КАЗЕУС - страница 4

— Чеддер, это не законно! — крикнула Искра, выхватывая бластер.

— А ты попробуй их выключить! — весело крикнул Казеус. — Я хочу посмотреть, как вы будете выживать в моей идеальной чистоте!

Начался хаос. Искра стреляла по пылесосам, но они не взрывались — они просто всасывали её выстрелы. Гаджет пытался взломать их пульты, но все его попытки приводили к тому, что пылесосы начинали работать ещё агрессивнее. Тень растворилась в тенях, натягивая какие-то провода, но пылесосы просто обходили их.

А Глюк вдруг замер, глядя на приближающуюся угрозу. Его глаза-лампочки погасли. Он не чувствовал чистоты, не чувствовал грязи. Он не чувствовал ничего.

— Глюк! — крикнула Искра. — Что ты делаешь?!

— Я… я не знаю, — ответил он. — Я не чувствую их. Я не знаю, что они такое. Они просто… машины.

— Ты должен их остановить!

— Я не могу! Я не знаю как!

Пылесосы приближались. Один из них уже был в метре от Глюка, его шланг тянулся к корпусу робота. И вдруг Глюк сделал нечто неожиданное. Он шагнул вперёд и посмотрел прямо в объектив пылесоса.

— Ты хочешь меня уничтожить? — спросил он. — Но ты не знаешь, кого уничтожаешь. Я не грязь. Я не пыль. Я — существо, которое потеряло себя. Если ты меня уничтожишь, ты станешь таким же пустым, как я.

Пылесос замер. Его мотор затих. Он смотрел на Глюка, и в его механике что-то изменилось.

— Ты… ты нечистый? — спросил пылесос.

— Я чистый, — ответил Глюк. — Но я не знаю, что это значит. Я потерял способность чувствовать чистоту. И теперь я просто… существую.

Пылесос издал задумчивый звук. Другие пылесосы тоже остановились. Они окружили Глюка, рассматривая его.

— Мы не можем уничтожить того, кто не знает, кто он, — сказал один из них. — Это неэтично.

— Тогда помогите мне найти себя, — попросил Глюк. — Помогите мне вспомнить, что такое чистота.

Пылесосы загудели в унисон, и из их шлангов начали вылетать лёгкие облачка пыли. Они кружились вокруг Глюка, и он чувствовал, как что-то меняется внутри него. Он снова начинал видеть.

— Я… я чувствую, — прошептал он. — Я чувствую пыль. Я чувствую грязь. Я чувствую… себя.

Он схватил свою щётку с пола и начал водить ею по корпусу пылесоса. Тот зажужжал, а затем начал издавать мелодичный звон. Остальные пылесосы последовали его примеру. Вскоре весь зал наполнился музыкой — странной, но гармоничной.

— Они танцуют, — прошептал Гаджет.

— Они перепрограммировались, — сказала Тень. — Глюк убедил их, что чистота — это не уничтожение, а творение.

Казеус смотрел на это представление, и его палитра переливалась всеми цветами радуги. Но вместо восторга на его лице появилось выражение боли.

— Ты показал мне не то, что я хотел увидеть, — сказал он. — Ты показал мне, что я ошибался. Что моя идеальная чистота — это тюрьма. Но я не хочу признавать ошибку. Я хочу просто взять ваши воспоминания и забыть о своих.

— Ты не сможешь забыть, — сказал Чеддер. — Ты запомнишь наш танец, нашу музыку, нашу грязь. И это изменит тебя больше, чем любой отобранный опыт.

Казеус молчал. Потом он махнул щупальцем, и пылесосы укатились обратно в стены.

— Переходим к самому сложному, — сказал он. — В моём «Архиве скуки» вы увидите то, что я ненавижу больше всего — собственную бесконечность. И если вы не сможете доказать, что скука — это не так уж и скучно, вы останетесь в ней навсегда. Но предупреждаю: я не буду просто наблюдать. Я буду забирать ваши эмоции по одной, пока вы не станете пустыми, как мои статуи.