Эротика и секс читать бесплатно

Ханна — редактор, которая читает людей как тексты. Выверенный график и доберман, который слушается с одного жеста. Она привыкла держать под контролем все. Даже себя. Пока четырнадцатого февраля к ней без звонка не приезжают двое. Один за другим — и никто из них не собирается уходить первым. Ник — холодный, собранный, никогда не повышает голос и всегда получает то, что хочет. Тед — дерзкий, прямой, говорит то, о чем другие молчат, и улыбается так, что спорить бесполезно. Такие разные. И оба пришли к ней. Бар, пара коктейлей. Не больше двух. Не больше трех. А дома — коробка пирожных под розовым бантом. И Тед, который тянет за ленту и погружает пальцы в крем.

Одна метель. Один свободный номер. И мужчина, с которым лучше бы никогда не оставаться наедине Особенно если сердце давно разучилось доверять. Ветеринар Настя всего лишь хотела добраться до выставки кошек. Но снежная буря приводит её в придорожный мотель, где приходится делить комнату с незнакомым автомехаником Гришей. Он немногословен, неловок в признаниях и подозрительно хорошо ладит с её своенравным котом Барсиком. А ещё умеет согревать не только сломанные батареи, но и чувства, которые Настя считала давно остывшими. Ночь становится слишком нежной, чтобы остаться случайностью. Но утром дороги снова разойдутся.

Вы никому не обязаны объяснять, почему хотите жить по-своему. Но почему даже мысль об этом вызывает вину. Религиозные запреты, семейные установки и ожидание быть «хорошей» способны надолго заглушить собственный голос. «Право хотеть» помогает увидеть, где заканчиваются ваши убеждения и начинаются чужие требования. Это разговор о женских желаниях, телесности и границах — без насмешек над верой и готовых ответов за читательницу. А что, если желание само по себе ещё не делает вас виноватой. При редакционной подготовке применялись интеллектуальные текстовые инструменты для организации материала и уточнения формулировок.

Вы думаете, что о минете уже написано всё. Более шестнадцати столетий назад индийский мыслитель Ватсьяяна описал восемь приёмов оральной близости. Среди них были «Поцелуй», «Внутренние объятия» и загадочное «Сосание манго». Одни названия дошли до наших дней почти неизменными, другие растворились в переводах и многочисленных пересказах. Но что в этих древних техниках было искусством, что — предрассудком своего времени, а что современная медицина сочла бы опасным. Почему чувствительность у мужчин настолько различается. Можно ли научиться близости без страха ошибиться. Что на самом деле происходит с телом во время возбуждения.

В преддверии закрытия ночного клуба «Камелия» фотограф получает необычный заказ: снять двенадцать танцовщиц. Но вместо глянца он ищет настоящее — то, что скрыто за привычкой раздеваться. Это чувственный и целомудренный роман о том, как тело перестаёт быть товаром и становится собой.

Я застала его в постели с другой. В день нашей годовщины. В новом платье, которое я купила ради него. Он назвал меня бревном. Стылой рыбой. Женщиной, которая ничего не чувствует. Я схватила сумку и сбежала на ночной поезд к бабушке, в глухую деревню. Подальше от города и от этих слов, которые никак не выходили из головы. Но в моём купе оказались попутчики. Тёмный, с тяжёлым взглядом и опасной усмешкой. И светлый, с тёплыми руками и бесконечным терпением. Бутылка шампанского, слишком откровенный разговор, запертая дверьЯ думала, что знаю о себе всё. Что во мне ничего разбудить. Но ночь в пути длинная. Полка узкая.

Виктории пятьдесят. Она стройная блондинка со вторым размером груди, внимательными серыми глазами и привычкой, которая шокировала бы её коллег, — она коллекционирует молодых пассажиров. Такси — её сцена, её охотничье угодье, её способ оставаться живой. Каждую неделю новый парень: двадцать, двадцать пять, двадцать семь. Один раз — и навсегда до свидания. Никаких телефонов, никаких повторов, никаких «а можно ещё раз».

Марине сорок пять. Она высокая, стройная блондинка с третьим размером груди, владелица сети ювелирных бутиков и женщина, которая привыкла получать всё. В её жизни есть всё, кроме одного — новизны. Сайт знакомств стал её личным охотничьим угодьем: молодые парни от двадцати до двадцати семи, каждый — на одну ночь, максимум на неделю. Никаких повторов, никаких привязанностей. Марина коллекционирует их тела, их стоны, их восхищение — и выбрасывает, как использованный билет.Но однажды в её сети попадает Даня.

Десять историй, начинающихся с солнца, моря и лёгкого флирта, но заканчивающихся там, где отдых перестаёт быть невинным. На набережной, в баре у бассейна, в номере с распахнутым балконом или на пустом пляже после полуночи. Герои ищут не просто приключения. Они примеряют чужие правила, рискуют отношениями, нарушают обещания и узнают, как далеко готовы зайти, когда рядом никого нет — кроме того, кто смотрит так, что отступать уже поздно. Каждая из десяти эротических историй — это отдельное искушение. Все они связаны одним курортом и одним вопросом: на что вы готовы, если знаете, что это останется лишь здесь.

Бумаги можно разорвать. Желание — нет. Алина уезжает, оставив оба договора неподписанными. Марк находит её не как владелец сети, а как человек, которому больше нечего предложить, кроме правды. Между ними больше нет ночи по контракту — только выбор, который придётся сделать вслух. Крайнов давит сроком. Вивьен готова опубликовать компромат. Совет директоров требует чистую сделку и чужую невесту. Чтобы остаться собой, Алине нужно подписать не продажу, а свои условия. Чтобы остаться с ней, Марку придётся потерять власть, которую он считал единственной защитой. «Последняя подпись» — финал цикла о договоре, который заканчивается, и любви, которая начинается без пункта о сроке.

— Я твоя невестка. И я не люблю тебя, Алан. — Не любишь. — он горько рассмеялся, и его пальцы обхватили мою руку, прижимая ладонь к своей груди. Под тонкой тканью рубашки я чувствовала бешеный стук его сердца. — Не ври себе. Ты ведь тоже помнишь тот поцелуй, Оксана. Он до сих пор жжёт мне губы. — Алан, пожалуйста. . . — в моем голосе слышались и мольба, и отчаяние, и та самая запретная страсть, которую я тщетно пыталась задавить. — Мы не можем. . . Это безумие. — Безумие. — он прошептал, и его губы почти коснулись моих. — Нет. Безумие — это отказываться от себя. От своих чувств. От того, что принадлежит тебе по праву. . . Он перехватил мою руку и впился мне в запястье горячим поцелуем, от которого по телу побежали мурашки— Ты — моя.

После смерти отца Алина узнаёт о долге в пятьдесят миллионов. Кредитор — Егор, ближайший друг семьи. Мужчина, которому она доверяла всю жизнь.Он предлагает расплатиться не деньгами.Она должна уйти. Должна возненавидеть его. Но почему тогда каждой новой встречи ждёт с таким же страхом, как и желанием?И что, если самые постыдные фантазии Алины появились задолго до этой сделки?

Друзья-столяра ставили кино для взрослых.Любовь, погони, драки, слёзы, сопли.

Тридцать ночей. Никаких имён. Никаких обещаний.Алина остаётся рядом с Марком, чтобы спасти студию, и сама пишет правила, которые не собирается нарушать. Днём она для всех — безымянный исполнитель. Ночью ключ от номера стирает дистанцию быстрее, чем она готова признать.Вивьен хочет вернуть Марка. Пресса хочет скандал. Инвестор хочет её бренд. А Марк хочет её так, будто договор уже не имеет силы. Только Алина больше не знает, что в его руках — защита или ещё одна покупка.«Условие без имени» — история о ревности, тайне и близости, которую нельзя спрятать под чужим именем.

Двадцать третьего февраля 1917 года Лене Трофимовой исполняется девятнадцать, и в этот же день начинается революция. Она отличница-медичка, эсерка, дочь профессора-большевика и каторжанки, о которой в Томске до сих пор рассказывают страшные легенды. От матери ей достаётся клад под мраморной чайкой, а вместе с кладом вопрос, кем эта мать была на самом деле. За четыре года Лена успеет побывать подпольщицей и танцовщицей, хирургом на белом фронте и «Доктором Живой» в летучей труппе Колчака, красным врачом и матерью близнецов. Её будут любить, покупать и допрашивать герои, знакомые вам по другим книгам: Швейк торгует мылом, профессор Преображенский ставит опыты, генерал Чарнота играет в карты, а Копенкин защищает коммунизм в отдельно взятом селе.

На станции у края обитаемой зоны лингвист Ирина ведёт первый спокойный контакт с эмиссаром, чей вид не носит постоянного тела. Рядом с человеком он собирает форму: рост, рот, тепло, выше крови. Между ними действует правило, которое нельзя обойти ни протоколом, ни долгом вида: близость открывается только на живые слова и ладонь к ладони.Станция ждёт от контакта образец.

А что, если обычный 3D-принтер сможет превратить ваш дом в настоящую мастерскую удивительных вещей. И что делать, если первая печать вместо красивой модели превращается в клубок пластика. «3D-печать без паники» — увлекательное путешествие от первых ошибок до собственных маленьких побед. Вы научитесь подготавливать 3D-модели, настраивать принтер, создавать полезные органайзеры, подставки и оригинальные изделия своими руками. Вас ждут пошаговые мастер-классы, творческие эксперименты, неожиданные трудности и секреты успешной печати. Всё объясняется просто и понятно — для детей и взрослых. Не бойтесь ошибок: именно с них начинаются самые интересные открытия.

Книга является наставлением по исламской сексологии. Было составлено в первой половине XV века в Тунисе по заказу султана Абдельазиза его придворным Мухаммедом Нефзави. Эта книга является одним из самых читаемых произведений на арабском языке. Книга включает введение и 21 главу, освещающие вопросы эротики, сексуальности, этики, эстетики, андрологии, гинекологии и др.Книга богато иллюстрирована.Для всех интересующихся сексологией, психологией половых отношений, исламом, арабской и средневековой литературой.

Я думала, что провела жаркую ночь со своим парнем, а оказалось, что это был мой сводный, но такой желанный брат.Он все подстроил, и теперь я хочу его ещё сильнее, хоть и понимаю, что это все неправильно.– Зачем ты это сделал?– Потому что ты очень сладкая девочка, и для нас нет запретов.– Замолчи! – несдержанно выдыхаю я и сдаюсь.

Мой муж проиграл меня в карты незнакомому человеку. Он вернулся под утро, разбудил меня и сообщил об этом. Я не заплакала и не стала умолять его оставить меня. Я забрала его колоду карт, вышла из квартиры и села в чёрный внедорожник, который уже ждал у подъезда. Максим Крылов не спрашивал, хочу ли я остаться и не предлагал мне выбор. Он просто поставил меня перед фактом: с этого дня я живу в его доме, ем за его столом и делаю то, что он скажет. Он сказал, что не тронет меня, пока я сама не попрошу, и с тех пор каждая ночь в его доме превратилась в борьбу с самой собой. Он думает, что выиграл в карты слабую женщину, которая не сможет дать ему отпор.

Моя жизнь не была идеальной, как в сказках или кино. Совершенно обычная для девятнадцатилетней девушки. Учёба, работа, парень. Но всё изменилось после глупой случайности. И теперь отец моего парня хочет меня себе.

Он никогда не расскажет, как устроен, не потому что скрывает, а потому что сам не умеет об этом говорить. Эта книга как учебник для женщины, написанный мужчиной. Как устроено его тело, как он возбуждается и что у него в голове. Поцелуи, руки, оральные ласки, от основы до высшего пилотажа, позы, игрушки, слова, которые его заводят. Белье и костюмы, инициатива, комплименты, которых он ждет годами, и что делать, если посреди секса что-то пошло не так. Прямо, подробно, без иносказаний. Ее написал мужчина, который почти двадцать лет любит одну женщину и до сих пор ее хочет. Только для женщин, 18+.

Книга о том, о чем мы годами молчим в постели. Чего на самом деле хотят мужчины и женщины, откуда берется стыд, почему фантазия не план и не измена, как сказать вслух то, что откладываете годами, и что делать, если в ответ «нет». Ее тело и его тело по-взрослому, с картой. Руки, рот, позы, игрушки, все пошагово и с согласием. И как не растерять желание через десять и двадцать лет брака. Без морали и воды, от мужика, который почти двадцать лет любит одну женщину и не стесняется об этом говорить. Только для взрослых.

Добропорядочная девушка выходит замуж по воле отца за сына его лучшего друга.А попадает в руки двух развратников.Тем временем, готский вождь Аларих передал триста рабов в знак примирения.Рим погружён в череду праздников, в то время как плебс пухнет от голода."Оргия не может продолжаться вечно, ...хотя бы потому, что силы исчерпаны" (Г. Сенкевич).Их мир никогда не был так хрупок, как в июне 410 года н.э.