Контур 413 - страница 7
— Ян!
Из прохода показалось существо.
— Беги, — сказал Ян.
— А вы?
— Я старше. Мне можно принимать плохие решения.
— Да пошли вы.
Кел остался.
— Это одновременно глупо и трогательно.
Существо вошло во двор. Теперь Ян видел его близко. Оно действительно было красивым. Не человеческой красотой. Геометрией. Линиями. Балансом формы. И от этого становилось хуже. На коже не было швов, пластин или очевидных механизмов. Оно дышало.
— Привет, — сказал Ян.
Кел медленно повернул голову.
— Он идёт к нам. Здесь второй выход вообще есть?
— А что предлагаешь?
Существо сделало шаг. Кел поднял аварийный инструмент.
— Отлично, — тихо сказал Ян. — Теперь оно точно поймет, что у нас есть план.
Еще шаг. Существо оказалось в трех метрах. Потом в двух. Ян впервые заметил, что темные глаза не совсем черные. В глубине двигались маленькие золотистые точки. Оно смотрело не в лицо.
В глаза. Ян почувствовал странное давление в висках. Будто пытался вспомнить знакомое слово, исчезнувшее за секунду до того, как язык успел его произнести. Существо подняло руку. Кел рванулся вперед.
— Нет!
Поздно. Одно движение. Кел полетел через двор и ударился о стену. Ян бросился к нему. Жив. Без сознания. Он повернулся. Существо стояло рядом.
Ян медленно поднялся.
— Ну?
Глупая реплика. Других не нашлось. Существо вытянуло руку. Пальцы остановились в нескольких сантиметрах от его лица.
Ян понимал, что не успеет ни увернуться, ни придумать решение. Впервые за долгое время решения не было. Существо осторожно коснулось кожи возле его глаза. Золотые точки в его собственных глазах ускорились; оно издало короткий звук и убрало руку. Яну показалось, что оно удивилось.
Где-то внутри его грудной клетки коротко вспыхнул тонкий индикатор. Ян не успел прочитать символы, но один знак запомнил: круг, перечёркнутый вертикальной линией, и рядом чужой код. Отступило.
— Мы знакомы? — спросил Ян.
Оно повернуло голову. На стене за Яном ничего не было. Старый бетон. Но существо подошло к определенной точке. Коснулось поверхности. Три коротких движения пальцами. Пауза. Одно длинное. У Яна похолодело внутри.
41-3. Существо снова посмотрело на него. А потом побежало прямо к стене. Ян успел подумать, что сейчас оно врежется. Не врезалось. На мгновение зрение будто потеряло фокус. Существо исчезло. Не вспышка. Не портал. Не растворение. Одну секунду оно было там. Следующую — пустой двор.
Ян подошел к стене и провел рукой. Бетон. За спиной застонал Кел.
— Не двигайся.
— Оно... куда?
Ян снова посмотрел на стену.
— Вот это очень хороший вопрос.
Над городом звучала тревога.
И впервые Ян понял, что ему страшно. Не потому, что существо могло его убить. Потому что оно не стало.
Глава 4. Ошибка системы
За две минуты до выезда винтовка Сайры начала обновление. Она положила её на стол, вынула резервный пистолет и проверила заряд.
— Еще раз, — сказала она.
Визор мигнул.
УСТАНОВКА ПАКЕТА БЕЗОПАСНОСТИ: 82%.
— Резервный канал, — сказала Сайра.
— Это повредит оборудование.
Она отключила речевой модуль. Индикатор продолжил ползти. На стене появился кадр с площади. Светлое существо. Сайра смотрела несколько секунд.
— Оно?
— Один из объектов.
— Один?
Следующий кадр. Более крупное существо. Потом третье.
— Семь подтвержденных.
— Жертвы?
— Двенадцать тяжелых. Трое погибших.
— Они нападают на людей?
— Иногда.
— Иногда?
— Поведение несогласованное.
Сайра приблизила запись. Существо стояло возле Яна. Она узнала его сразу.
Похожие книги
Ян привык чинить то, что сломалось. Но когда в городе появляются неизвестные носители и один из них узнаёт его, привычные объяснения перестают работать. След ведёт к старой аварии, исчезнувшим записям и системе, которая хранит человеческую память. Вместе с журналисткой, бывшей военной и теми, кого принято считать копиями, Ян пытается выяснить, почему его прошлое понадобилось чужой службе. За каждой найденной записью — человек, чью судьбу кто-то решил за него. Чтобы открыть путь наружу, придётся вмешаться в устройство целого мира. Но от той же системы зависят люди, которым нельзя просто отключить питание.
Он был тенью рода Грозовых. Бастард, пёс на цепи, живое оружие без имени и отчества. Двадцать семь лет верности, крови и предательств - и в награду плаха и кривой меч палача. В последний миг, когда сталь уже коснулась шеи, Ратибор, прозванный Вороном, услышал карканье вещей птицы. И умер с одной мыслью: «Если бы мне дали второй шанс, я бы сжёг этот род дотла». Он открыл глаза в собственном младенческом теле. 27 лет назад. В день своего рождения. С памятью о каждом ударе, каждом унижении и каждом предательстве. С холодной яростью взрослого воина, запертой в беспомощной плоти новорождённого. Теперь он знает всё наперёд.