Лёд помнит всё - страница 2
— Ла́диа... на́наш сква́... дитя моё... Ты прохладный. Глазки открыл. На́наш гури — сердце мамы, боже мой, живой... На́наш на́кцеци — частичка мамы...
Моя «проектная сталь», выкованная Голосом в десятках печей, дала глубокую трещину.
Вся моя ярость против кузнеца наткнулась на эту волну чистой, безусловной, иррациональной материнской любви.
Голос говорил мне в темноте:
«Может, он хочет, чтобы ты научился чему-то новому... Настоящей близости. Не за достижения... А просто так».
И эта близость сейчас держала меня за плечи.
Я медленно разжал кулак.
— Ори коли ре, нана, — хрипло ответил я по-мингрельски. — Всё хорошо, мама...
Её мингрельские слова сами вытащили из глубин детской памяти родной язык.
Медея отстранилась и вдруг замерла, удивлённо вглядываясь в моё лицо.
Голос был детским, но интонация...
В ней не было детской слабости.
Я смотрел на неё прямо, тяжело и осознанно.
Так смотрят мужчины их рода.
Она провела ладонью по моим волосам, и я почувствовал, как что-то внутри сжалось.
Не от боли.
От чего-то другого.
От того, чему я пока не мог подобрать название.
— Ты так долго был в бреду, Ладиа, — тихо произнесла она. — Три дня. Врачи не знали, что делать. Я молилась... я молилась всем святым...
Я хотел сказать ей, что помню себя стариком.
Что помню, как строил империю.
Что помню, как хоронил жену и друга на Марсе.
Но не мог.
Не сейчас.
— Просто голова кружится, нана, — соврал я.
Она улыбнулась, но в уголке её рта всё ещё дрожала тревога.
— Отлежишься, — произнесла она. — А потом — обратно на каток. Геловани и Чиковани не сдаются, Ладиа. Ты же хочешь стать чемпионом. Прославить наш род.
Каток.
Я вздрогнул.
В памяти всплыл лёд.
Запах холода и резины.
Звук коньков.
Тренерский свисток.
Падение.
Боль.
Я уже катался.
Я помнил: в семье шутили, что некоторые рождаются в рубашке, а я родился в коньках. Мать поставила меня на лёд раньше, чем научила читать.
Но я не помнил деталей.
Не помнил своих программ.
Не помнил, на каких соревнованиях выступал.
Словно кто-то стёр из головы конкретные движения, оставив только ощущение льда под полозом.
— Да, нана, — произнёс я. — Хочу стать чемпионом.
Она улыбнулась, и в её измученных глазах на мгновение вспыхнула та самая сванская гордость, которую я помнил.
— Вот и хорошо. Поправляйся, Ладиа. А потом — на лёд.
В этот момент дверь распахнулась шире, и в палату стремительно вошёл лечащий врач, а следом за ним — старый заслуженный тбилисский профессор в круглых роговых очках, один из самых уважаемых медиков республики. За ними робко семенила медсестра с картой.
Ещё три часа назад Владимир Чиковани угасал от тяжелейшей двусторонней крупозной пневмонии с менингеальными симптомами.
В одна тысяча девятьсот шестьдесят пятом году после такого выживали далеко не все. А выжившие нередко расплачивались здоровьем на всю оставшуюся жизнь.
В моей «первой» жизни эта болезнь уничтожила здоровье настолько, что большой спорт постепенно стал для меня недостижимым. А потом пришла травма, окончательно запершая меня у бортика.
Профессор молча приблизился, достал фонендоскоп и приложил его к моей груди.
Послушал.
Переставил.
Снова послушал.
Осмотрел зрачки. Проверил коленные рефлексы.
С каждым движением его лицо, покрытое благородными морщинами, становилось всё более растерянным.
Он снял очки, протёр их платком, снова надел и посмотрел на снимок лёгких, который держала медсестра.
Потом на меня.
Похожие книги
Бывший командир спецназа Владимир Князь во время одиночного рейда в прифронтовой зоне натыкается на пространственную аномалию. Вместо вражеского дрона он находит портал в X век и спасает детей древлян от набега печенегов. Вернувшись в Киев XXI века, он выясняет: артефакт, открывший портал легендарный Посох Рода не просто показал ему прошлое. Он полностью исцелил изношенное ранами тело, вернув ему двадцатипятилетнюю мощь. Но одного Князя мало. Чтобы спасти смертельно больную дочь боевого товарища Механика, он собирает старый отряд. Ветераны задействуют миллионные ресурсы золотого вагона, выкупают заброшенный советский пионерлагерь и маскируют шлюз под закрытую клинику нетрадиционной медицины.
1986 год. Чернобыль. Советский Союз ещё кажется вечным. Эраст Мартвили уже знает, что это не так. Потому что однажды он прожил эту жизнь до конца. Теперь ему снова двадцать три. Его товарищи, которых он когда-то потерял, снова живы. У него снова есть семья, молодость и страна, у которой впереди перестройка, распад, войны и девяностые. Но за второй шанс приходится платить. Спасая экипаж, Эраст теряет небо. Медицинская комиссия навсегда закрывает ему дорогу в кабину. Он не собирается спасать Советский Союз. Не собирается становиться политиком. И уж точно не собирается строить промышленную империю. Эраст хочет одного — на этот раз прожить свою жизнь правильно.
Вы думаете, герой остановится только на Олимпиаде-56 в Кортине-д'Ампеццо. Вы думаете, его холодный тренерский мозг ограничится спортом. Вы ошибаетесь. Лёд растаял. Но игра только начинается. Теперь ставки выше. Противники опаснее. А поле битвы — не каток, а весь мир. Что задумал читинский гений на этот раз. Какие козыри он вытащит из рукава. И готов ли Запад к тому, что Советский Союз снова сыграет на опережение. Шахматы. Только теперь фигурами двигают не на доске, а в реальности. Третья книга этого цикла. Думал на ней и остановлюсь, но понял, что не всё так пошло как хотел в начале. Поэтому появилась заключительная четвертая.
После тысячи лет абсолютного спокойствия в мировых стихиях, где проживали люди, стали появляться проходы в территории, которые были реальными отголосками ужасных последствий катастроф. Кто и почему туда попадал, и главное – зачем – выяснить это становится важной задачей всех жителей, всех миров, на небе, в морях, океанах и на земле. Является ли это предвестником ужасных событий в будущем или же это просто кладбища последствий катастроф и войн. И сколько людей могут попасть на эти кладбища, и может ли быть такое, что попав туда однажды, они могут не найти путь обратно. Спокойствие было нарушено – это единственное, что пока было известно… Публикуется в авторской редакции с сохранением авторских орфографии и пунктуации.
Посмотрите вверх, дорогие читатели. Посмотрите на тёмное небо, усыпанное яркими звёздами. Каждая звезда – это строчка в книге мироздания, это наши мечты и наша фантазия. И книга, которую вы взяли в руки именно об этом. «Повести световых лет» это свиток ночного неба записанный звёздным светом из лунной чернильницы пером человеческого воображения. Здесь есть всё. И жёсткая НФ, и сказочная фантастика, и планетарные истории, которые, казалось бы, могли случиться и на Земле. Вы найдёте здесь антиутопию и утопию, увидите миры, в которых перемещение между звёздами стало такой же обыденностью, как для современного человека перелёт из Санкт Петербурга в Москву.