Альгения - страница 2

Дэн внимательно посмотрел на её дрожащие пальцы, затем на саму девушку, и молча спрятал сканер обратно в карман.

— Ладно, — тихо произнес он, проходя мимо неё к лестнице на мостик. — Считай, что я ничего не видел. Но с тебя кофе. Мой как раз закончился.

Они стремительно неслись к границе галактики М-49, за которой начиналось настоящее космическое бездорожье. Вернувшись в пилотское кресло, Дэн поймал себя на мысли, что невольно проникся уважением к этой женщине. Должна была существовать чертовски веская причина, чтобы решиться на такой отчаянный шаг и навсегда разорвать все связи с прошлым. В сорок лет его собственная жизнь была полна тяжелых воспоминаний, шрамов и глухой пустоты, но присутствие Элис в кабине «Джоли» странным образом заставляло его чувствовать себя нужным.

Чтобы прервать затянувшееся молчание, Дэн решил провести обязательный предлетный инструктаж.

— Сударыня! Ничего, если я буду к вам так обращаться? — спросил он, повернув голову к Элис. — Мне всегда нравились старые русские обращения. И вообще русский язык.

— Обращайтесь как вам угодно, — вяло отмахнулась она, не поворачивая головы.

— Так вот, сударыня. Инструкция по безопасности проста: если вдруг на выходе из прыжка начнется заварушка — пулей в кресло, ремни затянуть, шлем надеть и сидеть мышкой.

Элис чуть заметно усмехнулась:

— Я стрелок, в звании капитана третьего ранга. И прекрасно знаю правила поведения на боевых кораблях.

Этого Дэн никак не ожидал. Изнеженная светская дама оказалась кадровым военным офицером.

— Сколько боевых вылетов? На каких типах судов? — с интересом спросил он.

— Боевых — два, — ровно ответила она. — Но я участвовала в стычке у Крабовидной туманности.

Дэну не нужно было ничего объяснять. Сражение у Крабовидной туманности, случившееся семь лет назад между федеральным флотом и силами пиратской Гильдии вольных исследователей, превратилось в настоящую кровавую бойню. Федералы тогда попали в подготовленную засаду, и из шести тысяч человек живыми из того пекла вернулись едва ли триста.

— Я понял, — тихо произнес Дэн, помрачнев. — Но инструкция остается в силе. В кресло и пристегнуться.

Желваки на тонком лице Элис напряглись, но армейская дисциплина взяла верх:

— Есть, командир, — отозвалась она военным тоном, едва сдерживая иронию.

После этого Дэн занялся приготовлением ужина. Рацион на борту «Джоли» был стандартным — белковая масса и продукты гидропоники. В трюме корабля была смонтирована небольшая установка для выращивания свежей зелени, где Дэн умудрился раздобыть и посадить семена настоящей земной рукколы.

— О, какая роскошь! — съязвила Элис, заметив на столе свежие зеленые листья. — Может, у вас на этой посудине и бутылочка белого вина найдется к такому ужину?

— Вино, извините, отсутствует, — хмыкнул Дэн, расставляя тарелки. — А вот по глотку двадцатилетнего коньяка марки «Хард» найдется. Не то, конечно, к чему вы привыкли в своих столичных салонах, но нам, сирым, по карману.

Элис холодно посмотрела на предложенную флягу:

— Оставьте свое пойло для кого-нибудь другого.

Она резко отвернулась, и дальнейшая трапеза проходила в абсолютной, тяжелой тишине. Дэн так и не понял, чем обидел свою спутницу, но навязываться с расспросами не стал.

Спустя три часа после этого нелепого спора пилот спустился на жилую палубу, чтобы проверить показатели давления в гидравлических контурах. В кают-компании горел лишь тусклый синеватый свет аварийного режима.