Он - море - страница 2

Я моргнула. Ещё раз. Нихрена не изменилось.

— Бред какой-то, — сказала я вслух. Голос прозвучал сипло и неуверенно, как у человека, который только что вылез из могилы.

Я оглядела себя. Джинсы, худи, кроссовки — всё мокрое, в грязи и каких-то зелёных разводах, похожих на сопли. На худи красовалась дыра на локте, и мои рыжие волосы, обычно яркие, как осенний лист, теперь превратились в грязные, спутанные сосульки, прилипшие к лицу и шее. Карманы были пусты. Ни телефона, ни ключей, ни кошелька. Вообще нихрена. Только полупустая пачка жвачки в заднем кармане.

— Класс — выдавила я, чувствуя, как где-то внутри нарастает истерика. —Просто охуенно.

В голове звенела пустота. Я пыталась вспомнить, что было до этого, но в памяти зияла дыра. Кафе. Да, мы сидели в кафе с девчонками, книжный клуб, споры... этот дурацкий роман про попаданку, где героиня потеряла сознание и сразу побежала целоваться с тёмным эльфом. Я распиналась, доказывая, что так не бывает, слишком много сюжетных дыр, героиня глупенькая… А потом Лидия — эта странная тётка — сунула мне кружку с какой-то мерзкой травяной жижей, «На, выпей». Я выпила, потому что неудобно было отказывать. И всё. Потом пустота.

— Ну, сука, — прошептала я, хватаясь за голову. — Если она мне что-то подмешала, я её... я даже не знаю, что я с ней сделаю. Напишу заявление в полцию, блин.

Дедушка учил меня ходить по лесу. Не по парку — по настоящему, где нет тропинок, где деревья стоят стеной, где можно заблудиться и не выйти. Ему было семьдесят два, но он ходил быстрее меня. Я за ним едва успевала, спотыкалась о корни, хваталась за ветки.

«Смотри под ноги, — говорил он. — Не на верхушки. Под ноги.»

Он останавливался, закрывал глаза и стоял так минуту. Я думала — шутит. Потом поняла: не шутит. Слушал. Ручей. Ветер. Птиц. «Если заблудилась — иди по ручью. Ручей приведёт к реке, река — к людям».

Я огляделась. Лес вокруг был чужой — деревья толщиной с башню, мох, который светился, тишина, в которой не было ни ручья, ни ветра. Только моё дыхание.

— Тут нет ручья, — сказала я вслух.

Никто не ответил. Дедушки не было уже несколько лет.

Я с трудом поднялась на ноги. Колени дрожали, ноги были ватными. Я оперлась о ближайшее дерево и отдёрнула руку — кора была тёплой и пульсировала под пальцами, как живая. Я сглотнула, чувствуя, как внутри закипает паника.

— Спокойно, Мари, спокойно, — забормотала я, закрывая глаза. — Ты просто спишь. У тебя был тяжёлый день в офисе, ты перегрелась, или это был странный чай с галлюциногенными грибами. Ты откроешь глаза и будешь дома. Геральт будет сидеть на твоей груди и мурлыкать от почесушек. Макс будет в гостиной на диване играть в чёртов футбол на приставке. Всё будет хорошо, всё будет как обычно.

Я открыла глаза.

Лес никуда не делся.

И тут земля под ногами дрогнула.

Я вжалась в дерево, судорожно вцепившись в кору, и вытаращилась на тропу, которая вилась между деревьями в двадцати метрах от меня. Земля ходила ходуном. Кто-то большой, очень большой нёсся прямо в мою сторону, сметая кусты и взрывая копытами (или лапами) землю.

Из-за поворота вылетела она. Я не сразу сообразила, что это, а когда сообразила- у меня остановилось сердце.

Ящерица. Огромная, блядь, ящерица размером с мою машину. Вся в тёмно-зелёной, переливающейся золотом чешуе, с когтистыми лапами, которые оставляли в земле ямы, и длинным хвостом, волочащимся сзади. На её спине сидел мужчина в зелёном плаще, с острыми ушами, длинными светлыми волосами и луком за плечом. Фейри?! Настоящий, мать его, фейри, каких рисуют в дешёвых фэнтези-сериалах.