Читать онлайн Ром Ретив - Уши победителя

Первые лучи солнца ласково растеклись над молодым летним лугом. Мои ботинки намокли от росы, а губы пересохли. Мы понимали: эту мягкую малахитовую траву скоро окропит кровь. И чьё-то тело послужит хорошим удобрением для жалкого клочка этой прекрасной целины. Штефан сидел на плече у Руха, жалобно урчал и гримасничал.

«Прости меня, дурная макака, но сегодня всё должно закончиться», — послал я Штефану телепатический импульс.

Ведь сегодня мой тринадцатый лёт.

Я сжимал шершавую рукоять мушкета так крепко, как напуганный маленький мальчик сжимает руку отца. Как сорвавшийся со скалы альпинист хватается за страховочный трос. В моих глазах пылала решимость. Обратного пути нет. Сказать друг другу нам больше нечего. Но Рух, будучи секундантом, всё-таки озвучил вопрос, выполнив тем самым все формальности. Его голос прозвучал глухо и отстранённо:

— Не желают ли стороны примириться?

Пижон, что стоял с опущенными глазами, наконец набрался мужества встретиться со мной взглядом. Впрочем, его рожа как всегда источала лишь высокомерие.

— Нет, — прохрипел он.

Я улыбнулся, как улыбнулся бы праведник, увидевший ад.

Наконец!

***

Бесплотным призраком я пролетел между рядами парт на своё место для убогих. Со мной никто не поздоровался, никто не обратил внимания. Класс был полупустой. Одноклассники разбились на группки в рекреации и коротали время до начала первого урока, развлекая друг друга. Ни одна из этих групп не была мне особенно рада, поэтому я прошёл в класс, чтобы порисовать героев любимой манги в надежде не услышать смешки в свою сторону.

Но живопись не пошла. Как истинный сыч, сидя на предпоследней парте, я стал с угрюмым видом наблюдать за воркованиями Перикла с Таней. Той самой, небезызвестной ЕОТ.

Однажды я мыл доску после уроков, а Таня забыла в классе учебник химии. У меня даже проскользнула крамольная мысль, что с её стороны это был тонкий намёк. Я подумал: может, она забыла учебник специально – мол, между нами возникла «химия». Посудите сами: мыл доску я в кабинете алгебры, и последним уроком у нас была, соответственно, клятая алгебра. Она могла знать, что сегодня моё дежурство, и решила сделать такой вот ход конём. Может, ей показался интересным мой загадочный внутренний мир?

Как выяснилось, учебник оказался на подоконнике только потому, что он увесистый и Таня хотела дать им по голове сидящему спереди Коляну. Мы душевно поболтали, она пару раз хихикнула над моими разящими наповал остротами, и воспалённое юношеским романтизмом воображение с тех пор рисовало картины: как мы обнимаемся под пледиком, смотрим сериальчики про ментов, попивая чаёк, и периодически отпускаем похабные шуточки. Или даже держимся за руки, стоя на вершине Анхеля, и рассуждаем о том, что нужно сделать, чтобы постичь великое фрактальное подобие.

Моя тоска немного развеялась. Я тихонько проиграл. Потому что, как бы ни был крут Перикл, для меня он навсегда останется Перекаклом.

Перекакал сделал себе недавно очередное обновление физиономии, и теперь его лицо можно вывешивать в палате мер и весов как новый образец золотого сечения. Однако этим вряд ли кого-то удивишь в нашей элитной гимназии, где быть некрасивым если и не преступление, то как минимум моветон. И да, даже в элитной гимназии есть дежурства. Правда, обычно дежурят сычи.

Перекакал в целом был мне симпатичен как личность. Друзьями нас не назовёшь, но приятелями – вполне. Насколько вообще могут быть приятелями супермен и ёжик в тумане. С ним приятно поболтать. Относился он ко всем дружелюбно, вне зависимости от социального статуса внутри гимназии. Однако в последнее время Перекакал тоже стал вести себя как жопа, подхватил высокомерие своих соплеменников-патрициев, и у него начали проскальзывать унизительные подколы в адрес плебса. Потому я и стал называть его Перекаклом. Про себя. Иначе он фыркнет, назовёт меня токсичным и отменит.

Гимназия у нас элитная, как я уже говорил. В основном здесь учатся дети статусных и богатых людей нашего города. Такие, как Перекакл. А есть и такие, как я, – чьи родители либо не особо богатые, либо вовсе бедные, и мы попали в гимназию за какие-либо заслуги. Я вот, типа, написал свою операционную систему. На самом деле чуть поковырял «линух» нейросетями, но на отдельных дяденек и тётенек это произвело неизгладимое впечатление. Меня нарекли техногуру.

Дети богатых – высокие, сильные, здоровые, энергичные и красивые, потому как технологии биохакинга шагнули далеко вперёд. Но, естественно, позволить подобные читы может далеко не каждый. И обычные люди довольствуются тем, что дала природа. Близорукость, плоскостопие, прыщи, сколиозы и кифозы. В моём случае – это уши, как у слонёнка Дамбо.

Со мной в одном классе учились ещё двое таких же, из народа. Та самая милая девочка Таня, – Татьяне красота досталась на шару, от природы. И мой друган Гришаня. Гришаня уже неделю на больничном. Вообще, болеет он часто, в отличие от наших одноклассников, которые не болеют никогда. За это его зовут бациллой. Гришаня классный, смешной. И учится на отлично, особо не напрягаясь, хоть его умственные способности и не были забущены. За это его недолюбливают. Но, когда нужно списать, обращаются с уважением, по имени. Зато Гришаня в авторитете в театральном кружке. Не дремлет в нём талант лицедея.

К нам в класс перевёлся новенький. Видимо, гормонально модифицированный, так как в свои пятнадцать лет выглядит как натуральный древнегреческий Геракл. И новенький этот мне не нравится. Он агрессивный и явно недолюбливает бедноту. С его появлением кастовая напряжёнка как-то стала нарастать.

Я слышал его бас, доносившийся из коридора. Слов было не разобрать, но отчего-то я был уверен, что кабаняра рассказывал, как на завтрак проглотил корову целиком, вместе с рогами.

Источник баса приближался, и вместе с ним нарастало моё внутреннее напряжение. Предчувствие у меня было нехорошее. Ну вот, нехорошее.

Новенький – звали его Серж – ввалился в класс вместе с Вовчиком, и, естественно, они заняли место сзади меня. Не нравится мне такое соседство. Пересесть, может?

Серж рассказывал Вовчику про то, что теперь он выпивает по утрам десять яиц за один присест. Что ж, почти угадал. Коров он глотает на обед. Серж готовится к соревнованиям по бодибилдингу. И все об этом знают.

— Вообще, я сегодня недоспал, — жаловался Серж. — Мне нужно минимум девять часов в день для максимального роста… Хорошо сели за лопоухим, поспать можно будет, училка не заметит.

А я говорил! Предчувствие меня не обманывает.

Я развернулся, ибо право раскрывать рот уже было отвоёвано, так что, пожалуй, им и воспользуюсь.

— Серж, даже если твоя туша и скроется за моими ушами, тебя выдаст храп.

— Кх-х-х, — Вовчик оценил мой ответ сдавленным смехом.

Но не Серж. Серж окинул меня недобрым взглядом. Как кондуктор – школьника, забывшего проездной.

— Ты локаторами своими не размахивай тут, — ответил он. — С тобой не разговаривали.

— Да ладно, Серж, ты просто завидуешь. Сколько ни качайся, а таких больших ушей, как у меня, не накачаешь. — Я горделиво пошевелил пальцами свои «локаторы».

Серж самодовольно улыбнулся, будто я его похвалил.

— Придурок… Нужны мне твои уши, развернулся! Пока тебе не втащил!

Вот бывает такое: вроде как надо помолчать, но долбаный рот не желает захлопнуться.

— Удар – это же кардио! Придётся тебе после этого бежать в столовую за куриной ножкой, закрывать белковое окно.

На этот раз Серж больше не улыбался. И рожа его стала злобной-злобной, будто я украл его контейнер с гречкой из сумки. Не выдержав его звериного взгляда, я молча развернулся.

Вообще, я не был в классе прямо изгоем. Скорее мой круг интересов не очень пересекался с интересами этих ребят. О чём мы могли разговаривать? О погоде? О котлетах? О мухах? Или мне посвящать их в тонкости апатии и авитаминоза? Они часто говорили о топовых шмотках, крутых местах, где отдыхают, о клубах и кафе. О дорогом бухлишке. О знаменитостях – блогерах, которые мне не интересны, или об очередном клоуне-понторезе, что загорелся на Олимпе суперзвёзд и которого все забудут через неделю. Много мои одноклассники болтают о путешествиях.

Я же чаще всего путешествую до магазина и могу рассказать про драки местных алкашей и самогон своего деда. Чистый, как слеза. Убойный, как взгляд Сержа исподлобья.

Наверное, дело в том, что тип я достаточно унылый. Люблю сидеть дома, смотреть сериальчики, кинчики, аниме, читать всякую чепуху, рисовать. Но особенно люблю играть в 8558. Это игра для таких унылых задротов, каким является ваш покорный слуга. Она очень сложная, и нужно потратить не один месяц на изучение схем развития.

Из-за сложности игры большинство игроков воспринимают друг друга как донных рукожопов и бездарей. И, естественно, каждый считает, что вот он – настоящий ас! Но по-настоящему умелые игроки там редкость, потому и в почёте.

Если кратко, это стимпанк-ММОРПГ с элементами экономики. Экономика в игре – целое отдельное направление, которое включает в себя производство. Ты можешь быть кузнецом, мастером, инженером, изобретателем. Надеваешь специальные перчатки, погружаешься в виртуальный мир и мастеришь различные приблуды, которые потом отправляешь на верификацию. ЛЛМки оценивают твои изобретения и либо устраивают аукционы, либо списывают в утиль – в зависимости от того, насколько твоя вещь получилась крутой с точки зрения практичности и дизайна. А применений может быть великое множество – от кофеварок до лётного транспорта. Ну и, само собой, доспехи и оружие. Игра – полноценный живой мир, и игроки могут выстраивать свой быт.

Ну а дизайн – дело тонкое. Там сложные алгоритмы оценки. Есть тренды, есть общие принципы, есть пользовательские оценки.

На заработанные средства развиваешь свою мастерскую. Я играю давно, и теперь у меня целая мануфактура. Не буду скромничать, в игре меня уважают! Тусуюсь в 8558 скорее пообщаться. У меня там много друзей и учеников. Я своего рода местная звезда. Второе пришествие Да Винчи, если нескромно.

В 8558 я общался с Олей. Мы познакомились, когда я ещё был рядовым кузнецом, а не известным магнатом и филантропом, как сейчас. Оля заказывала у меня фирменные накладки на ружья. И вот сидел я в мастерской как в былые времена, ковал обычный двуручный меч и делился своими печалями с Олей. Про Сержа, про Таню, про всю эту херню.

Она меня выслушивала, поддерживала, местами подкалывала. И как-то, слово за слово, мы договорились встретиться. Несмотря на то что живём в одном городе и общаемся в игре больше двух лет, это будет наша первая встреча.

И печали мои прошли. А вдруг… вдруг она окажется симпатяжкой и мы полюбим друг друга?

Мы договорились встретиться в кафе. Будет что рассказать в классе. Решили попить кофе и поболтать.

Оля и вправду оказалась симпатяжкой. Жалко, что я – нет. Ростом она была почти с меня, одета, правда, стрёмно. Фиолетовая толстовка, всратенькие джинсы. Я со спины не понял: это худой парень или девушка? Оказалась – пацанка.

Мы болтали о том о сём. Она много рассказывала про свою сестру Хельгу. Хельга вроде как бизнесвумен и путешественница. У меня начало закрадываться смутное чувство, что Оля на самом деле инфоцыганка. Между строк читался вопрос: «Не надоело ли мне быть сраным нищебродом среди молодых аристократов?». Потом она спросила прямо: