Страницы судеб - страница 7

Когда последняя искра погасла, Вера рухнула на пол, тяжело дыша. Дым постепенно рассеивался, но тишина, наступившая после, была оглушающей.

Только теперь она заметила на столе обгоревший край блокнота. На уцелевшей странице дрожащим почерком было выведено: «Прости, что не успел предупредить. Огонь – не случайность. Он приходит за теми, кто слишком близко подошёл к правде. Не ищи меня. И главное – не читай дальше». Подпись расплылась от влаги, но угадывались буквы: «А. С.».

Вдох застрял в груди, тяжёлый и горький, как дым. «А. С. – Александр Светляков», – пронеслось у неё в голове. Она вспомнила вырезку из газеты в библиотеке: «Необъяснимое исчезновение писателя». Значит, он знал. Знал, что случится. И пытался её уберечь.

Но почему именно она? Почему эта записка оказалась здесь, в её офисе, на столе в кабинете, где никогда не сидел никто по фамилии Светляков?

Папка с материалами для статьи лежала в нижнем ящике стола – Вера помнила, что начала писать о странных исчезновениях сотрудников из этого офиса. Тогда ей показалось это совпадением, но чем больше она копала, тем чаще люди, с которыми она разговаривала, пропадали из поля зрения. Теперь она поняла: это не статья. Это улика. И кто-то очень не хотел, чтобы она её дописала.

Ящик поддался не сразу, от жары металл перекосило, но она дёрнула изо всех сил, и он с визгом выдвинулся. Папка была сильно обгоревшей по краям, несколько листов рассыпались в пепел прямо у неё в руках. Вера успела схватить лишь несколько уцелевших страниц, на них остались обрывки имён и дат, едва различимые сквозь пятна копоти.

Внезапно за её спиной раздался треск, словно что-то тяжёлое рухнуло в соседнем помещении. Вера вздрогнула, обернулась. Дым стал гуще, и в нём мелькнули оранжевые отблески. Огонь не был побеждён. Он лишь затаился, выжидая момент, чтобы вспыхнуть с новой силой.

Она бросилась к двери, но коридор уже заволокло плотной пеленой. Где-то вдалеке слышались крики, топот ног, звон разбитого стекла. Эвакуация шла полным ходом, но Вера будто застыла между двумя мирами: тем, где она просто офисный сотрудник, и тем, где она – героиня чьей-то зловещей истории.

И тут она вспомнила про книгу. «Страницы судеб» лежали у неё во внутреннем кармане пальто. Вера выхватила потрёпанный томик, открыла наугад. Страницы шелестели, словно протестуя, но на одной из них проступили новые строки – не напечатанные, а будто выведенные чьей-то невидимой рукой прямо на глазах:

«Ты думаешь, это здание горит? Нет. Горит не кирпич и не пластик. Горит память. Каждый документ, каждая фотография, каждая забытая записка – это искра. Кто-то хочет стереть следы. Твои следы. Не дай ему этого сделать».

Вера замерла. Слова били точно в цель. Она прижала к себе уцелевшие листы из папки: на них остались обрывки имён и дат, едва различимые сквозь пятна копоти. Это было всё, что осталось от её расследования – и, возможно, всё, что могло доказать: исчезновения не случайны.

В этот момент потолок над ней угрожающе затрещал. Вера метнулась к выходу, но путь преграждала стена огня. Пламя взметнулось вверх, отрезая путь к лестнице.

– Нет, только не так, – прошептала она, прижимая к себе папку и книгу.

И вдруг в густом дыму мелькнул силуэт. Не тень, не игра света – человек в светоотражающем жилете, с противогазом в руке.

– Сюда! – крикнул он, махнув ей. – За мной!

Вера не стала раздумывать. Она рванулась следом, прикрывая лицо рукавом. Они пробирались по узкому проходу, который она раньше даже не замечала, – пожарный коридор, скрытый за фальшстеной. Через несколько метров они вышли на улицу, где воздух был холодным и мокрым от дождя.