Побратимы - страница 6

– Ты, главное, не вздумай болеть, а то тогда уж точно пропадём!

Негромко разговаривая со своим подопечным, Гора сноровисто постирал холст и, хорошенько выжав, повесил сушиться на кусты.

– У нас с тобой временная остановка, так что сейчас сварим похлёбку да маленько передохнём. А за собак особо переживать не стоит, потеряли они нас, не то не сидеть бы нам с тобой и не разговаривать. Как ты думаешь?

Он наклонился к ребёнку, проверяя, удобно ли тому. Малыш втянул носиком воздух и сморщился брезгливо.

– Ты посмотри на него, сам недавно ещё не так благоухал, а теперь, видишь ли, не по нраву!

Гора понюхал своё плечо и вновь направился к ручью, постирался и обмылся. Запасная рубаха была одна, так что пришлось в сырых портках да с голым торсом приняться за стряпню. Перед этим бляху поднял, глянул и саркастически улыбнулся. На шею надел, благо, шнурок кожаный впору пришёлся. Золотой диск тяжеловесно покачивался на груди в такт движениям.

Малыш внимательно следил за действиями своего спасителя, смотрел, как тот быстро собрал сушняк, и как вскоре весёлые язычки пламени принялись облизывать закопчённое донце котелка. Когда же похлёбка доспела, и парень с котелком и ложкой подсел к нему, он довольно заурчал и, выпростав ручку, потянулся к еде.

– Да ты хват, как я погляжу, – сказал, улыбнувшись, Гора и принялся кормить малыша.

Дней через шесть уставший путник вышел на хорошо набитую охотничью тропу. Впрочем, вышел – слишком слабо сказано, он буквально проломился через густой подлесок. Постоял в раздумье, махнул рукой и, наугад взяв направление, зашагал вперёд. На ходу перекинул на другое плечо арбалет и поправил свёрток, что висел на шее.

– Ну вот, парень, тропа не иначе как человеческая и, если мы правильно идём, выведет она нас на торную дорогу, а там, глядишь, какие-никакие людишки промышляют. А значит, с местом определимся и про Реку вызнаем. Своих найдём, да и домой пора, что-то я соскучился по двору да по его императорскому величеству.

Поселение было небольшое; по всем приметам, люди обосновались здесь совсем недавно, даже отстроиться как следует не успели. Домов путных, почитай, и не было. Приземистые не то хижины, не то землянки. Кривоватая улочка упёрлась в неказистое, похожее на большой амбар здание. Не иначе, как дом собраний. Местных особо видно не было, а это и хорошо. Неизвестно, как примут незнакомца, появившегося неведомо откуда. Могут и в ножи взять.

Как ни безлюдно было вокруг, а бдительный глаз, поди, дозрел непрошеного гостя, и весть эта сорокой-стрекотуньей облетела поселение.

Поднявшись на крыльцо, юноша толкнул плечом добротную дверь. Шагнул за порог, на мгновенье остановился для того, чтобы окинуть беглым взглядом неброскую обстановку приёмной залы. Пересохшие половицы скрипуче запричитали под ногами. Вроде и ступал легко, а, ишь, как голосят. Плач этот, похоже, и разбудил немолодого мужчину, который дремал, сидя за столом.

– Кто тут? Ты это, зачем сюда? Ты это брось, – невнятно лепеча спросонья и подслеповато щурясь, тот пытался рассмотреть незваного гостя.

– Не шуми, любезный, а лучше кликни мастера, иль кто тут у вас за главного. Да поесть спроворь, а то у нас с утра зёрнышка макового во рту не было. Ну, что сидишь? Ступай.

Было в голосе пришлого чужака что-то такое, что заставило старика, не задавая лишних вопросов, отправиться выполнять приказ.