Анастасия Леманн читать онлайн

– Денисов, кто она. Как ее зовут. Красивая. Артем мрачно смотрит на меня, а я, держа в руках бокал с красным вином, направляю свой взгляд в сторону окна. Так красиво… Свой дом, квартира, две машины. В семье наконец появилась стабильность после долгих лет нищеты. Кажется, что все наладилось и вот…Любовница, измена, предательство… Какие страшные слова в жизни каждой женщине, врагу не пожелаешь их узнать. – Зачем эти вопросы, Кристина. Да, красивая. Зовут Вероника. У тебя еще что-то. Я отворачиваюсь. Как хочется вылить этот бокал ему в лицо, но я этого не делаю. Мы же интеллигентные люди. Интеллигенты поступают по-другому, они все держат в себе, даже когда хочется не просто плакать, хочется рыдать и так отчаянно, что ты не знаешь, что дальше делать.

– Уходить собралась. Вперёд. Сильные мужские руки грубо хватают меня и тащат к выходу. Я понимаю это всё. Это ярость. В нём проснулись гены его отца. Вырываться бесполезно и говорить что-то бесполезно. Насильно мил не будешь, и Туманов прекрасно знает это. Вытаскивает меня в зимний сад и толкает. Я удерживаюсь на ногах и смотрю на него в упор, на то, как он сжимает кулаки. – Чем. Чем этот калека лучше меня. Отвечай. Я всё для тебя. . . Я люблю тебя. . Яростно хватает меня за подбородок заставляя глядеть себя в глаза, не понимая одной вещи, лёд ещё не растаял и вряд ли когда-нибудь растает…Если бы он только знал…Если бы знал всю мою жизнь.

– Саша! Я тебя люблю! Ты пока еще моя жена!Никита по-хозяйски наливает вино в бокалы. Мой любимый голубой, а я смотрю на него и не понимаю, с ним все в порядке… – Никита, ты не забыл, что ты мне изменил?– Нет, не забыл… Яна – пыль в моей жизни… Ты это прекрасно знаешь… Она никто…Я усмехаюсь. Она никто.– А когда она тебе стриптиз на столе танцевала, ты тоже ей говорил, что она пыль?Янковский рассмеялся.– Я ценю твое чувство юмора, любимая! Хватит!

– Тебя забавляют, красивая. Мне тоже это нравится. Глаза огонь, холодные, ледяные, душу обжигают насквозь и в то же время дикие такие, сумасшедшие…Смотрю на него и испытываю такие чувства, которые не то что никогда доселе не испытывала, я даже не знала, что они существуют. – 21 век, людей нельзя похищать с улицы и дарить просто так. Нельзя. У меня есть права, я…Договорить я не успеваю, резкий рывок и вот я на ногах, смотрю в упор на него. Едва дотягиваю ему до плеча. Опасный, властный, бешеный… Точно Бешеный также его все называют. – Для меня нет слова нельзя, красивая.  – хрипло произносит он и грубо разворачивает меня, так что я вжимаюсь в холодный мрамор стены.

– Мама. Мамочка. Пойдем, там папа. Миша тянет меня за руку, а я с трудом передвигаюсь и поспеваю за ребенком. – Мама пошли. Толкаю дверь и замираю. Ноги в прямом смысле этого слова, кажется, прирастают к полу. Я знаю, что я инвалид, что больна, одна нелепая случайность перевернула всю мою жизнь, но сейчас… Я поверить не могу, что мужчина все моей жизни, которого я полюбила и которому поверила заново после измены и предательства первого мужа, сделавшего из меня калеку, сделает со мной тоже самое. Ренат страстно целуется у стены нашей спальни… Костыль падает из моих рук, а я крепко сжимаю руку нашего сына. Только бы не разрыдаться, только бы не разрыдаться… Целует Синтию, свою бывшую жену.

– Давно это у вас?– Какая разница? Темирхан отворачивается.– Я могу не разводится с тобой!– Ну уж нет, у нас не гарем, и еще одной женой я не буду! Счастья вам!Отворачиваюсь, а у самой слезы по щекам текут. Как же это низко… Как…– Как ты мог так погано поступить… Ей же 18, вдумайся, 18 лет! Что ты с ней делать будешь?– Знаешь, в постели лучше иметь молодую сочную, чем….Он замолкает, а я разворачиваюсь и наотмашь бью его по щеке…

– Артур это кто?Красивая яркая брюнетка с красными губами с нескрываемым презрением смотрит на меня. Красивая. Очень. Ухоженная.Я со своей скромной красотой ромашки, кажусь дурнушкой на фоне этой фотомодели.– Алиса иди в приёмную!Муж мрачно застёгивает брюки стараясь не смотреть, а я, горько усмехнувшись, смотрю ему в глаза.– Да нет, Аристов, все хорошо, это я уйду, походу я тут лишняя! Совет да любовь!Хватаю со стола бокал с шампанским и выливаю ей в лицо. На этом точно точка.

– Я прошу тебя не надо! Я тебя умоляю, Влад!Удар, ещё удар… Я, лёжа на полу, закрываю лицо. Боль. Адская боль, разрывающая меня на тысячу атомов, мелкие молекулы. Удар, ещё удар. Приподнимает меня за волосы и, как мужику несколько раз кулаком в лицо. Я падаю на пол, закрывая лицо руками. Ощущаю удары ногами. Удар, ещё один удар, второй, третий… Потом всё затихает… Слышу удаляющиеся шаги, с отчаянием из полуприкрытых ресниц, смотрю в потолок. Ненавижу… Как же я его ненавижу… Ненавижу…

– Лера, ты умная женщина, давай без скандалов.  – поморщился Дима.  – Ты же знаешь, это всё несерьёзно. У меня в глазах потемнело от обиды и боли. Каждый второй в гарнизоне про связь буфетчицы и капитана знал, а для него это не серьёзно. Решено, мы сегодня же к маме уедем и плевать, кто что подумает, больше я так не смогу, больше я так не выдержу. – Я не собираюсь с тобой, Дима, скандалить, я сегодня же вещи соберу и к маме в Пермь уеду с Даринкой. Твоя жизнь. Серьёзно, не серьёзно. У нас ничего за столько лет не вышло. Уваров сжал кулаки. Резко вскочил. – А ты пыталась. Ты хоть раз пыталась. Да ничего ты не пыталась.

– Секс нравится? Я слышал, как ты стонешь! Расскажи мне, так же как подо мной, под ним стонала?Я вспыхнула. – Что ты говоришь? Я только тебя ждала, я….Он замахнулся, а я зажмурилась. Нет, он никогда так не поступит.– Ты знаешь, что я не ударю, я никогда не ударю женщину даже такую, как ты!Вздрагиваю.– Ты был и есть у меня первым! Что ты говоришь? В кого ты превратился, Амир?Усмехается. Его черные дьявольские глаза вспыхивают.– Раздевайся! Или тебе помочь?Сердце бешено застучало в груди. Он дьявол, он стал самым настоящим дьяволом во плоти….

– Добрый вечер. Вы одна. – метрдотель с почтительным поклоном. – Жду детей и. . . возможно, мужа. Столик на Воронцовых. – Конечно, прошу за мной. Шла за ним, цокая каблуками. Туфли убивали, но больше беспокоило это странное чувство – будто что-то вот-вот случится. Столик идеальный, вид на панорамные окна. Заказала белое вино – для храбрости. Дети опаздывали уже на двадцать минут. Глотнула вино, огляделась. Ресторан разделён зеркальными перегородками – вроде и приватно, но отражения везде. И вдруг. . . Я его увидела. В отражении. Максим сидел спиной ко мне в дальнем углу. А напротив – молодая блондинка, склонилась к нему так близко, что лица почти соприкасались.

Пять бандитов из лихих 90-х во время обычного похода в баню необъяснимым образом переносятся в XIII век. Очнувшись в средневековой деревне, они оказываются втянутыми в политические интриги Галицко-Волынского княжества. Саня Терминатор и его братва должны предотвратить убийство князя и отразить татарское нашествие!

— Валя, я не хочу тебя унижать. Но и жить под постоянным контролем не собираюсь. — А жить с любовницами собирался? — Это в прошлом. Сейчас речь о будущем. — О каком будущем? — О том, что мы разводимся. Вопрос только — на каких условиях.

– Я не предам её. – Я тебя люблю. Она старая и тебе точно не нужна. – Лейла. Закрой свой рот, она моя жизнь. Утихни, я тебе сказал, и не смей даже слова плохого в её адрес говорить. Мы женимся. Карина моя любимая женщина. А ты пыль…– Что. А ты ничего не сказал ей про меня. То, что я красивая и молодая, а она никто. А ты знаешь, что я беременна. Или не сказал это своей невесте. Слушай, и ещё… Ты не сказал ей, что это ты его убил. Ради неё…Замираю. Стою с букетом красных роз. Рауль…А что ты ожидала, Карина. Думала, что он влюбился в тебя. Смешно. «Карина моя любимая женщина»…Он молодой, а ты… Ты всего лишь пешка в его игре.

– Ужинать будем. Я голодный. – Сначала поговорим. Садись. Он насторожился: – Что-то случилось. – Можно и так сказать. Роман, я знаю о Виктории. Вот так. Прямо в лоб. Муж замер. Потом усмехнулся: – О какой Виктории. У нас в фирме три Виктории работают. – О Белоусовой. Вашем PR-менеджере. Твоей любовнице. – Алина, ты что говоришь. – он начал заводиться. – Какая любовница. С чего ты взяла. Я молча открыла папку, достала фотографии. Разложила на столе веером. Вот они выходят из офиса. Вот в ресторане. Вот в машине. Вот у входа в ее дом. Роман побледнел: – Ты. . . ты следила за мной. – Есть доказательства серьезнее. Я включила запись на ноутбуке.

У фонтана в центре зала стоит Максим. И целуется страстно с какой-то блондинкой молодой! Не просто чмокнул в щёчку дружески - полноценно целуется взасос! Руки по ней ползают жадно, она в него впивается жарко. - Максим! Познакомь меня с подругой пожалуйста! Он оборачивается медленно. Лицо становится белее мела моментально. Глаза круглые испуганные, рот открыт глупо. Как в немом кино старом. - Алиса! - выдавливает с трудом. - Это... это совсем не то что ты думаешь... - А что я думаю? - голос уже срывается в истерический крик

— Я пойду... Извините... — Стой! — рычу я. — Никуда не идёшь. Она замирает в дверях, испуганно оглядывается. — Сколько это продолжается? — Екатерина Викторовна, я не хотела... Игорь говорил, что вы разводитесь... — Разводимся?! Поворачиваюсь к мужу. Он сидит на диване, опустив голову. — Игорь, мы разводимся? Это новость и для меня. — Не разводимся, — бормочет он. — Это я так... сказал... — Ах, так сказал! — Ярость нарастает как цунами. — А ещё что ты ей рассказывал? Что жена тебя не понимает? Что близости нет? Что я карьеристка, которая думает только о работе?

– Лер, у меня пациент вот-вот платный. Что-то случилось. Сердце бешено стучит и готово выпрыгнуть из груди. Только ленивый не замолкает, когда я вхожу. Все обсуждают его и её. Все. Я не хочу в это верить. Восемнадцать лет брака. Это же неправда. Бирюзовая свадьба только была. Двое детей. . . Он ведь не мог так с нами поступить. Не мог, это неправда. . . В глазах слёзы, дыхание сбивается. Так, Валерия, соберись. Ты врач и ты на работе. Нельзя так, нельзя. Это просто слухи. У вас прекрасная семья, всё хорошо, всё ведь правда хорошо. – Лера, ты заболела. Шумно выдыхаю, спокойствие, только спокойствие. – Ростислав. Скажи, почему вся больница судачит о том, что у тебя роман с Жанной из регистратуры.

– Ужинать будем. Холодные, но такие красивые глаза Аксенова смотрят на меня в упор. Я молча смотрю на мужа, от которого за три километра пахнет чужими женскими духами. Мне, как врачу, такой парфюм нельзя. Резкие, удушливые и, конечно, женские. – Будем. Можно вопрос. Стас снимает китель и вешает на вешалку. На красивом лице ходят желваки. Он словно всё понимает. Да здесь уже сложно что-то не понять. Все в курсе, все об этом говорят. – Можно. – Оксана не накормила или она готовить не умеет. Аксенов замирает, а я молча поворачиваюсь и иду на кухню. Вот и всё. Точка невозврата настала. Это конец. Теперь точно нельзя ничего изменить.

– Я могу всё объяснить. – Не надо. – Оля, ну послушай... – Не надо объяснять. Я всё понимаю. Я встала со стула, подошла к мужу. Сзади он казался таким же красивым, как десять лет назад. Высокий, подтянутый, пахнет дорогим парфюмом и... чужими духами. – Понимаешь? – обернулся Дмитрий. – Конечно. Ты крутишь шашни с секретаршей, потому что она молодая, глупая и восхищается тобой. А я  умная и вижу тебя насквозь. Логично?

Тик-так. Тик-так... Равномерное тиканье часов заставляет сердце биться ещё сильнее. Всё, как в глупом анекдоте. Тяну на себя ручку двери, а там на столе... До боли закусываю губу. Это невозможно. Просто невозможно. – Сколько мы ещё будем скрываться, Марк? Я тебя люблю! – Оля, прошу! Пойми, у нас большая разница в возрасте! И ты подруга моей дочери! Что скажут люди? Ногти сильнее впиваются в ладони. Да какая разница, что скажут люди... Что скажу я, законная жена!!

– Не надо Жене уходить. Лишняя здесь я, и уйду я. Зачем, Евгения, вы пойдёте. Вы мама, и у вас семья. Демьян должен жениться на вас, а со мной развестись. Я готова дать ему развод. Марина - я, как пацан, бросаюсь за ней. За плечи её разворачиваю и в глаза её смотрю. Аквамариновые, красивые. Какая же она красивая… Марина, прости меня за всё. – Марина, хочешь, ударь. – хрипло произнёс я. – Только выслушай меня. Прошу, выслушай. Марина вырывается. Я вижу, как смотрят в её сторону охранники и интерны. – Я на работе, Демьян. Ударить – это не то. Тебя жизнь уже ударила, у тебя дочь болеет, и тебя её мама ждёт. Умей проигрывать.

– Ты обещал помочь выкинуть ёлку, и в конце концов, мы должны поехать к дочери. На каникулах ты не поехал. – Женя… – Рома… Я так больше не могу… Я люблю тебя. Разве Михайлина не заслужила видеть рядом отца. – Женя. У меня есть жена. Ты всё знала и согласилась на эти условия. Я не могу уехать, оставив её. Кровь приливает к лицу до такой степени, что нечем дышать. Я чувствую, как вся пылаю. Прижимаюсь к стене. Женя. Моя лучшая подруга и мой муж. Ногти впиваются в ладони. Михайлина – его дочь. – Я больше так не могу. У нас будет ещё ребёнок, Рома. Ещё ребёнок, ты понимаешь. Съезжаю по стене, а сердце бешено стучит… Столько лет обмана и лжи.

– Послушай ты, не смей её обижать. – А то что. Я глава здравоохранения, Света, если ты не забыла. – Я твоя сестра в первую очередь. – В первую очередь ты главный врач. Ответственный серьёзный человек. Лена – прекрасный доктор и человек. – А ещё она очень красивая и хороша в постели. Не так ли. Повисла пауза, от которой у меня всё замерло. Сердце безостановочно пропускало удары. Удар за ударом. Мне казалось, что всё. Что сейчас я просто рухну на этот пол и будет конец. – Не трогай Лену. Она мне дорога. Я, может, впервые в жизни влюбился. Меня вообще кто-то спросил, я хоть раз за двадцать семь лет был счастлив, не считая рождения детей.