2-Tor - страница 4

Минск был похож на айсберг, обдуваемый ледяными ветрами. Утренний мороз проникал в кости, цеплялся за кожу и проникал прямо в мозг каждого, кто оказался на улице. Алекс шел по тротуару, пытаясь прийти в себя после того, что произошло в школе. Люди в странных серых костюмах вели себя нарочито нагло и требовали исключить английский язык из жизни. Тотальный запрет на знания. Арест Андрея, Макса и Аллы Борисовны казался сценой из леденящего душу кошмара, но это произошло далеко не во сне. Это была новая реальность Минска — города, где каждый шаг, каждый взгляд, каждое слово находились под контролем всевидящей корпорации. Алексей достал телефон, чтобы позвонить Даше. Номер Даши был в топе списка, так что долго возиться с набором номера ему не пришлось. Он нажал на вызов, надеясь, что ее голос поможет собраться с мыслями. Но вместо гудков раздался механический женский голос, от которого у Алекса по спине пробежали мурашки.

— Вас приветствует корпорация Control. В целях Вашей безопасности Ваш звонок записывается. Ожидайте, мы соединяем Вас с абонентом.

Алекс замер. Его палец завис над кнопкой завершения вызова. «Записывается». Это слово эхом отозвалось в его голове. Он представил, как каждая фраза, любой ироничный мем, становится частью архива, где Control анализирует, сортирует и оценивает сказанное. Алекс, не дождавшись ответа сбросил вызов. Телефон лег обратно в карман, и парень ускорил шаг. «К Даше пойду без предупреждения», — решил он. Разговоры по телефону теперь были слишком опасными.

Улицы Минска были пустынны, но не безжизненны. Над головой светились огромные экраны, транслирующие рекламу Control. «Все под контролем. Вы в безопасности, когда находитесь под нашим контролем», — доносился слегка приблатненный голос из динамиков. Алекс старался не смотреть эти видео, но их свет цеплялся за боковое зрение, как искрящаяся дуга сварки пробивающаяся через черное защитное стекло. Он отчетливо видел изменения в городе. Все эти трансформации касались не только погоды — что-то в воздухе стало другим. Словно каждый вдох был под наблюдением строгого руководителя, который наделен властью наказать тебя за любое неосторожное движение. На одном из перекрестков он заметил странное — молодые люди, одетые в одинаковые серые куртки с логотипом Control, раздавали какие-то флайеры. Алекс замедлил шаг, пытаясь разглядеть, что на них написано. Один из подростков, худощавый парень с пустым взглядом, протянул ему лощеный листок. На нем крупными буквами было напечатано: «Твой язык — твоя сила. Говори на родном!». Алекс почувствовал, как внутри все сжалось. «Какая разница на каком языке говорить?» Он аккуратно сложил листовку и сунул ее в карман, не желая привлекать внимание со стороны довольно агрессивно настроенных окружающих.

— Ты с чем-то не согласен? — внезапно спросил парень, передавший листовку, его голос был тихим, но в нем чувствовалась угроза. Алекс вкрадчиво посмотрел на спонтанного собеседника. Глаза подростка были похожими на стекло — пустые, но отражающие все вокруг. Алексей не ответил, лишь покачал головой и пошел дальше. Сердце выстукивало ритм, похожий на бит ирландского танца. Control был не только на вездесущих экранах и печатных листовках, но он был и в людях. В их словах, во взглядах, даже в гнетущем молчании. Добравшись до Даши, Алекс осмотрелся вокруг, и не заметив ничего подозрительного, зашел в подъезд, код которого он знал наизусть. Панельный дом был похож на бетонное фортификационное сооружение, а лестничные пролеты были разукрашены любительским граффити. Дверь открылась почти сразу. Даша стояла в свитере с массивным воротником, прикрывающим горло. Ее волосы были взъерошены, а лицо было непривычно бледным. Ее глаза, обычно живые и любопытные, теперь были полны тревоги.