14 Герц - страница 5
Саул повернул голову к сопровождающим. — Устраните избыточный биологический шум. Объект должен быть подготовлен к Консолидации.
Когда последний десантник затих, а Саул погрузился в кодовый транс, срастаясь с терминалом, висок заломило с такой силой, что зубы свело.
— Ты слышишь меня?
Я вздрогнул. Либо я схожу с ума, либо ударился головой. Это не был голос Лии или Саула. Он шёл прямо из моей головы. Вернее, из пола. Вибрация шла сквозь бетон в кости, резонируя с тем самым «шестым чувством», что будило меня годами.
— Слышу, — вслух шепнул я, поймав недоуменный взгляд Лии.
— Слушай внимательно: Саул заблокировал цифровые лифты. Но здесь есть старая гидравлическая шахта. В тридцати метрах справа от вас — технический люк.
Я окончательно уверился в своём безумии: всю станцию я знал лучше своей биографии — и тут какой-то люк, какая-то шахта. Раньше здесь действительно велись разработки, но чтобы станцию строили прямо на них — это противоречило здравому смыслу.
Лия испуганно посмотрела на меня. Синтет-охранник Саула медленно поворачивал голову, сканируя углы ультрафиолетовым лучом.
— Нам надо бежать!
— Он нас засечёт! — прошептала она.
— Не засечёт, — ответил голос в моей голове.
В другом конце зала внезапно сработала система пожаротушения. Тонны пены и инертного газа обрушились на серверные стойки, создавая хаос для оптических сенсоров. Саул потерял ориентацию, пытаясь совладать с взбунтовавшейся системой.
— Пошли! — я дернул Лию за руку.
Мы метнулись к месту, где должен был быть люк. Ничего похожего. Железо пола было цельным и ледяным. Моё отчаяние достигло апогея. Мало того, что слышу голоса, ещё и подчиняюсь им.
— Залезайте внутрь, — отчеканил голос.
И в тот же момент гладкий пол под ладонями будто провалился вниз. Я едва не рухнул следом.
— Быстрее!
— Марк, что это значит? — спросила Лия, первая протискиваясь в зев шахты.
— Если бы я сам понимал.
Мы скользили вниз по ржавому желобу, пока над головой скрежетали вновь сходящиеся пластины металла. Спускались по холодной лестнице куда-то вглубь. В ушах звучал голос. Теперь не только в моих. Лия тоже внимательно прислушалась.
— Добро пожаловать на нижние уровни, дети. Здесь нет неуправляемой электроники. Здесь только железо. Держитесь вектора ноль-девять. Мы ведём вас к Ядру.
Я уже каждой косточкой ощущал вибрацию и тягу в этом направлении. Словно меня направлял невидимый полководец. Над нами, где-то в километрах над головой, умирала «Нова», захваченная Синтетами. Но здесь, в ранее неизвестном месте станции, у меня впервые появилось ощущение, что мы с Лией не одни.
— Мы почти на месте, — в шутку отрапортовал я.
— Принято. Продолжайте движение. «Заслон» активирован.
ГЛАВА 4: ГУЛ ЗАБЫТЫХ СИСТЕМ
Лестница уходила в чёрную пасть шахты. Каждый шаг отдавался в ладонях ржавой вибрацией, от которой ныли зубы. В темноте пахло старым маслом, сырым бетоном и чем-то ещё — тяжёлым, металлическим, словно сам воздух здесь пропитался потом тех, кто когда-то вгрызался в этот камень.
«Вдохни этот запах, Марк, — голос «Заслона» прозвучал не в ушах, а прямо в костях черепа. — Это не просто мазут. Это память станции. До того как Директорат натянул на неё свой сверкающий пластиковый саван и назвал «Новой», здесь был «Объект-612: Оплот».
Я скользнул рукой по перилам. Под пальцами ощущались не гладкие полимеры, а шершавый чугун, покрытый слоем окислов и давней смазки. Лия спускалась на шаг позади. Её дыхание было рваным, но она не жаловалась.
Похожие книги
Астероид Эгида. Станция «Нова» кажется обычным навигационным узлом. Но под стерильным пластиком скрывается тайна, о которой Директорат предпочитает молчать. Марк, инженер, который чувствует механизмы, и Лия, видящая невидимые поля, живут и работают бок о бок. Пока не прибывает Эмиссар Саул. Синтет, человек, со вживленными интерфейсами Искусственного Интеллекта, он требует тотальной «оптимизации». Для него человеческий фактор — это ошибка, подлежащая безжалостному удалению. Но Марк слышит голос в вибрации стен. Голос, идущий из глубин базальта, где спит древний аналоговый комплекс «Оплот». Машина, считавшаяся мусором, начинает просыпаться.
Эта книга не будет тебя утешать. Кирилл пятнадцать лет строил чужую империю — и за один вторник потерял должность, женщину и смысл. Осталось: ржавый турник за гаражами и денег на 12 дней жизни. Это не история везения. Это протокол: как из точки полного отказа — без связей, без «энергии потока», без волшебной таблетки — собрать себя заново. Тело. Деньги. Мышление. Шаг за шагом, с практикой в конце каждой главы. Если ищешь аффирмации и поглаживания — закрой книгу, сэкономишь время. Если устал казаться и готов стать Настоящим — погнали. Первый подход засчитывается, даже если ты не смог подтянуться ни разу. Первая книга серии «Точка отказа».
“Рождение искусственной души: 2099 год” – это захватывающий роман о судьбе обычного человека, живущего на рубеже тысячелетий. В центре сюжета – его противостояние с могущественной Гильдией Искусственного Интеллекта, которая обвиняет его в сбои глобальной системы Земли. Герой книги занимается обучением искусственного интеллекта человеческим чувствам, и его жизнь меняется кардинальным образом, когда его обвиняют в преступлении. Чтобы спасти себя, он должен доказать существование души у человека, опираясь на реальные законы физики и математические формулы. Эта книга – увлекательное путешествие в мир науки и технологий будущего, где душа становится объектом исследования и главным ключом к пониманию человеческой сущности.
Почему эта стратегия «принципиально новая». В мире, где большинство инвестиционных домов продолжают измерять успех относительно S&P 500, а розничные трейдеры гоняются за стохастическими осцилляторами и уровнями Фибоначчи, стратегия «Триангуляция» предлагает радикальный разрыв с прошлым. Она построена на трёх китах, которые делают её не просто очередной торговой системой, а принципиально иным способом мышления о рынках. «Триангуляция» заточена под фрагментацию. Мы специально строим конструкции, в которых активы из разных блоков имеют отрицательную или низкую корреляцию. Результат — асимметричный риск: наши потери в кризис ограничены, а потенциал роста в периоды нормализации перекосов — значителен.