Антифриз вытек весь. Расширительный бачок сухой. По низу двигателя, по защите – зелёные потёки: по краям подсохшие, в середине ещё свежие.
Пару минут смотрел на это, ждал, пока остынет, потом полез рукой искать причину. Нашёл.
Нижний патрубок. Хомут на месте, шланг с виду цел – а сбоку надрез. Не порван, не протёрт. Надрезан. Наискось, миллиметра на три, аккуратно, будто по линейке.
Дождь со снегом лупил в спину. Из-под капота шипело. На языке вертелись сплошь только матерные слова.
В башке тут же возникла картинка, как молчаливый товарищ Шепилова выходит из ресторана. Вот сука!
Если кто и мог порезать шланг – только он. Другой вопрос – на хрена? Ну навернулась у меня тачка. Ок. Стою я как кретин посреди дороги. Вряд ли такой поворот событий повлияет на моё решение продать землю. Бред какой-то.
Внутри, в районе мозжечка, загудела смутная, тревожная мысль. А что если сделка настолько нужна Шепилову, что он готов меня грохнуть? Наследников нет. После смерти земля станет ничьей…
Достал телефон, посмотрел на экран. Три деления. Уже неплохо.
Позвонил в эвакуаторную. Бодрый женский голос сообщил: машина будет через час сорок – погода дерьмовая, и я нахожусь у чёрта на куличиках.
– Час сорок. Отлично, – повторил как попугай в трубку и скинул звонок.
Сел обратно в салон – стоять на ветру стало невозможно. Включил аварийку. Салон выстыл минут за десять, изо рта пошёл пар.
Сколько я так просидел, точно не скажу. Минут десять, может, больше. Самое поганое, что по этой чёртовой дороге вообще хрен кто ездит. За последний час только одна-единственная фура пронеслась. И то непонятно, как она тут оказалась.
Внезапно в зеркале мелькнул свет. Сзади, далеко, появилась машина.
Первая мысль была дурацкая и радостная, как у Робинзона Крузо на необитаемом острове, – люди, ура! Потом вторая, здравая. И что? Даже если водила тормознётся, чем он мне поможет? Поплюёт на патрубок и склеит его обратно слюной?
Фары приближались. Медленно, ровно. Машина сбросила ход загодя, ещё метров за полтораста. Подкатила тихо и встала позади моей.
Видимо, мне попался человек с совестью и понятиями, который решил притормозить, узнать, не нужна ли помощь.
Я выбрался наружу, замер возле двери, наблюдая за парнем, который уже шёл в мою сторону.
– Здоро́во, командир. Встал? – спросил он весёлым голосом.
Водила оказался относительно молодой. Лет тридцать, не больше. На вид вполне нормальный, свойский. Голос немного с хрипотцой, на лице – добрая, открытая улыбка.
И вот что интересно… выглядел незнакомец максимально располагающе, а у меня вдруг чуйка словно взбесилась. Начала орать как потерпевшая – опасность, Андрюша, опасность! И мне бы, дураку, её послушаться. Так-то в пятьдесят пять годиков надо доверять интуиции. Однако я снова затупил. Вместо того чтобы послать улыбчивого парня куда подальше, начал с ним разговаривать.
– Встал, – кивнул ему в ответ.
– Что стряслось? – Парень подошёл к капоту, по-хозяйски открыл его.
Хотя никто как бы не просил. Верно говорят: простота хуже воровства. Бесит такое беспардонное поведение.
– Антифриз вытек, – ответил коротко, стараясь скрыть раздражение.
– О-о. – «Помощник» вытащил телефон, посветил, поцокал языком. – Ну да, вон, всё зелёное. Патрубок, что ли?
– Ага.
– Бывает. – Он выпрямился, глянул на меня. Лицо усталое, спокойное. Доброе даже. – Слушай, у меня кореш тут рядом на «газели» бомбит. Хочешь, звякну? За полчаса подлетит, и выйдет дешевле, чем любые эвакуаторщики.
