Фрида Кало - страница 6
Через три года после рождения Фриды произошла Мексиканская революция. Она началась с восстаний в разных частях страны, затем собрались две армии бунтовщиков, одна в Чиуауа (под руководством Паскуаля Ороско и Панчо Вильи), другая в Морелии (под водительством Эмилиано Сапаты). Борьба тянулась десять лет. В мае 1911 года пал старый диктатор Порфирио Диас. И в октябре 1912 года был избран президент – лидер революционеров Франсиско Мадеро, но в феврале 1913 года, после трагических «десяти дней», противоборствующие отряды столкнулись в Национальном дворце и в Сьюдаделе, это повлекло множество разрушений и смертей, а Мадеро был предан генералом Викториано Уэртой и убит. На севере, чтобы отомстить за убийство Мадеро, поднялся Венустиано Карранса. Он назвал себя первым предводителем Конституционной армии и с небольшими силами двинулся против Уэрты. Было пролито море крови, пока наконец не произошла инаугурация президента Альваро Обрегона, одного из генералов Каррансы. Это случилось в ноябре 1920 года.
В своем дневнике, который написан Фридой в последнее десятилетие ее жизни, а теперь он выставлен в ее музее, она с гордостью – и, можно предположить, с большими поэтическими вольностями – вспоминает, что была свидетельницей боев революционной армии в Мехико:
Я помню, что мне было четыре года (на самом деле она была старше), когда наступили трагические «десять дней». Я своими глазами видела сражение между крестьянами Сапаты и войсками Каррансы, потому что моя мама открыла окна, выходящие на улицу Альенде, впустила сапатистов, они, раненые, голодные, прыгали через окна моего дома в гостиную. Мама оказала им кое-какую помощь и дала толстые тортильи (лепешки), единственную пищу, которую можно было достать в Койоакане в те дни… Нас было четыре сестры: Матита, Адри, я (Фрида) и Кристи-круглолицая…
В 1914 году свист пуль был обыденным делом. Я все еще слышу их необычайный звук. На рынке Койоакана агитировали за Сапату с помощью corridos (революционных песен), которые издавал художник и типограф Хосе Гуадалупе Посада. По пятницам эти стихи-баллады стоили один сентаво, и, закрывшись в большом гардеробе, где пахло ореховым деревом, мы с Кристи пели их, в то время как мама и папа внушали нам, чтобы мы остерегались партизан. Я помню каррансиста, бегущего к своим укреплениям около реки Койоакан. Из окна я подсматривала за сапатистом, раненным в ногу.
Здесь Фрида рисует каррансиста и сапатиста.
Для родителей Фриды революция была не избавлением, а бедой. Заказы, которые Гильермо Кало получил от правительства Диаса, давали ему достаточно денег, для того чтобы построить удобный дом в фешенебельной части Койоакана. Падение этого правительства и последовавшие затем десять лет гражданской войны привели их в крайнюю бедность. Было очень трудно получать заказы на фотографии; как говорила Фрида, «жизнь в доме поддерживалась с великим трудом».
Если вам понравилась книга, поддержите автора, купив полную версию по ссылке ниже.
Продолжить чтениеПохожие книги
Эта книга – захватывающая история жизни всемирно знаменитой мексиканской художницы Фриды Кало, одной из самых ярких женщин XX века. В восемнадцать лет Фрида стала жертвой чудовищной аварии, превратившей всю ее последующую жизнь в бесконечное преодоление физических и душевных мук – и в бесконечное творчество. Поразительный талант Кало, ее упорство и уникальный взгляд на мир создали одну из самых выдающихся художниц столетия. Но ослепительные картины лишь часть ее богатой и драматичной жизни. В этой книге – откровенный рассказ о творчестве, о бурном браке Фриды с художником-монументалистом Диего Риверой, о ее многочисленных любовных романах, в том числе со Львом Троцким, о ее участии в коммунистической партии, об увлечении мексиканским фольклором и культурой…В 2002 году биография, написанная американской писательницей и историком искусства Хейден Эррерой, легла в основу сценария оскароносного фильма «Фрида».
Вы смотрите на картинку и в какой-то момент проваливаетесь в нее. Как Алиса в нору в Стране Чудес. Вот вы оказываетесь внутри и что вы видите. Куда пойдете, что будете делать. В новой книге Франсуаза Барб Галль научит вас смотреть на картины по-новому. В трех больших главах изучены основные варианты перемещения в пространстве картины: вперед или назад, затем в центр, влево или вправо, и, наконец, вверх или вниз. После каждой главы приведены комментарии, позволяющие быстро определить любого художника и его произведение в конкретном историческом контексте. Впервые вы сможете не просто научиться отличать шедевры и с легкостью объяснять их значение на языке искусствоведов, но и станете непосредственными героями полюбившихся сюжетов.
В ноябре 2003 года Анатолий Осмоловский написал Дмитрию Гутову письмо, в котором излагались соображения по поводу статей философа Михаила Лифшица, автора «Кризиса безобразия». Завязался философский спор, длившийся несколько месяцев, в азартную интернет-переписку оказались вовлечены и другие участники – художники, критики и теоретики искусства Константин Бохоров, Дмитрий Виленский, Богдан Мамонов, Владимир Сальников, Игорь Чубаров, Кети Чухров. В результате сложился почти что роман в письмах, который и опубликован в книге «Три спора», увидевшей свет весной 2012 года. Книга имеет три раздела – спор об абстракционизме и спор о религии и левом активизме.
