Он - море - страница 3

Он пронёсся мимо меня, даже не взглянув в мою сторону. Я стояла с открытым ртом, чувствуя, как ветер от его проношения ударил мне в лицо. Ящерица исчезла за поворотом через пару секунд, топот начал затихать.

Я медленно выдохнула, чувствуя, что у меня подгибаются ноги.

— Так, — сказала я сдавленным шёпотом, опускаясь на колени. — Это была ездовая ящерица. Я только что видела ездовую ящерицу с эльфом верхом. — Я засмеялась. Смех получился нервным, истеричным и почти визгливым. — Я либо свихнулась, либо меня затянуло в один из этих дурацких любовных фентази-романов, которые я весь вечер поливала дерьмом.

Я села прямо на землю, обхватив себя руками, и уткнулась лбом в колени. Трясло меня так, что зубы стучали.

— Я хочу домой, — прошептала я в пустоту. — Я хочу к коту. Геральт без меня сдохнет с голоду, придурок мой пушистый. Он меня ждёт. А Макс, скорее всего, даже не заметил, что я пропала, потому что он всегда в своём телефоне или приставке. Я хочу домой, блин!

Я сидела так несколько секунд, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Лес вокруг был тихим. Слишком тихим. Даже та странная птица умолкла. В абсолютной тишине я услышала, как кто-то кашлянул. Где-то совсем рядом. Сверху.

Я медленно подняла голову.

На корявом суку, прямо над моей головой, сидел... хрен знает кто. Маленький, коренастый, с огромной седой бородой, в которой торчала какая-то крошка, похожая на кусок хлеба. На голове — войлочная шапка, засаленная до блеска. Одет в малюсенький поношенный комзол, уже больше напоминающий лохмотья. Глаза — хитрые, прищуренные, смотрели на меня с неподдельным любопытством, как на таракана, который неожиданно заговорил.

Он жевал соломинку и не торопился ничего говорить.

Я застыла. Мы просто смотрели друг на друга. Он — сверху, я — снизу, сидя в грязи с открытым ртом.

— Ты кто? — выдавила я наконец.

Он сплюнул соломинку, почесал бороду, выковырял из неё крошку, сунул в рот, прожевал и только потом ответил:

— Брауни я. А ты, человеческая женщина, откуда здесь?

Голос у него был низкий, хрипловатый и звучал так, будто он не привык разговаривать с людьми — а если и привык, то не очень-то это любил.

Я моргнула, пытаясь переварить слово «человеческая». Брауни. Я знала, кто такие брауни. Читала. Маленькие человечки с ушами как у эльфов, вроде домовых, ворчливые, любят порядок и ненавидят, когда их беспокоят. Но обычно они не разговаривают с людьми. И уж точно не сидят на ветках и не выглядывают из леса.

— Я... не знаю, — честно призналась я. — Я очнулась здесь. Прямо в грязи лицом.

Брауни прищурился. Его взгляд скользнул по моей одежде — по мокрым джинсам, порванному худи, кроссовкам, заляпанным грязью. Он нахмурился, будто разглядывал что-то непонятное.

— Странно одета, — сказал он. — И пахнешь странно. Как ты тут оказалась?

— Я из... — я запнулась. — Из другого места. Далеко отсюда.

Брауни помолчал. Слез с ветки — легко и бесшумно, хотя казался неуклюжим. Подошёл ко мне вплотную, обошёл по кругу, принюхиваясь как собака, и остановился напротив.

— Другого места, — повторил он с сомнением. — Значит, не просто заблудилась. Интересно. Очень интересно.

Он посмотрел на меня с прищуром и вдруг улыбнулся — но улыбка получилась какой-то кривой, недоброй, хотя он и пытался казаться дружелюбным. Я даже не сразу поняла, что меня насторожило. Просто что-то было не так в этой улыбке. Слишком быстрая, слишком хитрая.