Читать онлайн Вероника Терностаева - Разрывая небеса

Развьются громом облака

И в вспышке сотен молний,

Расколет грохот небеса,

И в мир явятся трое...

В них льётся свет златой рекой,

Сердца их наполняя,

Они несут с собой покой,

Всем радости желая.

И ангелов, смотря на них,

Добро переполняет,

А золотой тот яркий свет

Им много вспоминает.

Однако тьма их тоже ждёт,

Ведь та благая сила,

Поможет мраку наконец

Быть главными над миром.

Свет трёх сердец пробудит тьму,

Что столько лет скрывалась,

И свет Всё погрузит во мглу,

Как нам и обещалось.

И кровь потоком потечёт,

Всё на пути смывая...

На брата брат тогда пойдёт,

Морали забывая.

Округу хаос захлестнёт,

А ненависть рекою

С собою каждого возьмёт,

Дав всем частичку горя.

И вот, когда миры падут,

На чёрном небосклоне,

Мелькнёт знакомый силуэт,

Их было только трое...

Их сила всё оборвала,

Добром не послужила...

И только в болях череды,

Миры на раз сгубила...

Много тысячелетий назад был создан первый величайший ангел, провозглашенный Велиаром. Он положил начало новой эпохе, – «эпохе ангелов».

Шло время, мир менялся, ангелы менялись вместе с ним. Постепенно они стали забывать суть своего создания. Ангелы сами не заметили, как Отец отдалился от них, а когда поняли, было уже поздно… В ответ на все их мольбы и прошения, они слышали лишь тишину.

Вопреки всему, Отец не забыл о них, и, дабы напомнить ангелам об их предназначении, он решил создать трёх ангелов, несущих в своём сердце золотое свечение, давно утерянное остальными. Услышав благую весть, они воспряли духом, но не все…

Велиару – старейшему из Серафимов, было видение – явятся три ангела, которые будут нести в своём сердце путь к всевластию, способные уничтожить все. Он воспротивился воле Отца своего, за что был лишён крыльев и сброшен с небес в самую гущу ада.

Надо ли говорить, каково пришлось бывшему ангелу среди полчища кровожадных демонов.

Стоя по колено в крови, Велиар шаг за шагом прокладывал путь к власти, строя свою собственную империю. Самых древних и злобных тварей падший ангел, дабы сохранить небеса и все миры в целости, запер в Таннари – мире, который находился в одном из самых темных уголков бездны.

Велиар знал, что Молоху – предводителю вражеской стороны, стал известен секрет золотых сердец и он не остановится ни перед чем, чтобы заполучить их, ведь только власть смысл его существования.

На врата бездны Велиар поставил печать света, которую под силу будет снять лишь ангелу не лишенному крыльев. Тогда он не знал, что где-то через тысячу лет его друг произнесёт пророчество, которое изменит судьбу самого Велиара и тех, кто был ему дорог…

Заброшенная шахта, притаившаяся в этом месте, ничем не отличалась от сотен таких же: прогнившие опоры, трухой осыпающиеся на покорёженные рельсы, перевёрнутая железная вагонетка, увядшая в просохшей почве и леденящая душу чернота туннеля, уводящая куда-то вниз, в растерзанные толщи земли.

Старые, покосившиеся от времени ворота, покрытые ржавчиной, издавна стоявшие на страже шахты, массой ветхих табличек и погнутых знаков, предупреждали непрошеных гостей об опасностях, подстерегающих на каждом углу разваливающегося на части строения. К слову, редкий смельчак забирался так далеко от города, чтобы осмотреть прилегающие земли, ведь они давно завязли в толще жутких слухов и страшных историй, которыми старожилы любили пугать детишек, пытающихся пробраться на пустырь.

Говорили, что в 1784 году, когда люди, долго скитавшиеся в поисках тихого места, решили обустроить эти заброшенные земли, по пустырю прокатился раскат грома, похожий на яростный рёв дикого зверя. С тех пор, несостоявшихся поселенцев больше никто не видел и лишь кровь, длинными полосами тянущаяся к старой шахте, напоминала об их присутствии.

По городу ходили слухи, что там находилась секретная лаборатория, в которой проводились незаконные эксперименты. Власти неоднократно порывались взорвать шахту и распродать прилегающие земли, но каждый раз сталкивались с множеством препятствий. Люди, оформляющие документы, попадали в аварии, теряли память, смещались с руководящих постов, в то время как сама пустошь окружала себя новыми жуткими историями.

Мужчина, уверенно шагающий в сторону старой шахты, видимо, не зал о дурной славе пустыря. На вид ему было немногим более тридцати лет – высокий, широкоплечий, облачённый в чёрные доспехи, перепачканные кровью, он будто сошёл с пожелтевших от времени страниц книг, спрятанных на одной из полок забытых библиотек.

С каждым его шагом над пустошью сгущались грозные тучи, пронзаемые десятками ослепляющих молний, и чем дальше он заходил, тем сильнее разыгрывалась непогода. Поднявшийся ураганный ветер с силой ударил мужчину в грудь, делая попытку остановить наглеца, предупредить об опасности, ждущей впереди, но напрасно... Едва сравнявшись со входом в шахту, ворота с глухим скрипом отворились, и незнакомец смело шагнул во тьму.

Тьма, царствующая в недрах старой шахты, боязливо вжималась в осыпающиеся стены, пытаясь укрыться от ярости Дэнталиана, захлёстывающей каждый уголок этого места.

Ему пришлось отступить, по приказу отца оставить свои войска на поле боя, вверяя их тяжелораненому другу, готовому умереть за Преисподнюю, но сегодня не способному в полную силу управлять армией. Войска практически остались без командующих. Злость, оставшаяся от сражения неистово проносилась по венам, мешая сосредоточится. Вырвавшаяся на свободу армия теней, стирающая всё на своём пути, во главе с Долориумом, раз за разом захватывала его мысли, возвращая в бой. Тени были слишком сильны...

Дэнталиан сжал руку в кулак и языки пламени пробежали по стенам туннеля, зажигая старые факелы, хаотично разбросанные по округе.

Мрак отступил, показывая древнюю шахту во всей красе. Лужи крови, застывшие на полу, образовывали здесь небольшие озёрца от которых так и веяло смертью, едкая зелёная слизь, капающая с разъеденных ею железных балок, с трудом поддерживающих своды пещеры, падая наземь, превращалась в ядовитую дымку, а глубокие борозды, похожие на царапины, становясь с каждой секундой всё глубже, с протяжным скрежетом меняли расположение, преследуя Дэлиана.

Впереди, из оставшейся неосвещённой части шахты, раздалось громкое рычание, а следом за ним показалась лапа зверя, лениво потянувшаяся к Дэнталиану из темноты.

– Наама, – не сбавляя шага, жестко произнёс он.

Существо, вышедшее из мрака, источало такую силу, что казалось округа вздрогнула. Огромная кроваво-красная львица с чёрной гривой, хвостом скорпиона, украшенным ядовитыми шипами, мордой, напоминающей человеческое лицо и ярко-голубыми глазами, пронзающими насквозь, склонив голову, неспешно шла навстречу Дэнталиану.

Дэлиан остановился, смотря на хищника, подкрадывающегося к нему. С каждым новым шагом мантикора меняла своё обличье. Она становилась меньше и грациознее, её львиные лапы превращались в утончённые руки, грубые черты лица смягчались, а хвост скорпиона исчезал.

Факелы ярко вспыхнули, ослепляя Дэлиана, и в следующие мгновение напротив него уже стояла черноволосая женщина в золотом платье, обтягивающем словно вторая кожа. По её шее и руке тянулся длинный рваный шрам, доходящий до самых кончиков пальцев, а яркие лазурные глаза, поглощающие свет огня, казалось, прожигали насквозь.

– Приветствую Вас, господин, – Наама медленно вытерла с губ кровь, оставшуюся от её добычи, необдуманно забредшей на старый пустырь, и стряхнула с ладони остатки кроваво-красной шерсти. – Вы не частый гость в этих землях, – с восхищением произнесла она, неотрывно смотря на Дэнталиана.

– Собери мантикор и раздели их на два отряда, – приказал Дэлиан. – Первый – останется на пустоши. Если появится Долориум, они не должны будут позволить ему пройти через шахту. Второй, во главе с тобой, – он исподлобья посмотрел на Нааму, – отправится в бой, на подмогу Абигору.

– Армия теней... – почти прорычав, оскалилась львица, сжимая изуродованное шрамом запястье одной руки другой. – Они не ступят на мою вотчину.

– Выполняй, – оборвал Нааму Дэнталиан, и та, за один прыжок обратившись в мантикору, удалилась.

Проводя львицу взглядом, Дэлиан с силой отшвырнул от себя обломок балки, случайно оказавшейся подле него, и быстро зашагал по туннелю шахты, приближающего его к аду.

Кровавое небо Преисподней тонуло в толщах реки Веброн, словно не знавшей границ своих берегов. Грозно перекатываясь волнами, она показывала себя во всей красе, разбрызгивая воды цвета тёмного янтаря на каждом из десяти островов ада. Каждый, кто оказывался возле Веброна, должен был выразить почтение и, ступив на местами прогнившую лодку, цепями примотанную к толстым кольям, намертво вбитым в землю, переплыть его величественные воды, в незапамятные времена породившие ад.

Ступив на борт лодки, Дэнталиан крепко сжал рукоять меча и, выдернув его из ножен, разрубил цепи, не позволяющие ему отплыть. Воды Веброн тут же поменяли направление. Подхватив лодку, они мягкими волнами толкали её к показавшимся вдалеке вратам, ведущих на первый остров бесплодных земель ада.

Чёрная дымка, потянувшаяся по небесам, задев острые шпили ворот, юрко скользнула за их пределы, принеся за собой вечерние сумерки. Дэнталиан на мгновение остановился и ярость с новой силой нахлынула на него. Ворота, испокон веков находящиеся под охраной архидьяволов – грозных и бессменных стражей, не подпускающих к вратам даже высшие чины, сегодня пустовали, а сами горе-охранники стояли немного левее.

Увлечённо играя в адский покер, хранители врат даже не замечали приближающегося к ним Дэлиана, за что и поплатились... Два огненных шара, сорвавшихся с его ладоней, испепелили архидьяволов, накрыв округу жаром адского пламени.

Ворота перед Дэнталианом распахнулись, пропуская его на первый круг ада. При виде Дэлиана вечно мающиеся души пустынных земель мгновенно растворились. Сухая земля трескалась у него под ногами, поднимаясь клубами пыли к одинокому, высохшему дереву, молящему о пощаде и напоминавшему Дэнталиану о никчемности этого места.

Здесь обитали души праведных язычников, которые искренне верили, но к их сожалению, не в того Бога. Даже смерть не изменяла их сущность. Они по-прежнему поклонялись, только теперь их Богом было мёртвое дерево, адским скрипом терзающее их души, обрекая на бесцельное существование, такое же, как и их молитвы.

Подойдя к краю первого круга, Дэнталиан окинул взглядом обширные владения отца. Адские земли предстали пред ним в образе горящих островов, разлетающихся по безграничным владениям, и, чем дальше находился остров, тем страшнее становились грехи и ужаснее наказания.

Здесь каждый получал по заслугам. Если в прошлой жизни похоть затмевала разум – душу вечно будет терзать ветер. Обжорство приведет на третий круг с ледяными дождями и ядовитым туманом. Скупцы и расточители обречены таскать огромные глыбы на четвёртом острове адских земель. Злые и ленивые души будут вечно гнить в Абийском болоте. Еретики и лжеучителя – прислуживать демонам в городе похоти и разврата – Сангтоне. Седьмой остров разбросал по своим землям сотни сухих деревьев, с которых свисали души самоубийц, терзаемые адскими воронами. Следом за лесом, Тлентор – река кипящей крови, вступала в свои права. В ней разрывались на части и варились души насильников и убийц, получивших достойное наказание за содеянное при жизни. На восьмом круге безжалостные демоны неустанно хлестали кнутами души мошенников с такой яростью, что адский свист плетей не останавливается ни на миг. Девятый же остров заполняли легионы отца и его собственные, переводящие дух и тренирующиеся пред кровавыми сражениями.