Обезболивающее - страница 2

— Ого… Да, я вроде слышал об этом. Кстати, а где твоя бабушка? — сделав небольшой глоток, спросил Гилз.

— Эх… Она давно умерла…

Гостен подавился.

— Но ведь… Вчера вечером… Разве…

— Эй! — опять перебила она, и ее улыбка стала немного шире, чем нужно.

— Прости, я не хотел тебя обидеть. Дело в том, что вчера дверь мне открыла старушка… Ее кажется… Точно! Она сказала, ее зовут Синзи!

— Это меня зовут Синзи! И это я вчера пригласила тебя! — Щеки девушки надулись. Она скрестила руки на груди, потом встала, крутанулась и, уперев руки в бока, продолжила: — Не называй меня старушкой, мне это очень не нравится!

На мгновение в ее глазах промелькнуло что-то маленькое, но чудовищно страшное. Словно крошечный черный бес пробежал по нижнему веку и растворился в черноте зрачка.

— Прости, прости! Я и не думал. Ночная дорога меня вымотала, я ничего толком не соображал… Да и темно было, вот и показалась! — торопливо извинялся Гилз, выставив ладони вперед. Но про себя он четко понимал: он видел страшную старуху. Образ редких седых волос и ссохшейся морщинистой кожи он не забудет никогда.

— Учти… — она сделала паузу и провела ладонью по своему идеально гладкому лицу. — В нашем городке многое лишь кажется. Но оно происходит на самом деле, — строго сказала Синзи.

Всего несколько секунд спустя она подхватила его за локоть и с сияющим лицом предложила:

— А давай я тебе город покажу!

Гилз только и смог что кивнуть.

Они неспешно шли вдоль домов совершенно разной архитектурной формы и эпохи. Одни напоминали старинные европейские часовни, другие были похожи на ржавые ангары. Улица напоминала сон с безумной, причудливой хаотичностью. Но все дома объединял цвет: темно-коричневое дерево, перемешанное с сажей и копотью. Некоторые строения и правда выглядели обгоревшими, но в них продолжала кипеть жизнь.

Краем глаза Гилзу показалось, что с одной крыши на другую прыгнул огромный, страшный, черный зверь с вытянутыми конечностями и оленьими рогами. Зверь спрятался за трубой дымохода. Гилз моргнул, но зверя не было. Он посмотрел на Синзи. Она все говорила и говорила, но Гилз не понимал ни слова. Только некоторые обрывки фраз долетали до него: …ритуалы… клятвы на крови… Гилз утопал в ее сладком голосе, его сознание словно плыло в странном тумане.

Проходя мимо фонтана со статуей человека с головой козла, они свернули к бару «Мертвые мысли».

Странный запах ударил в ноздри. Он был одновременно мерзким, гниющим, тошнотворным, но и сладким, пряным, обволакивающим душу.

Они сели за столик.

— Давай сегодня выпьем? — спросила Синзи.

— Вообще, я хотел завтра уехать отсюда, — неожиданно для себя, Гилз вдруг осознал, что плохо помнит, как он оказался в этом месте. Он словно вышел из состояния транса.

— Ой! Боюсь, у тебя это не получится сделать... Впрочем, немного выпить тебе не помешает, — улыбнувшись, сказала она.

Принесли напитки. Это был целый сет под названием «Чертова дюжина».

— Советую вот это, — подвигая ближе к Гилзу прозрачную рюмку с темной густой жидкостью, сказала Синзи.

Гилз пожал плечами и залпом выпил. Вкус был похож на сочетание горьких трав и земли. Проглотить это нечто было тяжело, будто комок грязи медленно стекал по пищеводу.

— Ну как? — спросила Синзи с нетерпением.

— Не очень, — мотая головой, ответил Гилз, слегка съежившись.

— Как тебе глаз?

— Эм... Какой глаз?

— Тогда понятно. Ну ладно.

Гилзу все больше казалось, будто он сходит с ума. Или это город для сумасшедших? Он задрал голову, чтобы размять затекшую шею, и окаменел.