Сшитые судьбою - страница 3



Но, уходя, она ещё раз оглянулась на витрину. На маленькой карточке под булавкой значилось: Архив Е. В. А ниже, почти стёртыми буквами, была приписана фамилия, которую утром Анфиса не заметила. Волкова.

Глава 2. Слишком похожие

На второй день Анфиса пришла в «Элизиум» на двадцать минут раньше. Не потому, что испугалась Тамары Сергеевны. По крайней мере, именно так она объясняла себе собственную пунктуальность, пока стояла у служебного входа с бумажным стаканчиком кофе и смотрела на стеклянный фасад Дома моды, в котором вчера успела получить работу, заблудиться, нарушить правило архива и увидеть то, чего видеть не могла.

За ночь воспоминание не потускнело. Напротив. Стоило Анфисе закрыть глаза, и перед ней возникала женщина у окна. Тёмные волосы, побелевшие от страха губы, трое детей на ковре, серебряный браслет на запястье. Антон. Марина. Анфиса.

Она повторяла эти имена в голове столько раз, что к утру они стали почти бессмысленными. Анфиса не верила в мистику. Вернее, очень старалась не верить. Существование чужих воспоминаний в старых вещах плохо сочеталось с квартплатой, кофе навынос, маршрутами метро и необходимостью вовремя сдавать работу. Мир был удобнее, когда в нём всё можно было объяснить.

Но серебряный браслет объясняться не хотел. Ночью Анфиса достала его из маленькой деревянной шкатулки, в которой хранила несколько вещей приёмной матери. Браслет лежал там много лет: тонкий, прохладный, с узором из переплетённых нитей. Она знала его с детства и никогда не придавала ему особого значения. Теперь рисунок казался почти вызывающим.

Точно такой же узор был на архивной булавке «Элизиума». Анфиса даже сфотографировала браслет с нескольких ракурсов, увеличила изображение, сравнила по памяти с тем, что видела в витрине. Совпадение было слишком точным. И всё же утром она решила начать с простого. С работы.

Иногда лучший способ не сойти с ума – заняться чужими шляпами.

– Вы сегодня подозрительно вовремя, – заметила администратор, увидев её.

– Я решила дать вам шанс соскучиться.

– За один вечер?

– У людей бывают разные способности.

Девушка улыбнулась.

– Четвёртый этаж. Тамара Сергеевна уже здесь.

– Она вообще уходит домой?

– Никто не проверял.

Анфиса направилась к лифту. У витрины с серебряной булавкой она не остановилась. Почти. Только чуть замедлила шаг. Но смотреть не стала.

* * *

Утро началось с коробки пуговиц. Тамара Сергеевна поставила её перед Анфисой так торжественно, будто передавала государственную тайну.

– Перебрать.

Анфиса посмотрела внутрь.

– Все?

– Все.

– Здесь их тысячи три.

– Две тысячи восемьсот сорок семь.

Анфиса подняла глаза.

– Вы считали?

– Нет. Но теперь мне будет приятно, если вы проверите.

Анфиса вздохнула. Вчера она спасла платье для показа. Сегодня сортировала пуговицы. Карьерный рост оказался стремительным, но странным.

– По размеру, цвету и материалу, – продолжила Тамара Сергеевна. – Перламутр отдельно. Винтаж отдельно. Металл отдельно. Эти не выбрасывать, даже если выглядят бесполезными.

– А если они действительно бесполезные?

– В моде это не аргумент.

Анфиса кивнула.

– Уже начинаю понимать философию дома.

Тамара Сергеевна отошла к другому столу. Через полчаса Анфиса обнаружила, что сортировка пуговиц действует почти успокаивающе. Вещи не задавали вопросов. Маленькие, гладкие, холодные, каждая занимала своё место. Она перебирала их одну за другой и старалась не думать о фамилии Волкова.