Громче сердца. - страница 5



Инга Валерьевна сделала драматическую паузу, дожидаясь абсолютной тишины. Когда последний шепоток затих, она перешла на тон конферансье:— Гран-при фестиваля изменит жизнь победителя навсегда. Запись дебютного мини-альбома на профессиональной студии звукозаписи «Медиатон», ротация трех треков на областном радио «Частота» и съемка профессионального клипа с московским режиссером. Кроме того, победители получают прямой проход в финал национального тура, минуя бюрократические препоны онлайн-отбора. Это ваш шанс доказать, что Заречье — это не только трубы химзавода и бесконечные панельки. Это колыбель талантов.

Алиса почувствовала, как пальцы правой руки сами собой впились в пластиковый поручень. Ногти побелели. Запись альбома. Эти слова звучали как заклинание из другой вселенной. Где люди носят кожаные куртки, летают на самолетах и не боятся смотреть людям в глаза. Она покосилась вбок. Марк сидел через три ряда от неё, в самом центре прохода. Его поза была расслабленной, но взгляд прикован к лицу директора. Он слушал не ушами — он сканировал пространство, впитывая каждую возможность.

— Правила отбора просты, — продолжала Инга Валерьевна, водя лазерной указкой по списку условий, выведенному на огромный экран за её спиной. — Состав группы — от трех до шести человек. Проживание участников — строго город Заречье или прилегающие районы. Главное условие: исполняемый материал должен быть авторским. Никакого караоке. Никаких перепевок звезд. Только ваши стихи, ваша музыка, ваша душа. Город ждет ваших голосов.

Последние слова ударили Алису физически. Вашадуша. Директорша говорила казенными штампами, но они попадали точно в цель. Душа Алисы сейчас напоминала запертую комнату без окон, где годами копилась пыль. Рядом с Алисой тяжело вздохнула Светка Комарова, её соседка по парте. Светка была воплощением нормы: носила идеальные косички, знала всё о распродажах в торговом центре и мечтала поступить на экономиста, потому что «стабильно».

— Опять самодеятельность, — прошипела Светка, наклонившись к самому уху Алисы. — Морозова, ты представляешь, сколько времени это сожрет? Нам сочинения переписывать надо, пробники по математике горят синим пламенем. Моя мама говорит, что музыканты потом живут в переходах.

Алиса ничего не ответила. Она смотрела на сцену. Там, рядом с массивной фигурой директора, стоял высокий худощавый мужчина в идеально скроенном сером костюме. На его бейджике блестела надпись: «Артем Борисов, продюсерский центр "Горизонт"». Именно этот центр курировал «Новую волну улиц». Борисов выглядел так, словно случайно забрел в провинциальную школу из стеклянного небоскреба Москва-Сити. Пока Инга Валерьевна вещала о духовности и патриотизме, продюсер скучающе смотрел в свой золотой смартфон. Но когда директор закончила речь и уступила ему микрофон, он мгновенно преобразился. Исчезла скука, появилась хищная, профессиональная энергия.

— Добрый день, будущие рок-звезды, — голос Борисова оказался глубоким, бархатным, заполняющим каждый уголок огромного зала без всяких усилителей. — Инга Валерьевна немного сгладила углы, поэтому сделаю это я. Конкурс называется «Новая волна улиц», но улицы бывают разными. Мы ищем не тех, кто красиво открывает рот под минусовку. Мы ищем голод. Настоящую боль. Искренность, от которой мурашки размером с кулак. Он прошелся по краю сцены, сцепив руки за спиной. Луч солнца из окна поймал бриллиантовую запонку на его манжете.