До конца августа - страница 4

— Семейными делами занимаешься? — спросила она без приветствия.

На другом конце помолчали.

— Смотря какими. Ты где?

— В бельевой.

— Прямо сейчас?

— Здесь дверь закрывается.

Яна не стала выяснять, почему для разговора нужна закрытая дверь. Велела прислать документы по обществу и старую договорённость с Ильёй. Веру раздражало слово «общество», когда речь шла о месте, где она семь лет выбирала матрасы, ловила мышей в кладовой и однажды принимала у гостьи роды до приезда скорой. Но именно ради этого она и позвонила.

— Ты для нас работаешь или для меня? — уточнила Вера.

— Если договоримся, для тебя. Мужу нужен свой человек. Продажу отеля и ваше расставание придётся рассматривать отдельно. Даже если вам очень хочется сложить всё в одну папку.

Вера сидела на коробке с новыми простынями и рассматривала голые лодыжки. На правой отпечаталась резинка носка. Она сняла его в пять утра, когда поняла, что в носках тоже не уснёт.

— Я не могу сейчас уехать, — сказала она.

— Это не обязательно.

— И продавать дешевле я не хочу.

— Это тоже не обязательно. Хотя может получиться.

Яна назначила встречу на понедельник, в городе. До этого посоветовала не подписывать ничего нового, что касается личных денег. Вера записала время на коробке ручкой, которую нашла в кармане фартука. Фартук был вчерашний, с пятном от арбуза.

Когда она вышла, в коридоре стояла Лариса.

— Ты там плакала?

— Звонила.

Лариса посмотрела на её лицо и решила не настаивать.

— У нас четыре простыни порвались по шву. Из новой партии. Я пока отложила.

— Сфотографируй маркировку. Не выбрасывай.

— Да знаю я. Ты поешь. Марина кашу оставила.

Вера пошла в кабинет. Денис сидел за её столом, хотя свой находился через стену. Перед ним лежало предварительное предложение покупателя. На первой странице кто-то поставил кружку, и кольцо от кофе пересекло слово «конфиденциальность».

Он встал, увидев её.

— Ты спала?

— У тебя документы по кредиту здесь?

— В папке. Синей.

— Мне нужна копия.

— Зачем?

Вера посмотрела на него.

— Для своего юриста.

Он не сразу сел. Потёр пальцами ожог, будто тот начал мешать.

— Ты уже решила?

— Мне нужны документы.

Денис отыскал папку в тумбе и положил перед ней. Вера полистала. Ежемесячный платёж проходил, задолженности не было. Вчера у неё мелькнула мысль, что он мог брать деньги из отеля. Ночью эта мысль разрослась до второй квартиры, тайной семьи, чужих детей. Сейчас на листах были обычные платежи, те самые, которые она видела неделю назад.

— Оля знает про твоё предложение подождать до продажи? — спросила Вера.

— Мы с ней разговаривали.

— Когда?

— Раньше. Вер, я не буду вам пересказывать друг друга. Это…

Он не закончил. Вера села напротив, на стул для посетителей.

— Тогда про нас. Я остаюсь до закрытия сделки. Не потому, что хочу жить втроём. Мне нужны мои деньги. И маме ещё нельзя одной.

— Я понял.

— Ничего ты пока не понял. Я не буду перед гостями выяснять отношения. Но я не стану врать, если спросят.

— Никто не спросит.

— Посмотрим.

Он потянулся к папке, Вера придержала её ладонью.

— Илья получит свою часть, мы свою. Всё, о чём договоримся между собой, отдельно. У каждого будет юрист.

— Я не собираюсь тебя обманывать.

Она даже не улыбнулась. Денис отвёл глаза.

— С деньгами, — сказал он тише.

В коридоре пищала тележка. Колесо цеплялось за стык плитки, раз за разом. Надо было давно поменять колесо. Вера запомнила это с такой ясностью, словно от нового колеса теперь зависело всё.