Читать онлайн Сергей Патрушев - Девушка Вампира

Запах жжёного кофе и корицы висел в воздухе, словно липкий туман, пропитывая собой одежду, волосы и, кажется, даже мысли. Кофейня «Старое гнездо» жила своей обычной, удушливо-размеренной жизнью: шипела паром кофемашина, гудел холодильник с десертами, и монотонно, как заевшая пластинка, бубнил кто-то из посетителей о курсе доллара. Белла стояла за стойкой, механически натирая и без того блестящую поверхность, и пыталась убедить себя, что ей не скучно. Что это нормальная студенческая подработка. Что все так живут: учеба, смены, бесконечный недосып и мечты о чем-то большем, разбивающиеся о серую реальность, как дождевые капли о грязное стекло.

Она ненавидела это чувство. Чувство, будто жизнь проходит мимо, как скоростной поезд, на который у нее никогда не найдется ни билета, ни смелости запрыгнуть. Белле было двадцать, но внутри она ощущала себя глубокой старухой, уставшей от однообразия. Ее мир состоял из лекций по культурологии, которые она почти не посещала, этой вот кофейни, пропитанной запахом безнадеги, и съемной квартиры, где по вечерам гудели трубы, словно дом страдал хроническим бронхитом. И ни одного проблеска. Ни одного намека на то, что жизнь может быть яркой.

Она подошла к окну и посмотрела на улицу. Там царил вечер. Город тонул в синевато-серых сумерках, сыпал мелкий, противный дождь, и прохожие, прячась под капюшонами и зонтами, выглядели серыми призраками. Белла вздохнула, провожая взглядом очередного прохожего, и поежилась. Ей хотелось чего-то... иного. Опасного. Запретного. Чего-то, от чего кровь закипела бы в жилах, а не текла унылой рекой.

Именно в этот момент, когда она уже почти утонула в собственной меланхолии, дверь, звякнув колокольчиком, распахнулась, и в «Старое гнездо» вошел он.

Звук его шагов заставил ее обернуться. Не потому что они были громкими — наоборот, он ступал почти бесшумно, как хищник. Просто сам воздух в кофейне, казалось, сгустился и завибрировал, словно пространство вокруг вошедшего изменило свои физические свойства. Белла замерла с тряпкой в руке, забыв обо всем на свете.

Он был... невероятен. Это было первое и единственное слово, которое смог выдавить из себя ее затуманенный внезапным волнением разум. На вид лет двадцать пять, высокий, с идеальной осанкой, невольно притягивающей взгляд. Черты лица, будто вырезанные из мрамора гениальным скульптором: высокие скулы, волевой подбородок с едва заметной ямочкой, прямой аристократический нос. Идеальная кожа, но поразительно бледная, словно он никогда не видел солнца. Эта бледность резко контрастировала с его волосами — густыми, цвета воронова крыла, волнистыми и небрежно отброшенными назад.

Но сильнее всего поразили глаза. Глубоко посаженные, они казались бездонными колодцами, в которых плясали золотистые искорки. Их цвет невозможно было определить: то ли зеленый, то ли серый, то ли вовсе болотный. Взгляд был одновременно усталым и пронзительным, задумчивым и словно проникающим под кожу. Белла вдруг остро осознала, что стоит и пялится, не в силах отвести взгляд. Щеки ее начали предательски заливаться краской.

Он подошел к стойке, и только тогда она вынырнула из своего оцепенения.

— Добрый вечер, — его голос оказался под стать внешности: низкий, бархатный, с легкой, едва уловимой хрипотцой, от которой по спине Беллы пробежал табун мурашек. — Двойной эспрессо, пожалуйста. И... что-нибудь посоветуйте из еды.

— К-конечно, — заикаясь, пролепетала она, чувствуя себя полной дурой. — Советую... круассан с миндальным кремом. Свежий.

Она не знала, как ей удалось составить связное предложение, но он удовлетворенно кивнул, и уголки его идеально очерченных губ дрогнули в едва заметной улыбке.

— Звучит неплохо. И... простите за вопрос... как вас зовут?

— Белла, — выпалила она быстрее, чем успела подумать.

— Белла, — повторил он, и ее имя в его устах прозвучало как строчка стихотворения, как заклинание. — Прекрасное имя для прекрасной девушки.

Она смутилась окончательно и, чтобы скрыть неловкость, отвернулась к кофемашине. Руки дрожали, сердце колотилось где-то в горле. Кто он такой, черт возьми? Голливудский актер, сбежавший со съемок? Модель? Она слышала, как он отошел к окну, отодвинул стул и сел, уставившись на улицу.

Пока готовился кофе, Белла украдкой поглядывала на него. Он сидел неподвижно, словно статуя, и смотрел на дождь. В этой позе было что-то неестественное, какая-то нечеловеческая застылость. Он казался бесконечно чуждым этому уютному, пыльному мирку кофейни. Слишком... совершенным. Слишком отстраненным.

Внезапно, словно почувствовав ее взгляд, он резко повернул голову. Их глаза встретились. Белла вздрогнула, чувствуя, что не может пошевелиться. Его взгляд был цепким, изучающим, словно он читал ее самые потаенные мысли. В глубине его глаз снова вспыхнули золотистые искры, и в этот момент он показался ей опасным. По-настоящему опасным, как прикорнувший на солнце дикий зверь, который в любую секунду может показать клыки.

Она отнесла заказ, стараясь ступать уверенно, хотя ноги были ватными.

— Ваш кофе и круассан, — она поставила чашку на стол.

— Спасибо, — он улыбнулся, но улыбка вышла слегка натянутой, словно он забыл, как это делается. — Присядете на минутку? Если не заняты.

Белла растерянно оглянулась. В кофейне было пусто, не считая пожилой пары в углу, увлеченно поедающей чизкейк.

— Я... ну, вообще-то, у меня смена.

— Я видел, как вы натирали идеально чистую стойку, Белла, — он снова произнес ее имя, растягивая звуки. — Думаю, у вас найдется пара минут для приятной беседы.

Устоять было невозможно. Она села напротив, сцепив руки на коленях, чтобы унять дрожь. Он не притронулся ни к кофе, ни к еде. Вместо этого он изучал ее лицо, и от этого пристального внимания ей становилось не по себе.

— Алекс, — представился он. — Простите, что не сказал раньше.

— Очень приятно.

— Взаимно.

Они помолчали. Тишина была наполнена лишь шумом дождя за окном. Белла мучительно пыталась придумать, что сказать, но все мысли разбегались, как тараканы от яркого света.

— Вы не похожи на человека, который пьет кофе в таких местах, — брякнула она, и тут же мысленно себя обругала.

Алекс приподнял бровь.

— А на кого я похож?

— На... человека, который предпочитает дорогие рестораны, частные клубы. Или... — она замялась, — или на вампира из готического романа, который случайно забрел на огонек.

Она попыталась пошутить, но он вдруг напрягся. Его лицо стало еще бледнее, если это вообще было возможно, а глаза на мгновение потемнели, став почти черными. Воздух вокруг него, казалось, похолодел.

— Вампира? — переспросил он ровным голосом, но в нем послышался звон стали. — Почему вы так решили?

— Ох, простите, это была глупая шутка, — поспешно сказала Белла, испугавшись его реакции. — Просто вы очень бледный. И... вы сидите в самом темном углу, подальше от окна. Будто избегаете света.

Алекс расслабился, но только внешне. Откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

— У меня редкое генетическое заболевание кожи, — сказал он сухо. — Аллергия на ультрафиолет. Мне действительно приходится избегать солнца.

Белла почувствовала себя чудовищем. Ну конечно! Как она могла так бестактно пошутить? Человек болеет, а она со своими вампирами!

— Простите, ради бога, — залепетала она. — Я не знала. Я не хотела вас обидеть.

— Вы меня не обидели, — ответил он, и его взгляд смягчился. — Просто это... утомительно. Постоянно находиться в тени. Но я привык. К тому же, — он подался вперед, и его колено под столом случайно коснулось ее ноги, отчего Беллу будто ударило током, — ночная жизнь имеет свои преимущества.

— Какие же? — выдохнула она.

— Тишина. Прохлада. Ощущение, что весь мир принадлежит тебе одному, — он говорил тихо, почти шепотом, и от его голоса у Беллы закружилась голова. — И... можно встретить очень интересных людей. Например, вас.

Это был откровенный флирт. Белла не знала, куда деть глаза. Тепло от его случайного прикосновения разливалось по телу, как горячий шоколад. Разумом она понимала, что все это слишком быстро, слишком странно, слишком... идеально. Но все ее существо тянулось к нему, как цветок к солнцу, даже если этот цветок — ночная фиалка, жаждущая тьмы.

Они проговорили до конца ее смены. Алекс больше ничего не заказывал, так и не притронулся к своему кофе и круассану. Он задавал вопросы, много слушал, но о себе почти не рассказывал. Уклончиво упомянул, что занимается «искусством» и «кое-чем, связанным с антиквариатом». Белла ловила каждое его слово, очарованная не столько содержанием, сколько звучанием. Его голос был магией, его присутствие — наркотиком.

Когда она переоделась и вышла из подсобки, он ждал ее у выхода.

— Позволите проводить вас до дома? — спросил он, и это был скорее не вопрос, а утверждение.

— Разве вам не в другую сторону?

— Какая разница? Ночь — мое время. Я гуляю.

Она согласилась. Конечно, согласилась. Дождь прекратился, но воздух оставался сырым и холодным. Они шли по пустым тротуарам, и их шаги гулко отдавались в тишине. Алекс молчал, и это молчание было наполнено напряжением, электричеством, обещанием чего-то невероятного. Белла чувствовала себя героиней какого-то странного, тревожного сна.

Он довел ее почти до самого дома. На душе было легко и одновременно тревожно. Что это было? Обычная случайная встреча? Нет, этот вечер перевернул что-то внутри нее. Впервые за долгое время она чувствовала себя живой.

— Я бы хотел увидеть вас снова, — сказал он у подъезда, глядя ей в глаза. — Завтра вечером. Вы свободны?

— Да, — ответила она, даже не задумываясь.

— Тогда завтра, в восемь, у фонтана на площади. Обещаю, будет интересно.

Он взял ее руку и поднес к губам, не отрывая взгляда. Его губы были холодными, как лед, но прикосновение обожгло ее, словно пламя. От этого контраста у Беллы перехватило дыхание.

— Спокойной ночи, Белла.

И он ушел. Растворился в темноте так стремительно, что она даже не успела понять, в какую сторону он направился. Стояла у подъезда, прижимая руку к груди, пытаясь унять бешеное сердцебиение.

Следующий день тянулся невыносимо долго. Лекции, бесконечные и бессмысленные. Все краски мира поблекли по сравнению с красками вчерашнего вечера. Белла постоянно проверяла телефон, боясь, что Алекс не позвонит. Но он и не звонил. Он просто назначил встречу.

В восемь вечера она уже стояла у фонтана на центральной площади, кутаясь в легкую куртку. Погода была такая же промозглая, как и вчера. Она нервничала, переминаясь с ноги на ногу. А вдруг он не придет? Вдруг это была просто игра?

Но он пришел. Возник из ниоткуда, словно соткался из теней у старого здания библиотеки. Увидев его, Белла забыла обо всех своих сомнениях.

— Вы пришли, — улыбнулся он, вставая рядом. Его лицо в сумерках казалось еще более бледным и загадочным.

— Как видите.

— Я рад.

Он повел ее не в ресторан, а на прогулку по узким мощеным улочкам старого города. Места, где она бывала сотни раз, в его присутствии казались совершенно другими, наполненными мистикой и тайной. Алекс рассказывал истории об этих зданиях: о художниках, сошедших с ума в своих мансардах, о писателях, торговавших душой дьяволу, о любовниках, покончивших с собой из-за несчастной страсти.

— Откуда вы все это знаете? — спрашивала она, и он отвечал: