Цинчэн - страница 3
За едой я порывался было спросить, почему она не ушла, но колебался и в конце концов решил оставить как есть. Еда оказалась вкусной, да и Да Ся была в хорошем настроении. Ее непринужденное поведение за столом меня немного смутило. Поздний вечер, а мы, совершенно незнакомые люди, сидели вдвоем. Я никогда не испытывал такого смущения и решил, что все же должен ее выставить.
Однако куда больший конфуз меня ждал впереди.
После ужина Да Ся взялась мыть посуду, а я пошел к хозяйке попросить приюта еще на одну ночь. После долгого стука та наконец открыла дверь и, зевнув, пустила меня.
– И чего, эта девушка до сих пор не ушла? – спросила хозяйка. Она уставилась в телевизор и продолжила вязать.
– Я по этому поводу и пришел, тетушка. – Мой голос становился все менее уверенным. – Хотел попросить вас пустить ее еще на одну ночь. Завтра скажу ей уйти.
– Ой, мне, право, неловко, но сегодня может вернуться наш старина Чэнь, так что это было бы неудобно.
– Дядюшка Чэнь разве не в командировке?
– Да, но из командировки тоже возвращаются домой. Он вот буквально на днях звонил и сказал, что может вернуться сегодня вечером. Понимаешь, невозможно спать втроем в одной кровати.
– Разве у вас нет еще одной свободной кровати? Той, на которой спал Сяоцзюнь?
– На той кровати уже давно никто не спал, и кроме того, Сяоцзюнь очень не любит, когда в его комнату заходят посторонние.
– В таком случае, может быть, можно будет попросить дядюшку Чэня потерпеть одну ночь?
– Видишь ли, Ван, дорогой, Чэня не было уже довольно долго, и он как вернется, так надо будет… в общем, не смейся, люди говорят, что встреча после разлуки слаще медового месяца. А дядюшка Чэнь у нас горяч, ты же сам знаешь.
Что я мог на это сказать? Сорок с небольшим – это возраст, полный желаний. Нацепив маску вежливости, я для приличия пробубнил что-то еще и ретировался. Я знал, что хозяйка просто отнекивается, и на прощанье она еще раз предупредила меня:
– Неизвестно откуда взявшаяся девушка рано или поздно принесет тебе беду.
В ту ночь дядюшка Чэнь, разумеется, не вернулся. Конечно, это не мое дело, куда важнее была другая проблема: мне предстояло делить комнату с незнакомкой – что ни говори, а это крайне неловко. Да Ся кипятила воду. Телевизор что-то тихо бубнил, и я сделал погромче. Под звуки голосов в телевизоре я почесал затылок и сказал:
– Хозяйке сегодня неудобно, так что придется тебе переночевать здесь.
Да Ся кивнула в знак согласия словно уже знала, что так оно и будет. Вода на плите закипела, и девушка по-хозяйски пошла наполнить термос. Зная про женские хлопоты, я показал ей, где умывальник и тазик для ног, затем вышел и прикрыл за собой дверь. Снаружи делать было нечего, и я закурил. В свете зажигалки я увидел висевшую под карнизом одежду. Она настолько промерзла, что брюки будто колом стояли. Да Ся постирала все мои грязные вещи. Прежде никто, кроме мамы и старшей сестры, для меня этого не делал. Я был тронут: в такой холодный день Да Ся умудрилась выстирать столько вещей.
Когда я докурил, Да Ся открыла дверь и впустила меня. По ней было видно, что она боялась, как бы я не замерз. Она прямо передо мной торжественно сняла туфли с носками и стала мыть ноги. Я изо всех сил старался смотреть в телевизор, но все равно видел ее ноги – настолько белые, что они поражали воображение. Ее ноги заставили меня наконец остро ощутить, что передо мной женщина. Это было невыносимо. Я решил приготовить место для сна. Да Ся будет спать на кровати, а себе я раздвинул диван. Чего не хватало, так это постельного белья – у меня был только один комплект. Вместо матраса и одеяла я решил использовать все толстые и теплые вещи, которые вытащил из шкафа. Пришлось спать в верхней одежде и укрываться ватным стеганым пальто.
Похожие книги
Сборник произведений китайского писателя Сюй Цзэчэня включает две повести и рассказ. Главные героини – современные молодые женщины, у каждой своя жизнь, свои горести и радости. Автор называет их «тремя сестрами»: несмотря на то, что их пути никогда не пересекались на страницах книги, они все-таки связаны. Сюй Цзэчэнь дал своим героиням «говорящие» имена: Да Ся – в честь древнего государства, существовавшего на территории Китая, Цзюй Янь – в честь старинной крепости, а Цинчэн – в честь горной вершины. Странные на первый взгляд, эти имена отражают суть героинь, их характер, их душевные переживания.
О трагедии и огромных разрушениях, которые последовали после падения древней столицы ацтеков – прекрасного города Теночтитлана в 1521 году, написано большое количество текстов. Но все они были созданы для того, чтобы воспеть триумф завоевателей или приукрасить память о тех, кто выиграл эту войну. Хосе Леон Санчес создал литературную версию происшедшего от лица побежденного. Он хотел дать правдивую версию того, что на самом деле произошло во время осады столицы ацтеков. Герой его романа не имеет имени. О нём известно только то, что он с огромным мужеством выдержал все испытания, вызванные осадой города.
Hugh Mechta has hallucinations, and he is determined to find a cure for them. After visiting unhelpful doctors, he stumbles across Masha the Mystic and her advice to remedy his curious ailment. She determines that Hugh must connect with others. In the search to rid the theatre of his mind from projecting fanciful visions onto reality, Hugh meets an eccentric young girl whose hidden emotional agony mirrors the struggles of his own childhood. Unbeknownst to Hugh, this girl leads him down the path to understanding not only his hallucinations, but his past. Tasya is a story with hints of humor, traces of absurdity, and pinches of tragedy that all coalesce into the theme of letting go of the past and connecting with those in the here and now.
1899 г. Элизабет Дюкен вместе с женихом Ричардом отправляется в Нью-Йорк. Девушка пытается забыть о том, что сотворил с ней собственный дед, властный Гуго Ларош. Элизабет хочет вернуться к чете Вулвортов – своим приемным родителям и единственным людям, которые любили девушку, как родную дочь. Но во время путешествия через Атлантику страшный шторм забирает жизнь Ричарда. Вновь оставшись одна, убитая горем Элизабет ищет покоя и защиты. Сердце девушки рвется от терзаний. Ведь, пытаясь сбросить путы прошлого, она оборвала связь с Жюстеном, беззаветно дарившим ей свою любовь. Он нужен ей, как никогда прежде.
Карлис Озолс – сын крестьянина, экстерном окончил реальное училище в Санкт-Петербурге и Рижский политехникум, став инженером-механиком. Одновременно с этим работал на заводах в России. В 1915 г. был командирован Главным артиллерийским управлением в США. После объявления независимости Латвии в 1920 г. стал представителем правительства Латвии в США. Тогда же назначен председателем реэвакуационной комиссии в Москве. В 1923–1929 гг. занимает должности посла, чрезвычайного посланника и полномочного министра Латвии в СССР, заключает договора о ненападении и торговле. В октябре 1934 г. попал в опалу и был уволен со службы в МИДе.
Семейные фотографии хранят наши самые дорогие воспоминания. Но что делать, если снимки разбросаны между телефонами, компьютерами, облачными сервисами и внешними дисками. Эта книга поможет разобраться, где находятся ваши фотографии, как отличить синхронизацию от резервной копии и как создать понятную систему организации семейного фотоархива. Вы узнаете, как составить карту мест хранения, организовать фотографии по годам и событиям, подготовить безопасный план переноса файлов и научиться проверять отдельные копии на учебных примерах. Внутри — семь практических глав, рабочие листы, чек-листы и понятные объяснения без сложного технического языка.