Врач Екатерины - страница 3

Глава 4

Я спустился вниз. И почти сразу услышал звук. Металл. Удар. Ещё удар. Кузня. Я пошёл на звук. Амбар. Наковальня. Горнило. Огонь внутри был живым, рыжим, почти диким. Он освещал широкую фигуру кузнеца, который работал без остановки. Здоровый мужик поднял голову, увидел меня и резко поклонился. Барин. Я кивнул. Подошёл ближе. Он сразу вернулся к работе, но уже заметно медленнее. Я посмотрел на изделие. Слишком простое. Грубое. Никакой точности. Никакой системы. Всё держалось на силе, а не на расчёте. Я провёл пальцем по заготовке. Так не получится, сказал я тихо. Кузнец замер. Я понял, что сказал это вслух. Пауза. Я выдохнул и добавил спокойнее: В Берлине делали иначе. Он не понял, но кивнул. Я осмотрел дальше. Огород. Инструменты. Ткань, которую мне показали днём. Всё было простым. Даже слишком. И чем дольше я смотрел, тем яснее становилось: этот мир не просто отстал. Он застрял. .Когда я вернулся к дому, на пороге стоял отец. Отец. Он ждал. Как будто знал, что я выйду. Сынок, тихо сказал он. Вспомнил что-нибудь? Я на секунду задумался. А потом спокойно ответил: Нет, батенька. Пауза. И добавил: Но я многое начал понимать. Он прищурился. Например? Я посмотрел ему прямо в глаза. И впервые позволил себе мысль, которая могла изменить всё: Что это место можно изменить. Тишина. Очень длинная. Опасная. В европе прогресс папенька . Там станки и печи . Люди делают деньги на прогрессе ,а мы землю плугом пашем. А чем же еще можно землю пахать спросил удивлённый отец. Я понурил голову ну не техник я ни разу . Я доктор. Иди сынок полежи сказал осторожно отец. Вот нахватался верхов думал я идя в спальню . Маменька принесла мне сумку которую я привез из германии я ахнул там был все инструменты для проведения операции. Поцеловав ее в щеку я убежал в спальню. Ну вот жизнь улучшается думал я . Инструмент есть осталось приобрести лекарства. Я побежал к отцу . Папенька оказывается у меня инструмент есть . Я что зря ваши деньги проедал . Разрешите купить лекарства а то вдруг понадобиться а их нету. Отец снова посмотрел на меня с подозрением но возражать не стал. Глашка крикни Тимофея скомандовал отец. Пришел конюх и поклонился . Свози молодого графа в Москву . да следи за ним чтоб не упал понял .Тимошка поклонился . И я не долго думая побежал собираться. Колёса кареты мерно застучали по дороге, и деревня быстро осталась позади, утонув в утреннем тумане. Лошади шли ровно, без спешки Тимошка держал их уверенно, иногда тихо покрикивая, поправляя упряжь и бросая на меня короткие взгляды, будто проверяя, не передумал ли я в последний момент. Я устроился на мягком сиденье, прижав к себе небольшой мешочек с деньгами, который дал мне отец. Он казался неожиданно тяжёлым не столько из-за монет, сколько из-за ответственности, которая вдруг навалилась вместе с этой поездкой. Москва слово звучало громко и немного пугающе. Далеко ли ещё? спросил я, выглядывая из-под полога кареты. Тимошка не обернулся, лишь хмыкнул: До темноты будем в городе, если дорога не подведёт. Лошадей не гоним, как барин велел. Я кивнул, хотя он этого и не видел. Дорога тянулась бесконечной серой лентой: поля сменялись редкими перелесками, потом снова открывались пустые пространства. Где-то вдалеке кричали птицы, и от этого становилось ещё тише внутри кареты. Постепенно мысли начали путаться. Всё, что было утром голос отца, его рука на моей голове, его слова теперь казалось уже чем-то далёким, будто это случилось не сегодня. И вдруг Тимошка резко натянул поводья. Тпру! коротко бросил он. Лошади остановились. Я насторожился. Что там? Тимошка прищурился, глядя вперёд на дорогу, где между деревьями виднелась тёмная фигура. Она не двигалась. Похоже, кто-то стоит тихо сказал он. Не нравится мне это. Я невольно сжал край сиденья сильнее. Впереди дорога уже не казалась такой безопасной, как ещё минуту назад.