Виртуоз - страница 4

— Вы говорили, что у вас работает домохозяйка.

— Работала. Я ее выгнал к чертовой матери.

— Почему?

— Она пыталась меня отравить.

— Каким образом?

— Поджарила для меня яичницу и обильно сдобрила ее цианистым калием.

— Вы что, пробовали?

— Ха... Разве я бы сидел тогда перед вами?

— Откуда, в таком случае, вы знаете, что она хотела вас отравить?

— Я чувствую яды по запаху.

— Вроде мы с вами вчера пришли к мнению, что ваши страхи беспочвенны.

— Но сегодня ночью произошло невероятное.

— И что же?

— Они пытались ко мне вломиться.

— К вам в квартиру?

— Нет. Я был в загородном доме. Они хотели пролезть через окно. Но я для Них слишком крут. У меня был «ремингтон». И я пальнул, не раздумывая.

— Не может быть. Вы стреляли?

— А как же, доктор. Ведь Они охотятся за мной и намереваются меня убить. Но меня так просто не возьмешь.

— Кто-нибудь пострадал?

— А что? У меня такое ощущение, доктор, что вы за Них. Или вы один из Них?

— Вы же знаете, что это не так. Разве я не убедил вас в обратном?

— Вроде бы да. Но кто точно знает?

— Вы знаете точно. Так пострадал кто или нет?

— Нет. Утром я никого не обнаружил за домом. А ночью я не выходил проверять. Я не такой дурак.

— Вы звонили в милицию?

— Зачем?

— Послушайте, давайте следовать нашим договоренностям.

— Я и следовал, доктор, пока Они вчера опять не объявились. Вы ведь говорили, что это не может больше повториться.

— И я по-прежнему это утверждаю. Вы ведь обещали мне, что будете находить всему разумное объяснение.

— А разве это не разумное?

— Нет. Не разумное. Давайте так... Вы готовы придерживаться нашего прежнего плана?

— Да, готов, доктор.

— Тогда вы должны забыть об оружии. И больше никогда его не применять.

— Но, доктор, когда кругом одни Враги...

— Вы считаете меня своим врагом?

— Вас — нет.

— Вот видите. Получается, не все так плохо.

— Но... Хотя. Может, вы и правы, доктор. Значит, я все еще смогу спастись?

— Если вы будете слушаться меня.

— Я слушаюсь, доктор.

— Расслабьтесь. И немного успокойтесь.

Психотерапевт, или как теперь модно называть — психоаналитик, Лаврентьев Марк Георгиевич задумчиво смотрел на своего пациента.

Вице-президент крупнейшей компании Фомин Андрей Викторович лежал на кушетке с закрытыми глазами. Это был человек пятидесяти лет, суховатый, подтянутый, с залысинами и с блеклым с обвислыми щеками лицом.

Еще вчера Лаврентьев считал, что его пациент находится на пути к выздоровлению. Но теперь понимал, что ошибся. У пациента уже довольно ясно вырисовывалась начальная стадия шизофрении. И его следовало просто изолировать.

Фомин попал к психотерапевту два месяца назад. Сам президент компании связался с Лаврентьевым и попросил того об этой услуге. Лаврентьев считался одним из лучших психоаналитиков столицы.

Фомин методично, уверенно, с напористостью шел к своей заветной цели — к должности президента компании. Его продвижение было настолько ровным, без каких-либо «крутых виражей», что когда этот «крутой вираж» имел место на пути, он просто не смог справиться «с управлением». Его, словно машину, занесло, закрутило, перевернуло и стопорнуло.

Все было гладко и вдруг... Президентом компании неожиданно стал другой. Со стороны. Варяг, одним словом. Вмешались люди, которые вкладывали в эту компанию деньги, люди, которые неожиданно сделали поворот на сто восемьдесят градусов, вмиг охладев к нему, хотя до этого относились к нему благосклонно.