то, что удалось поймать рыбу, сварить неплохую уху. За то, что живы, в конце концов. Будет еще чай на травах с вареньем, медом или сахаром вприкуску, на любителя. Пока ты за водой ездил, я донки поставил. Утром будет жареная рыба. На костре, а не на газовой плите. Это брат, разница огромная. Еще печеный картофель с салом в золе.

Третий тост Сергей предложил выпить не чокаясь.

-За тех, Витя, кого с нами нет.

-Я за год потерял двадцать шесть человек.

-На войне? – с удивлением в голосе спросил Сергей.

-Половина на войне с водкой. Одного, известного юриста, зарезали в пьяной драке, другого, тренера каратэ, расстрелял в зале психопат, остальных забрали инфаркты, инсульты, рак. Но если бы ты знал, Сергей, как мне их не хватает, их шуток, юмора, поддержки, просто слова “ Привет!”

Сергей достал пачку сигарет, протянул мне.

-Закурим?

-Не курю, отец ругает. Шутка! – усмехнулся я.

- Да ты прям положительный весь: не куришь, практически не пьешь, помогаешь людям.

-Ну, это одна сторона медали или луны, светлая, есть еще и темная. Ты охотник? Я покосился на сейф у ели.

-Да, есть такое. Ты не любишь охотников? - Сергей

- Да, я не люблю охотников!

Сергей рассмеялся.

- Ты так это сказал, как профессор Преображенский выражался о пролетариате. А можно узнать почему вдруг они впали у тебя в такую немилость?

Я задумался.

- Вспомни, откуда произошло само понятие охота? Наши предки вынуждены были убивать зверя, чтобы выжить. Хотя вы, охотники, не любите это слово и заменяете его на добывать. Как я понимаю, пытаясь обелить свое увлечение. В Сибири, на Дальнем Востоке и сейчас промысел - это образ жизни. А здесь зачем? Когда полки магазинов завалены мясом любых пород и сортов. Похвастаться друг перед другом оружием, оптикой, машинами или просто завести полезные знакомства среди этой братии? Ведь кто охотники в большинстве своем? Судьи, прокуроры, сотрудники силовых структур или крутые коммерсанты.

-Ах вот даже как. Но среди писателей тоже было немало охотников: Толстой, Пришвин, Тургенев.

-Я просто высказал свое мнение. Что у тебя за оружие?

- Итальянка, шестнадцатый калибр.

- Достаточно редкая марка, ну калибр, как понимаешь, не на лося или кабана. Утка, гусь, заяц, мелкая и средняя дичь. Ты довольно неплохо для любителя разбираешься в оружии, может и у самого охотничий ствол имеется?

-Легального нет. Разрешения не дают.

-Что так?

-Требуют обмен. Сдаешь нелегальное, желательно пистолет или автомат, и сразу получаешь разрешение на покупку любого гладкоствольного, а через пять лет - нарезное. Слушай, -меня осенило, - не тот -ли ты бывший спецназовец, который из итальянского ружья на спор со ста метров две пули положил в пачку из под сигарет?

-Положим не со ста метров, а со ста шагов... был такой случай. Хочешь оружие посмотреть?

Я взял в руки ружье, легкое, приемистое, для утиной охоты самое то что нужно.

-На спор стрелял?

-Да, спорили об оружии, отечественном и импортном. Охотники, как ты верно сказал, коммерсанты, показывали мне свои нарезные карабины, пытаясь доказать, что вот это оружие. Я им пояснил разницу между боевым, из которого и переделывают эти Вепри и Тигры, и охотничье-промысловым. Переделка осуществляется следующим образом: ослабят прочность ствола путем нагрева и охлаждения, а затем еще «бедный» ствол металлической щеткой прошерстят. Цель этой переделки - уменьшить точность оружия, дальность, срок службы. А гладкоствольные делают на оборудовании шестидесятых-семидесятых годов, которое, даже при работе токарей высокой квалификации уже не может дать необходимой точности. К сожалению, Россия утратила статус передовой державы-производителя охотничьего оружия. Пришлось подтвердить свою правоту делом, без оптики, навскидку.