Светлая ночь - страница 5



– Да, вот купила поесть по пути домой, – ответила я, указав на клубнику, яблоки, хлопья, молоко и кимчи в моей корзинке.

На этом разговор прервался. Я не могла придумать подходящую для беседы тему, и бабушка, судя по всему, тоже. Расплатившись, она сложила свои покупки в тележку и направилась к выходу. Я тоже заплатила за свои продукты и догнала ее.

– Я вас подвезу.

– Все в порядке, тут же всего пять минут пешком. Не беспокойтесь, – обратилась она ко мне на «вы», видимо, почувствовав неловкость.

– У вас тяжелые пакеты, давайте я вас подвезу. Мне же все равно по пути.

– Ну хорошо, буду признательна…

Наблюдая за тем, как она садится в машину, я заметила, что, несмотря на прямую осанку, бабушке тяжело сгибать поясницу. Когда она выходила, ее движения тоже были медленными. Как бы бодро она ни выглядела со стороны, все равно старость брала свое. Я шла к лифту не спеша, подстраиваясь под ее темп.

– А чем вы обычно занимаетесь?

Она ненадолго задумалась, прежде чем ответить:

– В страдную пору езжу на сдельщину в соседнюю деревню…

– А что такое сдельщина?

– Ну как? Сдельщина. Не знаешь, что ли?

Я пожала плечами.

– Это когда помогаешь на поле. Я-то старая уже, одной не по силам работать – вот мы и ездим с другими бабками на виноградник, помогаем там понемногу. Ножницами орудуем, вот так, – произнесла она, изображая пальцами ножницы. – Ветки обрезаем, а когда виноград вырастает, накрываем его целлофаном, потом в коробки складываем. Такие дела.

– Но в вашем возрасте…

Бабушка улыбнулась:

– Тяжко просто сидеть и ждать, пока смерть за тобой придет. А так и с подругами поболтать можно, и деньжат заработать. Красота! Подвигаешься малость, и ночью потом хорошо спится.

Я не ожидала, что лифт будет так медленно ехать с седьмого этажа. Не зная, о чем еще можно поговорить, после небольшой паузы я сказала:

– А чем вы занимаетесь, когда не работаете?

– Я-то? Лежу, телевизор смотрю или в клуб для стариков захаживаю. Ничего особенного.

В этот момент лифт спустился, мы зашли и молча уставились на электронное табло с номерами этажей. Но когда я уже выходила на своем, бабушка, словно пытаясь удержать меня, сказала:

– Будет время – заходи в гости. Но только если будешь свободна! Если занята, не приходи!

Я отправилась к ней в воскресенье, вскоре после нашего разговора. Мы условились о встрече, когда в очередной раз случайно столкнулись в лифте. Я сказала, что как-нибудь зайду, и она так сильно обрадовалась, что мне от растерянности пришлось назначить конкретный день.

Я сходила на рынок за свежими розами, купила в магазине неподалеку бутылку вина и маленький торт со взбитыми сливками. В лифте я нажала на кнопку десятого этажа вместо пятого. Пройдя вперед по коридору, я увидела, что дверь в квартиру открыта нараспашку. Из нее по подъезду разносились запахи вареного риса, супа и жареной рыбы. Я остановилась перед дверью и позвала:

– Бабушка!

Она появилась в прихожей, наряженная в горчичное платье и домашние тапочки с цветочным узором.

– Проходи, проходи! Цветы? Ну что ты, не стоило, – замахала она руками.

На стене в прихожей висела картина маслом с изображением трех яблок. Планировка квартиры была такой же, как у меня. На балконе листья капусты были разложены на сушке для белья, а в большой корзине лежало несколько мандаринов сорта «халлабон»[4]. Три тележки стояли в ряд, на них висели неразобранные сетки с зеленым и репчатым луком, яблоками, чесноком и сушеной морской капустой. Я прошла на кухню и поставила торт с вином рядом с раковиной. Вся кухня была наполнена запахом имбиря.