Читать онлайн Ольга Алтунина - Счастье в рассрочку

Глава 1

Видишь вон ту девушку? Даже не поворачивается язык назвать её девушкой. Но ей есть восемнадцать, так что всё по закону. Да, ту, что сейчас вышла из уборной и идёт сюда, поправляя бордовую кофточку. Весь вечер она теребит свои русые волосы, пытаясь заплести их в косу, да выглядеть невозмутимой. Но я-то знаю, что невозможно сохранять спокойствие, когда находишься рядом с рок-звездой. А я – именно такой. Чёртова рок-звезда, пусть и не мирового масштаба. ПОКА не мирового, понятно? А эта девчонка – самая любимая ошибка, что мне ещё предстоит совершить. Но давай всё по порядку.

Позволь представиться, Фокс. Да-да, звучит, как лис. Пишется так же. Не подумай, я не рыжий. У этого псевдонима есть своя история, которая, как и настоящее имя, рано или поздно откроется тебе. На самом деле мне нельзя этого делать, как и сидящим со мной за одним столиком балбесам. У нас контракт, всё по-взрослому, если не считать нас самих. Так что слушай и не перебивай, ясно?

Что это, Тейлор Свифт? О да, это «Blank Space». При первых же звуках этой песни я заорал её слова, а парни меня поддержали. Это личное, эдакая шутка для своих. Пару лет назад про нашу группу ещё никто не знал. Нас звали только на домашние вечеринки или жалкий разогрев не менее жалких групп на уже совсем жалких местных фестивалях. И тогда мы пели что угодно, кроме своих песен. Эта – в их числе. Странно, что такую музыку ставят в барах, но я уже ничему здесь не удивляюсь. Я в России, детка! В этой стране всё по-другому! Это я понял сразу, как только мои лёгкие наполнились холодным воздухом на выходе из аэропорта Санкт-Петербурга.

О, слышите этот сладкий голосок? Это Джейк. Белобрысый красавчик, как всегда, перетягивает на себя одеяло, когда все остальные хотят просто отдохнуть. Признаю, у него крутой голос. Фактически он – единственный поющий вокалист в Iron Blackbirds. Да, группа состоит из четырёх вокалистов и барабанщика, но поёт только Джейк. Реп, скрим, гроул и отличный музыкальный вкус – это не про Джейка, а про нас с Крисом и Джорданом. Парень, прости, но это так. Ты поёшь, мы орём и зачитываем, а Алан задаёт получившемуся хаосу ритм. Добавляем к этому безобразию ещё две электрогитары и бас – вот как мы звучим. К каким только жанрам нашу музыку не причисляют, но я склонен это всё называть эклектикой. Мне нравится это слово, звучит умно. А вообще, это рок. Но это и так понятно, верно?

Я разгорячён. Дело не в паре порций виски, уже всасывающихся в мою кровь, – сколько уже было выпито до этого. Моя причина в поводе для пьянки: концерт прошёл на ура. Никогда не знаешь, как тебя примут в новом городе. А тут всё для нас в новинку: это первый европейский тур «дроздов». Мы вышли на сцену, словно прыгнули в бездну неизвестности, и этот омут поглотил нас с головой. Менеджер группы говорил, что билеты продаются хорошо, но никто не ожидал, чтобы настолько... «Спасибо» – единственное слово, на которое меня хватило в самом конце. Нас здесь приняли, за что я и благодарен. А эта девчонка… Ах да, я же не представил её. Её зовут Энни. Она не из нашей команды. Таких обычно называют “группи”, но я сомневаюсь, что Энн – одна из них. Она выиграла встречу с Iron Blackbirds. Нет, не так. Ей повезло, что под давлением Майка у меня не было времени выбирать победителя этого глупого конкурса в социальной сети. Конечно, я бы предпочёл, чтобы Энни оказалась прекрасной принцессой без комплексов и принципов, но на безрыбье и серая мышь – не уродливая жаба.

Да, и это именно она сейчас рядом со мной поднимает бокал в честь группы. Не знаю, зачем, но нам весело. Будто у меня появился друг, которому можно говорить всё, не боясь его обидеть. С какой девушкой такое возможно? У меня их было достаточно, чтобы заверить – ни с какой, если хочешь с ней переспать. Энни же меня не хочет, и эти чувства взаимны.

Пора закругляться. Дрожь в руках стала заметной – я достиг своей меры алкогольного градуса. Скоро Энн перестанет понимать мой английский и бросит меня на произвол судьбы, не разобравшись, в какую гостиницу заказывать такси. Жаль будет расставаться, я уже к ней привык. Я даже выучил её имя, заметили? Эх, детка, будь ты из моей вселенной, я ни за что бы тебя не отпустил! Да, тебя, милую обыденность! Ты всё равно не понравилась бы моим родителям, да и плевать! Они тоже те еще сволочи! Но, знаешь, ты – не такая. Ты могла бы быть моей подругой для души. Ты могла бы быть моей душой. Хорошо звучит. Надо записать, а то забуду.

Я открыл телефонные заметки и принялся тыкать пьяными непослушными пальцами по экрану. Конечно же, Энни это увидела.

— Что ты пишешь?

— Эй! Подглядывать некрасиво! – завопил я и отдёрнул телефон.

— Я всё равно не понимаю, что там написано.

— Хочешь сказать, я поверю, что после целого вечера болтовни на языке ты не можешь разобрать такую простую строчку?

— Хочу сказать, что ты слишком пьян, чтобы попадать пальцами по буквам. – Она вырвала у меня мобильник. – Диктуй.

— Ты...

— Т-Ы. Дальше.

— Могла бы быть...

— Так.

— Моей душой.

— Душой?

— Да.

— Красиво.

— Дай мне время, и это станет ещё одним синглом.

— Мне это тоже записать?

— Нет, я просто хвастаюсь.

— Могу рассчитывать на предпремьерное прослушивание?

— Даже не думай, — прошептал я, сократив дистанцию до минимума.

Она усмехнулась, и, заблокировав экран, вернула мне мобильник.

— Тогда мне это больше не нужно.

— И что, никаких подвохов? Даже не посмотришь историю браузера?

— После твоих рассказов я воздержусь от подобных развлечений.

— И даже не оставишь ничего на память?

Губы Энн сжались в коварной улыбке. Она прильнула ко мне и подобно мне прошептала:

— Даже не думай!

— Эй! Да как ты смеешь использовать мои же заклинания против меня?

Мы закатились смехом, и Энн, проведя по экрану пальцем, включила камеру. Поправила причёску, и, когда должен был раздаться звук затвора, она поцеловала меня в щёку.

Так, этой мадам больше не наливать! – прокричал я, отбирая телефон, — Она рушит так грамотно выстроенную френдзону, что у меня нет никаких сил ей сопротивляться!

— Не кричи ты так! Все смотрят.

— Кто «всё»? Ты про этих петушков? – я кивнул на парней из группы и, поймав сердитый взгляд Джордана, поспешил отвернуться.

— Тебе на сегодня хватит.

— Не тебе это решать, малыш. Лучше дотянись до моей куртки и достань…

— Ты не будешь здесь курить.

— И это тоже не тебе решать.

Я потянулся и вытащил из кармана куртки пачку сигарет. Стоило мне это сделать, Джордан закудахтал, что я слабак. Это не так, не стоит ему верить. Ну и что, что я месяц, как бросил? Брошу ещё раз! Когда-нибудь точно это произойдёт, зачем постоянно об этом напоминать? Я закинул сигарету в рот и собрался прикурить, но Энн вырвала её.

— Здесь нельзя курить!

— Да брось!

— Либо иди на улицу, либо тебя сейчас же выгонят.

— Там же конкретный дубак!

— Тогда терпи.

— Смотрю, тебе неизвестна эта никотиновая ломка.

— Какая ломка? – Встрял Джордан. Он приподнялся со своего места и выглядел теперь уже куда более грозно. Громила Джо – совесть всей нашей группы, которая всегда против самого лютого веселья. Хотя учитывая мою пьяную фантазию, возможно, именно ему я должен быть обязан своими непереломанными руками и продолжающейся жизнью.

— Да не начинай! Я же всего одну!

Джордан тяжело выдохнул, отодвинул стул и уже через пару мгновений навис надо мной, бросив в меня мою же куртку. Фу, как некрасиво с его стороны! Ещё и перед девушкой!

— Энн права, тебе пора закругляться.

— Вы сговорились?

Джордан обратился к моей спутнице:

— Можешь вызвать такси? Я оплачу.

— Эй! Да я сам за себя заплачу! И девчонка едет со мной!

Громила схватил меня за затылок и угрожающе притянул к себе. На его выбритом виске пробежала венозная змейка. Я почувствовал, как его пальцы врезаются мне в кожу и зажимают волосы.

— Послушай меня, парень. Ты сейчас же молча собираешься и выходишь на улицу, где…

— Энн едет со мной.

— Я не дам тебе испортить и эту девчонку!

— Я её и пальцем не трону.

— Думаешь, я в это поверю? Да даже если так, тогда чем она тебе сдалась в отеле?

— Я обещал ей сыграть песню.

Песню, в которой только одна записанная в заметках телефона строчка. Песню, которой ещё не существует нигде, кроме моей головы. Энн должна услышать её первой.

— Пусти меня! — Я оттолкнул Джордана, поправился и обратился к Энни, — Я тебя не заставляю. И как я уже сказал, я тебя не трону. Давай будем честны друг с другом: между нами ничего не может быть. Ты не в моём вкусе, а я – не мечта твоей жизни.

Улыбка окончательно исчезла с лица моей спутницы. Она еле заметно сглотнула и ничего мне не ответила. Тогда я продолжил.

— Это неприятно слышать, особенно от такой пьяни, как я. Но я хочу, чтобы ты осталась со мной.

— Я… Я не понимаю тебя.

— Ты могла бы быть моей душой.

Но с каждым вздохом дыхание тише.

Без наркоза режешь мне спину ножом,

А я не могу – я хочу быть ближе.

Мало мне боли, мало мне страсти,

Мало мечты, создавшей кошмар.

Я хочу быть твоим хотя бы отчасти…

Я запнулся. Рифма ушла вслед за ритмом. Какая была последняя строчка? Я ещё раз с надеждой взглянул на Энн, будто она должна знать, как продолжить эти стихи. Но нет. Она молчала. Джордан устало покачал головой и направил меня к выходу из заведения. Я и не стал сопротивляться. Джордан прав, я слишком пьян.

Морозный воздух сразу ударил мне в лицо, обжигая кожу. Глаза невольно заслезились, и вид города превратился в яркие пятна на тёмном фоне ночи. Я нащупал в кармане зажигалку, достал её и пару раз провёл большим пальцем по её колёсику. Ну и что, что я опять бросил курить? Я рок-звезда! И умереть хочу, как рок-звезда – в собственной блевотине и с сигаретой в зубах! Сегодня слишком прекрасный день, чтобы не отметить его сорванным обещанием. Только куда я дел эти… как их? Только что же их называл! Си… Сигареты! Где они, твою мать?

— Фокс! Подожди! – окликнула меня Энн, выбежав из ресторана.

Похоже, они выпали, когда на меня накинулся Джордан. Надо вернуться…

— Фокс! – Энн остановилась у меня на пути, — посмотри в заметки.

— Там сигареты?

— Что? Нет!

— Тогда я пошёл.

— Посмотри в заметки на телефоне!

— Я потерял сигареты. Готов убить любого за одну.

— Прочитай чёртовы заметки! Сейчас!

— Да что в них такого?

Она фамильярно засунула руку в карман моей куртки и достала оттуда телефон.

— Посмотри!

— Ладно-ладно! Зачем кричать-то?

Я открыл приложение. Заметка без названия. Сделано: сегодня, в 00.14. Начало заметки: «Ты могла бы быть моей душой…».

Энн нажала на эту заметку за меня. Раскрылся полный текст, и я не поверил увиденному. Стихи, которые я только что читал ей, придумывая на ходу, были напечатаны на моём телефоне. Но как? Я не помню, чтобы писал их! А тут… полный текст, куплеты, припевы…

— Что? Что это такое?

— Это твоя песня.

***

Я знал, что утро будет беспощадным. Не помню, как поставил будильник, но именно его я начал ненавидеть первым, когда очнулся в гостиничном номере. Вопреки стереотипам о похмелье, голова у меня не раскалывалась, но легче от этого не становилось. Мне было плохо всему: каждая клетка моего тела страдала и винила в этом глупый мозг, позволивший напиться. Стоило убрать с лица волосы, в нос ударил запах сигарет. Я снова закурил. Merde, я ничтожество. Уверен, при встрече парни скажут то же самое. Похоже, сегодня я не завтракаю – от одной только мысли о еде мутит.