Дочь Вьюги - страница 3




Они шли по узкой, едва заметной тропе, вырубленной в скале то ли людьми, то ли временем. Ветер усиливался, свистя в расщелинах. И вдруг Лираэль почувствовала незнакомое, тревожное колебание в воздухе. Не природное. Что-то чужеродное, горячее и резкое, как удар кнута. Она остановилась.


– Чувствуешь? – спросил Зефир, не оборачиваясь. Его голос потерял обычную насмешливую нотку.


– Да. Это что?


– Не знаю. Но пахнет бедой. И серой. Ступай в пещеру, спрячься в глубь.


– Но…


– Лираэль! – в его голосе прозвучала сталь, которую она слышала крайне редко. – Иди. Сейчас.


Она повиновалась, но, достигнув поворота, где тропа скрывалась за выступом, прилипла к скале, стараясь стать частью камня. Любопытство пересилило страх.


Снизу, из разрыва в облаках, вырвалось нечто, похожее на огненного ястреба. Это был летательный аппарат, если его можно было так назвать: узкая, обтекаемая лодка из темного металла, по бортам которой пылали рубиновые горелки, отбрасывая на розовый камень скал багровые отсветы. Сзади тянулся короткий, ядовитый шлейф дыма и искаженного жаром воздуха. Аппарат с грохотом, не подходящим для этих тихих мест, приземлился на небольшой площадке перед обителью, продавив камни и опалив горный мох.


Из лодки выпрыгнули пятеро. Четверо в доспехах цвета потухшего угля, с закрытыми забралами шлемов. Их плащи, подбитые асбестовой тканью, развевались, и на них горела эмблема – стилизованное пламя в круге. Стражи. Солдаты Огня.


Но Лираэль едва взглянула на них. Её внимание приковал пятый.


Он вышел последним, неспешно, будто сошел с парадной колесницы, а не из дымящейся посудины, втиснутой на крошечный уступ. Молодой человек, почти юноша, но в его осанке чувствовалась привычка к власти. Высокий, стройный, с волосами цвета темной меди, собранными у затылка в небрежный пучок, из которого выбивались непослушные пряди. Лицо с четкими, дерзкими чертами – высокие скулы, острый подбородок, насмешливый изгиб тонких губ. Он был одет не в тяжелые доспехи, а в практичный камзол из черной кожи, расшитый по швам золотыми нитями, изображавшими языки пламени. На поясе – изящный, но недвусмысленный клинок с рукоятью в виде саламандры.


Но больше всего поражали глаза. Цвета расплавленного золота, горячие и оценивающие. Они с ходу, будто сканером, обшарили площадку, пещеру, и на мгновение задержались на том месте, где пряталась Лираэль. У неё перехватило дыхание. Казалось, он увидел её сквозь камень.


Зефир стоял между пришельцами и входом в обитель, его лохмотья из облаков колыхались, но сам он был неподвижен, как скала.


– Приветствую в моих скромных владениях, – сказал элементаль, и его голос звучал ледяной вежливостью. – Чему обязан внезапному… жару?


Молодой человек улыбнулся.


– Зефир Резвый Ветреник. Я – Каэл Искротворец. Наследный принц державы Жара. Мы ищем один артефакт. «Слезный Алмаз». Легенды гласят, что ты знаешь о нем больше, чем пыльные книги в наших архивах.


Голос у него был низкий, бархатный, но с металлическим подтоном. Голос, привыкший, чтобы его слушали и повиновались.


– Легенды много чего гласят, – парировал Зефир. – Одни – что я могу повелевать ураганами. Другие – что я сплю на облаке и ем росу. Третьи… что я давно умер. Артефакт, о котором ты говоришь, – сказка для успокоения нервов. Его не существует.


– Ошибаетесь, – Каэл сделал шаг вперед, и стражи невольно подобрались. – Он существует. И он в Ледяной Крепости. Мне нужен проводник. Кто-то, кто знает тайные пути, обходы ледяных ловушек и нрав вашего… северного монарха. Говорят, ты бывал там. До того как решил стать отшельником.