Инструкции - страница 4



— Какую правду, мам?

— Мне надо найти отца.

— О чём он не знает?

Анна открыла контакт Максима. Вызов не пошёл: вместо фотографии появились её собственные условия.

Миша дёрнул сестру за рукав.

— Я не хочу тебя убивать.

— Ты и не будешь. Смотри на меня. Я сижу здесь. Ничего со мной не происходит.

Анна опустилась перед сыном и стала натягивать на его босую ногу носок. Искала, чем занять руки; Миша позволил, хотя пятка оказалась сверху.

* * *

Когда Максим открыл входную дверь, никто не вышел его встречать.

Он нашёл всех в детской. Плед на телевизоре, Вера рядом с Мишей, Анна у кровати на полу. На телефоне время сменилось с 21:57 на 21:58.

— Я вам звонил.

— Не доходило, — сказала Анна.

— Сообщения пришли?

Вера приподняла край пледа. Под ним был обычный чёрный экран.

Максим ещё не снял куртку. Взялся за молнию, промахнулся, попробовал снова.

— Что требуют от тебя? — спросила Анна.

Он проверил, не стоит ли Миша слишком близко к телевизору.

— Ты сначала скажи.

— Макс.

— Доставить Мишу на вокзал. К поезду. В 23:40.

Жена встала.

— Нет.

— Я ещё ничего не собираюсь делать.

— Тогда скажи ему. Не мне.

Максим сел возле сына. Хотел обнять, но Миша держал ракету на коленях, между ними.

— Я не отправлю тебя одного. И ни с кем чужим.

— А сам войдёшь?

— Тебе что написали?

Миша прочитал по памяти. На словах про Веру сбился. Сестра подхватила, а последнюю угрозу закончила сама.

Максим повернулся к Анне.

Она сказала:

— Мне велели оставить Мишу дома до 23:59. И не говорить тебе про второе условие.

— Какое?

Анна посмотрела на часы над дверью.

— Ты тоже должен быть в квартире в 23:59.

— Ты поэтому не звонила?

— Я звонила. Потом. Сначала — нет.

Вера сунула свой телефон отцу.

— Меня просят отключить восточный сектор. Семь минут, с 23:55. Я там работаю, пап. Это не «выключи лампочку».

— Ты не будешь.

— Спасибо за разрешение. Я и без него не собиралась.

Она забрала телефон. Миша прижал ракету к груди и положил ладонь на ухо, закрываясь от разговора.

Максим отвёл взгляд от дочери.

— Человек исчез. Пока я с ним говорил.

Он рассказал про Алексея. Старался ничего не пропустить: адрес, чашку, срок, пустую запись. Положил на кровать два листа — свой и Оксанин. На одном имени не было, на другом девушка записала лишь адрес, но почерки были разными.

Вера внимательно прочитала оба.

— Ты мог забыть, что не дописал имя.

— Я помню, как писал.

— Память может…

— Вера, мне сорок два, а не сто.

— Я не про возраст. Я про то, что мы все сейчас боимся и ничего не понимаем. Я тоже. Посмотри на меня.

Он посмотрел. Она теребила край распечатки, и бумага уже была мягкой от её пальцев.

Максим хотел уйти на кухню, налить воды, несколько минут не отвечать никому. Миша схватил край его куртки.

— Ты опять уйдёшь?

— Нет.

— Даже если позвонят?

Максим достал телефон и положил его на кровать.

Анна сходила за водой. Вернулась с синей чашкой, которой всегда пользовался Миша. На ней была белая птица — рекламный подарок из магазина посуды. Максим уже слышал про такую чашку сегодня, но не стал ничего говорить. Две синие чашки в городе ещё ничего не доказывали.

Он всё-таки посмотрел на рисунок. Одно крыло вверх, второе стёрто посудомоечной машиной.

Миша сполз с кровати и взял чашку. Прижал к губам, не сделал глотка.

— Что будет, если не поедем?

— Пока не знаем, — сказала Анна. — Но просто забрать тебя оно не может.

— Откуда ты знаешь? — спросил Максим.

Она резко повернулась.