Только я - страница 4



Бледно-серые стены были пусты – разве что пара заламинированных официальных объявлений, набранных мелким шрифтом.

– Садись, – сказал ей Коннор.

Ками обошла стол и села. Мысли неслись вперёд, подстёгиваемые всплеском адреналина. Она ощущала себя в заведомо проигрышной позиции – непривычной и крайне неприятной. Она не могла действовать. У неё даже не было телефона. Он всё ещё лежал в лотке на полке за спиной Коннора.

Её обезоружили, забрали её оружие. Теперь противостоять им ей оставалось только самой собой.

Два агента сели напротив нее.

Ками ждала, что они скажут, и одновременно прокручивала в голове варианты. Она и правда не думала, что то, что она сделала, можно отследить. В этом же весь смысл взлома, разве нет?

Но, с другой стороны, они были здесь и сердито разглядывали ее. Они вычислили ее у парикмахера и знали ее по имени. Значит, где-то по дороге она облажалась. Она прокрутила события назад, пытаясь понять, на каком месте.

– Ты знаешь, почему ты здесь. – Коннор упер локти в стол и уставился на нее угрожающе. Ками видела морщины, прорезанные по обе стороны его рта. Он не выглядел человеком, который часто улыбается.

– Скажите, – произнесла она, изо всех сил стараясь говорить без лишних эмоций, хотя ее уже начинало немного накрывать.

– Ты взломала сайт ФБР. Вывесила список нераскрытых дел с сообщением, что Бюро бесполезно, и заменила фотографию директора на кошачью морду.

Коннор посмотрел на Ками так, будто был на три хода впереди. Он ждал, что Ками это начнет отрицать. Ками уловила это ожидание. И тогда Коннор, похоже, с удовольствием обрушил бы на нее все круги ада. Это только ухудшило бы дело. Да и вообще, когда карты биты, зачем врать?

Ками пожала плечами, решив играть в открытую.

– Да. Да, это сделала я.

Она увидела, как Коннор машинально моргнул, и на миг испытала удовлетворение: она не сыграла по его правилам. А это и была игра – не больше. Почему она вообще тут? Главная страница вскоре после этого ненадолго легла, а через пару часов снова работала как обычно. Она проверяла.

Она заметила, как второй агент тычет в телефон, будто шлет кому-то срочное сообщение.

– Ты работала с кем-то? Тебе кто-то помогал? Ты с кем-то сотрудничала, чтобы это провернуть? – допрашивал Коннор.

– Я все сделала одна, – ответила она. И увидела, как у него приподнялись брови.

– Зачем? Ты вообще понимаешь, что поставила под угрозу государственную безопасность?

Ками пожала плечами.

– Я сделала это, потому что хотела донести: вы не помогаете людям, которым нужна помощь. – А потом, разозлившись из-за конноровской напористости, добавила: – Вам нужно ставить нормальные файрволы. Вам бы радоваться, что я проверила их за вас.

Коннор втянул воздух со свистом, и Ками увидела: попало. Прямо попало – очень, очень. У него только что случился катастрофический отказ чувства юмора. Впрочем, Ками и так не считала, что чувство юмора – его сильная сторона даже в лучшие дни.

– Ты не понимаешь, насколько это серьезно! – сказал Коннор, и теперь в его голосе был лед. – Это вопрос государственной безопасности! Взлом мог привести к крупному инциденту. И наша защита – первоклассная. Ты должна спросить себя, почему ты, гражданка США, пыталась подорвать безопасность официального сайта правоохранительных органов. Безопасность, которая стоит там не просто так! Ты явно ее не уважаешь, да? Ты просто… просто мелкая шпана! – под конец он звучал по-настоящему зло, будто терял самообладание.