Читать онлайн Ирэна Торская - Точка схода

Глава 1. Лиза

Зуммер досмотровой рамки в пятый раз за минуту выплюнул тревожную трель. — Девушка, ключи из карманов выньте, — устало бросил охранник, не поднимая глаз от смартфона. Лиза вывернула карман бежевого тренча. На резиновую ленту транспортера звякнули связка, помада и желтый ингалятор «Вентолин». Писк прекратился. Она подхватила рюкзак, чувствуя, как по позвоночнику течет холодный пот чужого раздражения. До отправления поезда «Москва — Екатеринбург» оставалось семь минут. Часы на табло мигали ядовито-красным: 21:53.

Она побежала. Пятнадцатисантиметровые каблуки-стилеты, купленные вчера для презентации проекта, были оружием массового поражения ее собственных лодыжек. Мраморный пол Ярославского вокзала летел навстречу. Слева плыли витрины с янтарем и матрешками, справа пахло беляшами и хлоркой. Турникетный зал встретил ее глухим воем уходящего состава.

Поезд ноль-восемьдесят-четыре уже втягивал свою блестящую стальную змею под своды дебаркадера. Проводница последнего вагона стояла на подножке, уперев руку в бок, и смотрела на секундомер. — Девушка! — крикнула Лиза, задыхаясь. — Подождите! Проводница даже не повернула головы. С тихим шипением пневматики двери сомкнулись. Табло над путем моргнуло и сменило надпись: «ОТПРАВЛЕН».

Лиза ударила кулаком по холодному стеклу дверей. Боль прострелила запястье до локтя. — Да чтоб тебя, — выдохнула она, оседая на корточки прямо посреди людского потока. Рюкзак соскользнул с плеча. Из наружного кармана выкатился треснувший по ребру внешний аккумулятор. Рядом веером рассыпались маркеры для скетчинга. Десять тысяч рублей, сожженные впустую. Встреча с нотариусом в Екатеринбурге назначена на завтра утром. Если она не приедет, дом бабушки в Нижних Ключах уйдет с молотка банку за долги по коммуналке.

Она подобрала аккумулятор. Корпус был липким — литий вытек черной густой смолой, похожей на деготь. Странно, еще час назад он показывал полный заряд. Лиза стерла слизь о подкладку пальто, встала и пошла к кассам, стараясь не хромать. Каблук на левом стилетах висел на честном слове.

Глава 2. Антон

Антон сидел в зале ожидания повышенной категории, хотя билет у него был самый обычный, плацкартный. Он занял место в самом темном углу, положив между ног потертый фибровый чемодан. Руки покоились на коленях ладонями вверх. Старые ожоги от перегретого металла на предплечьях ныли к дождю.

Его рейс ушел пять минут назад. Не по его вине — диспетчеры базы перетасовали график сопровождения груза. Но суточные за сегодняшний день сгорели, а люди на объекте остались без усиления. Начальник охраны спустит с него три шкуры. Впрочем, плевать на начальника. В Нижнем Тагиле Антона ждал Денис. Точнее, должен был ждать. Последний звонок от друга неделю назад звучал слишком ровно, слишком правильно. Так говорят люди, написавшие предсмертную записку перед тем, как шагнуть из окна. Денис купил избушку в какой-то дыре под названием Нижние Ключи и вдруг решил стать таежным отшельником. А потом перестал выходить на связь.

Антон посмотрел на свои ладони. Ему нужно быть там сегодня ночью. Посмотреть другу в глаза. Или закрыть их навсегда. Он поднялся, закинул чемодан на плечо и вышел на крыльцо вокзала. Достал пачку «Явы», чиркнул зажигалкой. Сырой октябрьский воздух тут же пробрал сквозь плотную ткань куртки.

На площади началась вакханалия. Небо, секунду назад бывшее просто пасмурным, прорвалось ледяным ливнем. Вода била горизонтально, прибивая редких таксистов к стенам. Народ ломанулся обратно под своды вокзала, создавая давку.

Антон остался стоять под козырьком, прикрывая сигарету спиной. И увидел ее. Девица из-под турникетов. Туфельки убиты напрочь, бежевый тренч промок насквозь за две секунды, превратившись в мокрую тряпку. Она стояла посреди пустеющей площади, глядя вслед ушедшему поезду, и крупные капли разбивались о ее запрокинутое лицо. Вокруг нее образовался вакуум — никто не хотел делиться пространством под единственным навесом старой остановки. Только один мужик в оранжевой робе дорожника грубо отпихнул ее плечом, спеша к теплу.

Девица пошатнулась, схватилась за горло и сделала судорожный, хриплый вдох. Астма. Антон узнал этот звук — так пытаются дышать те, чьи легкие склеиваются изнутри. Она полезла в сумку, вытрясла оттуда желтый баллончик, нажала. Раздался пустой металлический щелчок. Второй раз. Третий. Баллончик был мертв.

Глава 3. Пакт

Антон сплюнул окурок в лужу. Желтая жижа пошла радужными пятнами бензина. — Эй, — окликнул он девушку. — Ингалятор пустой? Она вздрогнула, обернулась. Глаза огромные, испуганные, синие. Губы посинели. — Д-да, — выдавила она. — З-закончилась дозировка... срок... Срок годности здесь был ни при чем. Антон подошел ближе. От нее пахло озоном и горелым пластиком — тот же запах, что шел от ее мертвой зарядки. — Хреново, — констатировал он. — Скорую вызывать бесполезно, пока через пробки проползут, задохнешься. У меня есть сальбутамол в таблетках, но они действуют медленно. Тебе сейчас аэрозоль нужен. — Я знаю, — прошептала она. Зубы начали выбивать дробь — то ли от холода, то ли от нехватки кислорода. — Следующий поезд только в шесть утра. Я не доживу до шести утра на этом вокзале.

Антон оглядел площадь. Ливень превратил асфальт в реку. Стояла одна-единственная машина такси — старая праворульная «Тойота Королла» цвета грязного снега. Фарух уже заводил мотор, собираясь свалить, пока дорогу совсем не развезло.

— Такси! — рявкнул Антон, выходя под ледяные струи. — До Екатеринбурга! Трояк даю сверху! Фарух притормозил, опустив стекло пассажирской двери ровно настолько, чтобы показать блеск золотого зуба. — Какой Ектеринбург, командир? Дорога стоит. Потоп будет. Три тысячи только до МКАДа везти буду. — Мы тебе восемь дадим, если довезешь до Нижнего Тагила, — раздался сзади голос девушки.

Лиза подошла к машине, кутаясь в безнадежно испорченный тренч. Она достала из внутреннего кармана кошелек. Пальцы дрожали, кожа стала серой. Антон внимательно смотрел на нее. Городская фифа. Маникюр, дизайнерское шмотье, которое теперь годится только на половые тряпки. Что такая забыла в Тагиле? — Тебе тоже на Урал? — спросил он, кивнув на багажник, куда девушка пыталась забросить тяжелый туристический рюкзак. — Допустим, — процедила она, проигрывая битву с мокрой молнией основного отделения. — Мне тоже. Если скинемся поровну, этот лихач нас докинет. Там вокзал теплый, скорая есть. Пойдешь со мной или дальше ревматизм зарабатывать будешь?

Лиза посмотрела на его тяжелые армейские ботинки, которые вода даже не намочила, потом на свои ноги, стремительно теряющие чувствительность в ледяной воде. Перевела взгляд на светящиеся часы над входом в вокзал. Электронное табло коротнуло, цифры пошли полосами, и время прыгнуло вперед сразу на два часа, застыв на отметке 00:00. Полночь.

— Ладно, — тихо сказала она. — Только рюкзак помоги. Антон перехватил лямки. Внутри лежали мотки альпинистской веревки, титановая посуда и зачем-то старый резиновый сапог огромного размера. Содержимое чемодана самого Антона было проще: смена белья, консервы, топор, завернутый в промасленную тряпку, и травматический пистолет в оперативной кобуре под мышкой.

Они забились на заднее сиденье. Кожзам оказался ледяным. Между ними лег фибровый чемодан Антона, разделяя тесноту пополам. Фарух крутанул руль, выезжая на Садовое кольцо, где машины действительно стояли намертво, уткнувшись друг другу в бамперы.

— Повезло вам, дорогие пассажиры, — осклабился водитель в зеркале заднего вида. Его зрачки в тусклом свете приборной панели казались вертикальными, как у кошки. — Прямой дорогой пойдем. Никто сейчас там не ездит. Боятся. — Чего боятся? — спросила Лиза, прижимая спасительный новый ингалятор, который Антон протянул ей из своей аптечки, к груди. — Леса боятся, — охотно пояснил Фарух, перестраиваясь в свободный переулок. — Говорят, кто после полуночи старую бетонку пересекает, того Вой больше не выпускает. Вы ешьте конфетки, хорошие конфетки. Мятные. Горло смягчают.

Он протянул им через щель между кресел жестянку монпансье. Леденцы внутри были темно-бурыми, почти черными. Лиза непроизвольно сглотнула вязкую слюну. Антон захлопнул крышку и выбросил банку в окно. — Ты дорогу знай, дед, — буркнул он. — А про нечисть своей бабке трави.

«Тойота» вырвалась из города. За стеклом осталась яркая, шумная Москва. Впереди лежала непроглядная тьма шоссе, разрезаемая только мутными кругами фар. Деревья вдоль обочин становились все выше, смыкая кроны над дорогой в сплошной зеленый свод. Время на часах Антона тоже начало сбоить, отсчитывая секунды назад.

МКАД остался позади, растворившись в грязной взвеси из мокрого снега и придорожной пыли. Москва с ее неоновыми венами рекламных щитов закончилась резко — сразу за указателем на Балашиху начался непроглядный мрак. «Тойота» шла по двухполосному шоссе М5 тяжело, пробивая бампером стену ледяного дождя. Дворники работали на максимуме, но лишь размазывали грязь по стеклу жирной дугой.

Лиза сидела у окна, прижимая к губам спасительный ингалятор Антона. Лекарство действовало медленно, возвращая легким способность расширяться. Она смотрела на свое отражение в черном стекле. Мокрые волосы прилипли ко лбу, тушь потекла темными разводами, делая лицо похожим на маску лесного духа из детских книжек. Городская оболочка слезала с нее вместе с краской для волос и шеллаком на ногтях.

— Нижние Ключи? — вдруг глухо спросил Антон, глядя в свой кнопочный телефон. Он держал аппарат странно, двумя руками, словно гранату без чеки.

Лиза вздрогнула от звука его голоса. В тесном салоне он прозвучал слишком громко. — Да, а что? — она инстинктивно прижала рюкзак коленями. Там лежали документы на дом. — Я туда же. К другу.

Случайностей такого масштаба не бывает. Два незнакомца опаздывают на один и тот же поезд до Екатеринбурга, ловят одну машину посреди потопа и едут в деревню, о которой Лиза сама узнала только вчера из письма нотариуса. — Какой друг? — настороженно спросила она. — Денис. Служили вместе. Пропал неделю назад. Купил там халупу. Лиза открыла рот, чтобы сказать, что едет за наследством от бабки Елизаветы, которую никогда не видела, но слова застряли в горле. Слишком много совпадений. Слишком сильно пахло озоном, пропитавшим их одежду еще на вокзале.

Фарух сбавил скорость. Разметка исчезла. Асфальт сменился старым растрескавшимся бетоном. Деревья вплотную подступили к дороге. Это была уже не федеральная трасса, а старая лесовозная ветка. Свет фар выхватывал из темноты узловатые корни, похожие на скрюченные пальцы, вцепившиеся в землю. — Здесь короче будет, дорогие, — проскрипел водитель, не оборачиваясь. Его профиль в свете приборной панели казался плоским, нарисованным на картоне. — Навигатор ваш врет, командир. Спутник тут спит.

Антон посмотрел на экран своего телефона. Синяя точка действительно ползла по чистому белому полю, далеко в стороне от серой линии дороги. Лес вокруг машины начал меняться. Сосны стали неправдоподобно прямыми, уходящими в абсолютную темноту неба идеально вертикальными стволами. Ни одной лишней ветки внизу. Как колонны в древнем храме.

— Столбы смотрите, — тихо сказала Лиза. Антон перевел взгляд вперед. Серые бетонные столбики километровых знаков мелькали слева. «14...» «13...» «12...» Они отъехали от Москвы почти на сто километров. По всем законам физики цифры должны были расти. — Тормози, — сказал Антон. Голос стал низким, вибрирующим. — Зачем тормозить, дорогой? Почти приехали, рукой подать, — Фарух осклабился в зеркале заднего вида. Зубы во рту водителя начали стремительно удлиняться, превращаясь в желтые костяные иглы. Кожа на лбу натянулась, буграми поползла вверх, формируя два острых нароста. Рога проклюнулись сквозь редкие черные волосы.